Иней (ЛП) - Кроуфорд К. Н. - Страница 49

Когда вокруг никого не было, я не всегда надевала купальник, а Эндрю делал снимки, но что с того? Мы должны были пожениться. Мне и в голову не могло прийти, что он кому-нибудь их покажет, не говоря уже о том, чтобы продать в грёбаную газету Daily Mail.

Схватив телефон Шалини, я вскочила на ноги, чуть не опрокинув стул, и быстро вышла из тронного зала. Я пролистала статью, пытаясь прочесть отрывки сквозь резь в глазах.

…одержимая деньгами…

…алкоголичка…

…у неё были бы такие приступы ярости.…

…уверен, что она мне изменяла…

В моей голове крутились слишком дикие мысли, чтобы их можно было вычленить. Зачем ему это делать?

Месть.

Шалини сказала, что он в ярости из-за того, что я упомянула его во время свидания, даже если я не называла его имени. Так или иначе, люди обо всём догадались, и вот он обелил своё имя… и в то же время отомстил мне.

Прямо сейчас я отчётливо чувствовала себя фейри, потому что хотела оторвать его голову от тела.

— Ава, — мягкий, бархатистый шёпот Торина раздался у меня за спиной, и я повернулась, чтобы увидеть его.

— Всё, что он сказал — ложь.

— Я это знаю. И я вырву рёбра из его тела и оставлю его растерзанную тушу стервятникам в назидание другим.

Я провела рукой по лицу.

— Это… э-э… мило, но в человеческом мире всё устроено не так, — я не собиралась признаваться, что только что фантазировала о чём-то подобном.

Он приподнял тёмную бровь.

— В человеческом мире всё устроено не так? Какое мне дело?

— Похоже, прямо сейчас люди нужны тебе как королю Благих, — я уставилась на него. — Но на самом деле, это хороший вопрос, Торин. Какое тебе дело? Мы совсем не нравимся друг другу. Помнишь тот разговор? Это было не так уж давно.

Торин отвёл взгляд и глубоко вздохнул.

— Просто, когда мне действительно нравятся люди…

— У тебя ничего не получается? Добро пожаловать в жизнь, мой друг.

Я повернулась, чтобы вернуться в тронный зал.

— Подожди, — его командный голос не оставлял места для возражений, и я повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Что? — спросила я.

Торин протянул руку, чтобы прикоснуться ко мне, затем отдёрнул её, как будто боялся обжечься. Выражение его глаз было напряжённым, и я почувствовала, что он пытается передать что-то, чего не может выразить словами.

— Ты не та, Ава. Мне не следовало выбирать тебя.

— Из-за таблоида? Я думала, всё дело в том, что я должна была быть неподходящей, — мои щёки запылали от ярости. — Я думаю, ты сделал правильный выбор, дорогой, потому что я настолько неподходящая кандидатка, насколько это вообще возможно. И мне очень жаль, если это смущает тебя, но у нас контракт, и король фейри не может его нарушить, — я улыбнулась ему, внезапно почувствовав себя лучше. — Мы заключаем этот брак, и я получаю свои деньги. И знаешь что? — я наклонилась, чтобы прошептать ему на ухо. — Я действительно не могу дождаться дня нашей свадьбы. Твоё смущение только сделает это ещё более забавным для меня.

— Ты никогда не должна прикасаться ко мне, Ава. — его слова были жестокими, но тон казался бархатистым. Почти приглашающим. — Ты понимаешь?

— Поверь мне, у меня нет такого желания.

Утверждение, будто фейри не могли лгать, было мифом, потому что я делала это прямо сейчас. Скорее, ложь считалась ужасным грехом среди фейри. Но я? Я выросла среди людей.

Я высоко держала голову, возвращаясь в тронный зал. Клина откинулась на спинку стула и улыбнулась мне.

— Ава Джонс, ты должна гордиться. Ты великолепно выглядишь на этой фотографии. А твой бывший звучит как убитый горем придурок.

— Что ж, — кисло сказала Мория, — меня не волнует, сколько раз эта женщина унижала себя. Завтра утром я в любом случае проткну её насквозь своим клинком. Завтра от Авы останутся лишь крошечные кусочки плоти.

Она одарила меня волчьей ухмылкой, от которой у меня кровь застыла в жилах.

Глава 32. Ава

Аэрон вёл меня по снегу, и я поплотнее закуталась в плащ. Шалини молча шла рядом со мной. Она, казалось, была в ярости, не желала произносить ни слова. Или, может, это просто нервы заставляли её молчать, но над нами обоими нависло дурное предчувствие. Всего через несколько часов я буду сражаться с принцессами.

Впереди на горизонте вырисовывался серый каменный амфитеатр — наполовину разрушенный, как Колизей, но вдвое больше римской арены. Камень отливал чёрным под палящим солнцем, с его тёмной скалы свисали сосульки.

Сегодня мы будем сражаться, как гладиаторы на замёрзшем ландшафте.

Принцесса Элиза из клана Селки шла впереди, её зелёные волосы ниспадали поверх серебряных доспехов. Она оглянулась на меня раз или два, и судя по виду, её слегка подташнивало.

Я сделала долгий, медленный вдох. Вскоре Мория и Клина должны были сразиться в амфитеатре, и они уже прибыли. Мне кажется, я знала, чем это закончится. Клина быстро уступит. Мория? Она будет сражаться насмерть, если до этого дойдёт.

Ледяной ветер щипал меня за щёки, а под ногами хрустел снег.

В это утро я ни разу не видела Торина, но старалась выбросить его из головы. Сегодня речь шла о том, чтобы остаться в живых и выиграть приз, за которым я сюда пришла.

Когда мы добрались до ледяных руин, я последовала за охранником в тёмный туннель.

— Ещё не поздно, — прошептала Шалини.

— Имей немного веры в меня, — огрызнулась я в ответ.

Охранник снял со стены факел, чтобы направлять нас. Отблески костра плясали на резьбе по камню — имена фейри, которые сражались здесь раньше, их победы над чудовищными невидимыми врагами. Имелись и изображения — король, указывающий мечом на фейри с огромными рогами, изогнутыми, как у барана, чья голова склонена в знак покорности.

У меня сдавило грудь, когда я услышала отдалённый рёв толпы. Змеевидный туннель вился под землёй, рёв становился всё громче, пока, наконец, туннель не открылся в сам амфитеатр, и яркий зимний солнечный свет почти ослепил меня.

Когда мы вышли из туннеля, нас приветствовал оглушительный рёв, крики пятидесяти тысяч фейри.

Шалини схватила меня за локоть, и мы вместе уставились перед собой, охваченные благоговейным страхом. Весь стадион был полон, все места заняты, и все они выкрикивали моё имя.

— Ава! Ава! Ава!

Я тяжело сглотнула, потрясённая тем, что стала любимицей даже среди фейри. На самом деле я никогда не ожидала, что меня простят за то, что я по пьяни оскорбила короля в лицо, но, возможно, даже фейри любили неудачников.

— Срань господня! — прокричала Шалини мне в ухо. «Слово в слово мои мысли».

Элиза повернулась, чтобы посмотреть на меня, её челюсти были плотно сжаты.

— Похоже, ты им действительно нравишься. Даже если ты не отсюда. Даже если на самом деле ты не одна из нас. В тебе есть что-то не совсем правильное, Ава, и я думаю, что это нечто большее, чем просто взросление среди людей.

Я услышала нотку негодования в её голосе и ничего не ответила.

Пока мы смотрели из туннеля, на арену шаркающим шагом вышла старуха, одетая в красную невесомую ткань, которая казалась слишком тонкой для такой погоды. На её розово-золотистых волосах покоилась серебряная корона.

Телевизионщики придвинулись к ней поближе, что, казалось, застало её врасплох. Затем она подняла ладони.

— Добро пожаловать на финальный конкурс за руку короля! — её голос был глубоким, раскатистым. Даже без микрофона он эхом отражался от камня. — Сегодня ночью некоторые из принцесс могут умереть. Но они умрут за Благое королевство, чтобы оно снова могло вдохнуть жизнь. И за Благого монарха, Торина, Верховного Короля Страны Фейри, правителя шести объединённых кланов.

Она повернулась, указывая на него жестом. Король Торин восседал на троне из чёрного камня, глядя на весь мир как зловещий, суровый римский император.

Не говоря больше ни слова, старуха поднялась по тёмным ступеням и встала позади Торина.

Со своего места в туннеле я наблюдала, как Мория и Клина вышли на арену. Как и я, Мория была одета в тёмную кожу, в то время как Клина надела тонкий платиновый костюм. По позе Мории я могла сказать, что она была искусной фехтовальщицей. Она расслабленно держала оружие, но оно ни разу не дрогнуло. Однако Клина, казалось, дрожала. Я никогда раньше не видела, чтобы она нервничала, но казалось, что она совершенно не в своей тарелке.