Иней (ЛП) - Кроуфорд К. Н. - Страница 11

— Ава, я буду одной из первых людей, которые побывали в Стране Фейри. Это намного лучше, чем круиз.

Моё мучительное похмелье придавало ситуации дополнительный уровень сюрреализма. Я прикусила губу, пытаясь мыслить ясно. Это ведь правильное решение, не так ли? На самом деле, казалось, что у меня не было особого выбора. Разорившийся человек не откажется от пятидесяти миллионов.

Когда мы вышли на улицу, солнечный свет опалил мне глаза. Репортёры оставили позади разбитую камеру и перевёрнутый фургон, вдалеке завывали полицейские сирены — без сомнения, они направлялись сюда. Я поняла, что меня трясёт, когда я шла по тротуару. Может быть, мне стоит что-нибудь съесть?

— Как ты думаешь, тебе удастся научиться магии? — спросила Шалини.

— Фейри-простолюдины не могут творить магию, — ответила я. — Ну то есть, наверное, трон может высосать из меня какую-то энергию королевы, но я не могу творить магию сама.

— Откуда ты знаешь, что ты простолюдинка? Что, если ты давно потерянная дочь Верховного Короля фейри?

Я сморщила нос.

— Тогда этот брак будет весьма неловким, потому что Торин окажется моим братом. И я знаю, что я не Верховная Фейри, потому что они никогда бы не позволили одному из нас пропасть. А вот простолюдинку фейри они могли бы легко вышвырнуть в мир людей.

Вместо своего Ламборджини Торин подвёл нас к серому Хаммеру. Одарив нас широкой улыбкой, он открыл перед нами дверцу. На мгновение я вообразила, что он на самом деле благородный герой, а не просто подкупил женщину, которую ненавидел.

Не то чтобы я была в том положении, чтобы задирать нос, учитывая, что я с радостью принимала взятку.

Я скользнула на переднее сиденье, и мой взгляд пробежался по тонкой кожаной обивке. Я провела по ней пальцами, испытывая головокружение от мысли, что смогу купить что-то подобное. При условии, что он выполнит свою часть сделки.

Торин занял водительское сиденье. Я едва успела пристегнуть ремень безопасности, когда он повернул ключ зажигания и нажал на педаль газа. Тошнота подступила к моему горлу, когда мы начали набирать скорость по дороге.

Из всех дней, когда можно получить приглашение в Страну Фейри…

Я с трудом сглотнула, всё ещё пытаясь осознать происходящее.

— Что именно подразумевает под собой этот турнир?

Шалини наклонилась вперёд.

— Могу я ответить? Я слежу за этим уже несколько месяцев.

— Прошу, — отозвался Торин.

— Ладно. Есть сотня женщин…

— В данном случае сто одна, — перебил Торин.

— Верно, и все они должны бороться за руку Торина. На данный момент это является традицией уже на протяжении тысячелетий. Итак, существует несколько различных состязаний. После каждого состязания некоторые участницы вынуждены уходить. И в этом году всё это впервые будет транслироваться по телевидению.

Я нахмурилась, стараясь не представлять всех людей, которые будут пристально наблюдать за мной из своих гостиных.

За окнами Хаммера мир проносился мимо, и мы свернули на шоссе.

В баре Торин был окружён свитой, а над головой летал вертолёт, снимавший всё происходящее. Теперь я видела только обычное утреннее движение. У меня было очень сильное подозрение, что Торин нанёс этот визит тайно.

Мотор Хаммера зарычал, когда он вдавил педаль газа в пол, и мой желудок скрутило, пока он лавировал в потоке машин.

Во рту у меня пересохло и в то же время выступала слюна. Взглянув на Шалини, я по выражению её лица поняла, что она испытывает такую же тошноту.

Я взялась за дверную ручку.

— Торин, тебе обязательно ехать так быстро?

— Да.

— Изменится ли что-нибудь, если я скажу, что такая дикая езда является нарушением приличий? — в отчаянии спросила я.

— В данный момент нет.

Теперь машина напоминала ракету, несущуюся по асфальту. Снаружи здания проносились мимо серым размытым пятном. Да что с ним не так?

— Торин! — крикнула я. — Ты нас угробишь!

Шалини схватила меня за плечо.

— Смотри!

Я проследила за её указывающим пальцем. Снаружи размытые бетонные пятна исчезли, просторы побледнели. Торин начал притормаживать Хаммер, и пейзаж за пределами машины стал чётким.

Мы больше не были на шоссе номер 8. Вместо этого мы ехали по узкому переулку в месте, которое вызывало ассоциации с XVI веком. Крытые соломой бревенчатые дома теснились по одну сторону дороги. С другой стороны солнце ярко освещало поля, покрытые толстым слоем снега, пока мы не миновали небольшую рощицу деревьев. Дым поднимался из труб в морозное небо.

У меня перехватило дыхание от жутковатого ощущения, что я видела это место во сне.

— О, Боже мой, — выдохнула Шалини. — Ава.

Вокруг нас сам Хаммер начал преображаться, отчего у меня закружилась голова. Ремни безопасности исчезли, и я обнаружила, что сижу на бархате напротив Шалини. На окнах появились белые занавески. Когда я повернулась, чтобы посмотреть вперёд, я мельком увидела спину Торина, держащего под уздцы полдюжины лошадей.

Я ухватилась за борт кареты, пытаясь сориентироваться. Мы ехали в экипаже, запряжённом лошадьми, и у меня было адское похмелье.

Глаза Шалини казались остекленевшими.

— Это реально, не так ли?

— Думаю, да, — прошептала я.

— Это самое волнующее, что когда-либо случалось со мной, — пробормотала она.

***

Мы ехали по зимнему пейзажу Страны Фейри, проезжая мимо обледенелых деревушек из домов с крутыми остроконечными крышами, теснившимися вдоль дороги, и магазинчиков с тепло освещёнными окнами. Карета катила мимо лесов и замёрзших полей. Из далёких труб поднимался дым, и в воздухе искрились снежинки.

Но меня начало окутывать тёмное облако печали, и когда я закрыла глаза, то снова оказалась дома, в объятиях Эндрю. Мне казалось, будто моя грудь разрывается надвое.

Вздохнув, я вытащила свой телефон. У меня здесь не ловила сеть, но я пролистала фотографии на своём телефоне. Там был Эндрю, лежащий в постели. Золотистая кожа, руки заложены за голову, он улыбался мне. Мне всегда нравилась эта фотография.

Я пролистала к нашей фотографии на вечеринке, сделанной Шалини. Я вспомнила ту ночь. Он сказал мне, что я выгляжу великолепно, что любой другой парень там позавидовал бы ему. И всё же, в промежутках между этими фотографиями, он фотографировал Эшли на полях с красными цветами… Одиночество разрывало меня на части, и на меня обрушилась волна усталости. Мне хотелось свернуться калачиком в постели, натянуть на себя одеяло и никогда не выходить.

Шалини выхватила телефон у меня из рук, хмуро глядя на экран.

— Нет.

— Что нет?

— Я не позволю тебе хандрить из-за этого неудачника, когда мы находимся в Стране Фейри, — её челюсти плотно сжались, и она уткнулась в мой телефон.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Оказываю тебе услугу, — слегка нахмурившись, она вернула мне телефон. — Больше никаких сообщений или фотографий Эндрю. И больше никаких сообщений, на которые можно было бы пялиться.

— Шалини! — заорала я.

Она указала на стекло.

— Посмотри в окно, Ава. Ты упускаешь вот это. И он того не стоит, — дыхание Шалини затуманило стекло, когда она выглянула наружу. — Ну то есть, я всегда слышала, что это место потрясающее, но я никогда не ожидала, что оно будет таким красивым.

Особенность разбитого сердца заключалась в том, что я знала, как это скрыть, чтобы не утащить всех за собой на дно. Я натянула на лицо улыбку и посмотрела на улицу.

— Это действительно потрясающе. Нам так повезло, что мы здесь.

Шалини наклонилась и прошептала:

— Я подслушала, что сказал Торин… о смерти Страны Фейри? Кажется, в это трудно поверить.

У меня сдавило грудь.

— Я думаю, что с королевой на троне снег растает, и весна вернётся вновь, — я пожала плечами. — А потом я вернусь в мир людей, где каждый вечер буду получать еду на вынос и капучино по утрам.

Она уставилась на меня, нахмурившись.

— Пятьдесят миллионов долларов, и лучшее, что ты можешь придумать — это еда на вынос и кофе?