Серебряный туман (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 87

На его челюсти задрожал нерв.

Всё ещё тихим голосом я добавила:

— Гвен хотела, чтобы я сказала тебе, что с ними всё хорошо. Но теперь, когда я здесь, почему бы тебе не пойти и не выяснить это самому?

Я улыбнулась, кивнув головой в сторону лодочного сарая.

— Зачем мне идти к ним?

Моя улыбка дрогнула.

— Разве ты не хочешь быть со своей семьёй?

Его взгляд метнулся к Лили, но почти так же быстро метнулся прочь.

— Кто-то должен остаться в Роуэне, чтобы присматривать за паганами.

За всеми или одним паганом в частности?

— Я вернулась, Каджика.

— Но как надолго?

Я посмотрела на Лили, которая улыбалась чему-то, что папа рассказывал Эйсу.

— Достаточно надолго.

Каджика скрестил руки на груди.

— Пока они не найдут выход из баситогана, я останусь здесь.

Хотя его рассуждения звучали разумно, я не могла не подозревать, что в его желании остаться в Роуэне было нечто большее. Возможно, я ошибалась. Возможно, Лио посеяла в моём сознании семя сомнения, у которого не было причин прорастать. Возможно, между ним и Лили не было ничего, кроме ментальной связи.

— Спасибо тебе. За всё, чему ты меня научил. Хочешь верь, хочешь нет, но это пригодилось.

Его янтарные глаза блеснули.

— Мне так много нужно тебе рассказать.

Чья-то рука легла мне на плечо.

— Поправка. Тебе так много нужно рассказать всем нам, — Касс вернулась. — Но сначала. Вот, — она сунула что-то мне в руки.

— Что это? — спросила я.

— Твой подарок на день рождения, глупышка.

Я осторожно разорвала бумагу и вытащила буклет. Словарь был напечатан жирными золотыми буквами поверх ярко-розовой холщовой обложки. Я затаила дыхание, просматривая его.

— Тебе нравится? — спросила Касс. — Я расположила все слова в алфавитном порядке, — Кейси напечатала каждое слово готтва и фаэли и их определение. — Ты не злишься, что я взяла это из твоей спальни? Я положила его обратно. Я просто подумала, ты знаешь, что, напечатав это, ты лучше сохранишь его. Я знаю, как много значат для тебя книги твоих предков.

Я издала тихий звук в глубине своего горла.

— Это идеально. Мне нравится.

Лили что-то показала.

— Ты тоже хочешь такой же? — спросила Касс.

Я моргнула, глядя на Касс.

— Теперь ты понимаешь язык жестов?

— Лили учила меня, — усмехнулась Касс. — Ничего, если я сделаю ей копию?

— Конечно. Может быть, Каджика тоже хочет такой же? — предложила я.

Он хмыкнул.

— Я хорошо разбираюсь в языках наших племён.

Папа вытирал песок с щипцов влажной тряпкой для мытья посуды.

— Может быть, мне тоже стоит научиться.

Я бросила взгляд на его лицо.

— Э-э…

— Это отличная идея, — сказал Эйс, улыбаясь.

Моё сердце ускорило свой ритм.

— Правда?

— Боже мой, что это такое? — Касс схватила меня за левую руку.

Кровь отхлынула от моего лица. Моя метка пылала. Дерьмо. Дерьмо. И тройное дерьмо.

— Ты обручилась? — она завизжала.

— О… э-э…

На моей верхней губе выступили капельки пота. Я слизнула его, украдкой взглянув на Эйса, чьи руки были сложены на груди, а губы изогнуты в хитрой улыбке. Застрелю. Я опустила взгляд на кольцо. Мне вдруг захотелось, чтобы Касс вместо этого заметила мою метку.

— О, Боже мой, ты сделала это! Ты так и сделала! — почти взвизгнула она. — И ты мне не сказала! Это кто-то, кого ты встретила в Африке?

Несмотря на то, что свет факелов тики был слабым, я была почти уверена, что моё лицо было самого глубокого оттенка красного, когда-либо существовавшего. Я провела рукой по волосам, раздумывая, не соврать ли мне об этом, выдав кольцо за подарок, который я купила себе в Африке.

— Я должен отдать тебе должное, сынок, — сказал папа. — Я не был уверен, что она скажет «да».

Я сглотнула.

— Что?

— Ты же не думала, что я попрошу твоей руки без согласия твоего отца, не так ли? — спросил Эйс.

О.

Чертов.

Великий.

Дух.

Эйс говорил об этом с моим отцом! Вот почему он ухмылялся как идиот до этого.

Песок, поглоти меня. Озеро, унеси меня прочь.

Ни песок, ни озеро не слушали.

Взгляд Касс оторвался от кольца и остановился на Эйсе.

— Ты, — я была почти уверена, что у неё вот-вот случится аневризма — Ты попросил её выйти за тебя замуж?

Эйс улыбнулся.

— Я так и сделал.

И Лили, и Каджика нахмурились, что сказало мне, что они не были в курсе.

Касс моргнула, глядя на него, а затем положила руки на бёдра и посмотрела прямо на меня.

— Мне лучше быть твоей подружкой невесты.

Я начала приходить в себя, но это было медленно. Очень медленно. Моя рука больше не светилась.

— Кого ещё мне попросить? — наконец сказала я, отчего лицо Касс расплылось в ухмылке.

Когда она объяснила Лили, что мы говорили о свадьбах друг друга с детства — что было не совсем правдой… В то время как у Касс было всё, кроме выбранного жениха, я никогда не задумывалась об этом — я спросила папу:

— Ты сердишься?

— Сержусь? Я был немного удивлён. Особенно с тех пор, как я думал, что Эйс уже помолвлен и вот-вот станет отцом. Но потом он объяснил, что ребёнок Анджелины не его, что он знал с самого начала, но остался с ней из чувства долга, и хорошо, когда он сказал мне, что влюблён в мою маленькую девочку, — папа взял меня за руку и сжал её обеими руками. — Когда он сказал мне, что никогда раньше не чувствовал этого, что ты его Нова, — его глаза, как и мои, затуманились при упоминании мамы. — Я сказал ему не терять ни минуты, потому что ты никогда не знаешь, сколько их у тебя будет, — он улыбнулся. — Но я должен признаться, я не думал, что ты согласишься, — его глаза сияли так ярко, со слезами, но и с нежностью. — Ты никогда не перестанешь меня удивлять.

— Твоё одобрение очень много значит для меня, ты же знаешь это, верно?

— Я бы на это надеялся.

Эмоции взбудоражили моё сердце.

— Так, когда состоится брачная церемония? — вопрос Каджики заставил меня обратить на него полные ужаса глаза.

— Брачная церемония? Ты имеешь в виду свадьбу? — Касс закатила глаза. — Боже, из какого ты века?

Я закашлялась, пока Лили смеялась, а Эйс ухмылялся.

— Но да, когда свадьба? — спросила Касс.

Эйс обнял меня за талию и прижал к себе, где я стояла неподвижно, как гладильная доска.

— Мы ещё не решили.

— Ну, мы должны обсудить это за ужином, — предложила Касс.

Каджика прочистил горло.

— Лили предлагает сделать это до того, как она покинет Роуэн. Она хотела бы быть там.

Руки Эйса напряглись вокруг меня.

— Или они могли бы сделать это после твоего путешествия, Лили, — предложил папа.

Так вот как мы это называли? Путешествие.

— Путешествие? — сказал Эйс. — Ты не собираешься ни в какую поездку.

Лили сжала губы.

— Ах. Наконец-то. Кто-то разумный, — сказал папа. — Подумать только, твои родители согласились отпустить её одну.

Он покачал головой.

— Или… мы все могли бы пойти с Лили! — сказала Касс. — Кроме тебя, Дерек. Ты слишком стар.

Папа криво усмехнулся ей.

— Что ж, спасибо, Касс.

Она подмигнула ему.

— Серьёзно, я всегда мечтала отправиться в поход с рюкзаком. И это могло бы стать отличным опытом общения. Плюс Каджика так много знает о природе и прочем, а Эйс очень изобретателен, не говоря уже об ответственности, а Кэт почти врач, так что это пригодится, если что-то пойдёт не так. А что касается меня, то я потрясающий собеседник, — она рассмеялась, и это немного рассеяло мрачность на лице Эйса.

— Я должна признать, — сказала я, — я согласна с Касс. Либо мы все идём. Либо никто из нас не пойдёт.

Лили, прищурившись, посмотрела на меня.

Я обняла Эйса за талию.

— И я точно знаю, куда нам следует идти.

— Действительно? — спросила Касс.

— Да. Это место называется Неверра. Я читала об этом в блоге о путешествиях. Очевидно, это было оценено как одно из мест, которые стоит посмотреть перед смертью.