Черное солнце (ЛП) - Халле Карина - Страница 12

Наконец замок поворачивается, дверь распахивается, и я, спотыкаясь, выхожу на вечеринку, к людям, свету и музыке.

— О, сорян, — говорит какой-то парень, отрываясь от стены и прислоняясь к выключателю, который по глупости находится снаружи ванной.

Я смотрю на него, но совершенно не воспринимаю его, мое сердце отбивает барабанную дробь о ребра, рука прижата к груди.

Он хмурится на меня и включает свет, освещая ванную.

— Не бойся, — говорит он, делая глоток своего пива.

Я бросаю на него странный взгляд, а затем просовываю голову обратно в ванную.

Занавеска в душе все еще задернута.

Часть меня хочет разорвать ее, чтобы успокоить свой разум, но тут какая-то пьяная девчонка врезается в меня.

— Хочу писить! — кричит она, захлопывая дверь у меня перед носом. Я отступаю назад, пытаясь собраться с мыслями.

— Эй, у тебя идет кровь, — говорит мне парень.

Я смотрю вниз на свою руку, которую поцарапала о шершавый край вешалки для полотенец, по тыльной стороне ладони тянется струйка крови.

Фу. Кровь. Я немедленно закрываю глаза, мой желудок переворачивается. Я всегда испытываю брезгливость к крови, даже к своей собственной.

— Ты в порядке? — спрашивает парень, кладя руку мне на плечо.

Я вздрагиваю от прикосновения.

— Я в порядке.

Иду на кухню, чтобы смыть ее. Я могла бы пойти в одну из других ванных комнат в доме, но не собираюсь снова оставаться там одна. Я ходячий параноик.

Прохожу мимо холла, замечаю, что Элль держит за руку какого-то парня, хихикает и ведет его в одну из спален, закрывая дверь. Здорово. Пока она там, а Мейко, вероятно, с девушкой с дредами, я еще раз понимаю, насколько одинока.

Вздохнув, я провожу рукой под краном на кухне, наблюдая, как смывается кровь. Это похоже на поверхностную царапину, надеюсь, ничего такого, не придется делать прививку от столбняка, потому что я знаю, какими грязными могут быть эти студенческие дома.

— Ленор.

Ладно, на этот раз я действительно слышу голос.

К тому же очень знакомый.

Я оборачиваюсь и вижу Бет, подружку Мэтта, которая смотрит на меня, скрестив руки на груди.

О черт.

Я закрываю кран и отряхиваю мокрую руку, фальшиво улыбаясь ей.

— Привет, Бет. Что ты здесь делаешь? Мэтт с тобой?

Она прищуривает глаза, глядя на меня.

— Ты была бы рада, да?

Моя улыбка увядает.

— Прости?

Она делает шаг ко мне, пока я не прижимаюсь спиной к раковине.

— Мэтт рассказал мне, что ты сделала.

Мои глаза расширяются.

— Что я сделала?

— Не прикидывайся дурой. Он бы не стал мне лгать.

— Бет, честно говоря, я не понимаю, о чем ты говоришь, — я не хочу подставлять Мэтта под удар, если в этом нет необходимости.

— Ты поцеловала его, — говорит она с насмешкой, достаточно громко, чтобы все люди на кухне обернулись.

— Драка, драка, драка! — кто-то начинает скандировать.

— Снимайте майки и делайте это по-женски! — кричит какой-то чувак.

Я бросаю на него самый неприязненный взгляд.

— Иди нахер, — я снова смотрю на Бет. — И я не целовала твоего парня. Он поцеловал меня.

Я проталкиваюсь мимо нее, не желая вдаваться в подробности ни здесь, ни где-либо еще. Я знала, что Бет здесь рядом учится, но, честно говоря, не ожидала увидеть ее на домашней вечеринке. Мэтт в такие места не ходит.

Она протягивает руку и грубо хватает меня за локоть.

— Я не хочу, чтобы ты с ним виделась.

Вырываюсь из ее хватки. Я не склонна к насилию, но моя кровь уже кипит от того факта, что Мэтт солгал ей обо мне, и после всего, что произошло сегодня вечером и на прошлой неделе, я не доверяю себе. Я определенно не в том настроении, чтобы мной помыкали.

— Без проблем, Бет, — говорю я ей, двигаясь по вечеринке, мне нужно убраться отсюда, пока я не наделала глупостей. Знаю, сначала я должна найти Элль и Мейко, но, честно говоря, я больше не могу здесь оставаться.

Я запускаю приложение Убер и вызываю машину, затем выхожу на свежий воздух. Спускаюсь по ступенькам, по дорожке к бордюру, а затем поднимаю лицо к туману, на мгновение задерживаясь, чтобы глубоко вдохнуть.

Что за дерьмовая ночь.

Я жду Убер несколько минут, отправляю сообщение Элль, что уезжаю, жалея, что у меня нет номера Мейко, чтобы сделать то же самое. Я знаю, что мне следует вернуться туда, но без понятия, как долго они там пробудут, и после этой стычки с Бет я просто хочу пойти домой и лечь спать там, где чувствую себя в безопасности. Я чувствую себя такой разбитой, и ненавижу себя за то, что такая чувствительная.

Подъезжает черная машина, парень опускает стекло. Это первая машина, которую я вижу на дороге за последние пару минут.

Пожалуйста, пусть это будет мой таксист.

— Ленор Уорвик? — спрашивает он.

Я вздыхаю с облегчением.

— Да, это я.

Я открываю заднюю дверь и проскальзываю внутрь. Там красиво, кожаные сиденья, и пахнет одеколоном, хотя я разочарована, что нет ни воды в бутылках, ни мятных леденцов.

— В город? — спрашивает меня водитель.

Я поднимаю глаза и встречаюсь с ним взглядом в зеркале заднего вида. На самом деле он довольно симпатичный, темные волосы вьются у него надо лбом, а выразительные темно-карие глаза словно не моргают.

— Ага, — говорю я ему, пристегиваясь.

Он разворачивается на дороге и едет в гору.

— Что… — говорю я, на мгновение оглядываясь назад. — А не проще ли поехать через Беркли? — спросила я.

— Внизу авария, — говорит он. А потом протягивает руку и прибавляет громкость на радио. Из динамиков звучит песня Ника Кейва «Red Right Hand».

— Ох, — говорю я, откидываясь на спинку.

Волна беспокойства прокатывается по моему животу.

Водитель указывает адрес в навигаторе на iPad, установленном на приборной панели, но я не вижу, что там.

Музыка, кажется, продолжает повторяться снова и снова из стереосистемы, я словно нахожусь в гипнотической временной петле. Начинаю засыпать.

«Не засыпай», — говорит голос у меня в голове. «Оставайтесь начеку».

Я открываю глаза, сосредотачиваясь на происходящем. Я все еще на заднем сиденье Убера, все еще поднимаемся по дороге, и, судя по виду снизу, кажется, что цивилизация остается позади нас.

Я смотрю в зеркало заднего вида и ловлю взгляд водителя.

Он смотрит прямо на меня.

Глаза такие темные, что кажутся почти черными.

Быстро отвожу взгляд, достаю свой телефон, собираясь написать Элль.

Нет сигнала.

Блять.

«Ты снова накручиваешь», — говорю я себе. — «Он отвезет тебя на шоссе. Таким образом, заедем в город».

И все же я должна быть уверена.

— Вы везете меня в город, верно?

Он продолжает пристально смотреть на меня. На его лице не было никакого выражения. В конце концов он говорит:

— Сан-Франциско? Лили-стрит, двести восемьдесят.

Я киваю.

— Да, верно.

Мгновение он смотрит на меня с бесстрастным выражением лица, затем снова переводит взгляд на дорогу. Его рука тянется к радиоприемнику и переключает канал. Снова и снова. Отрывки музыки звучат, а меня начинает подташнивать.

Честно говоря, это сводит с ума, но я не хочу говорить ему остановиться. Мне страшно. Наверное, мне не следовало бояться. Это, мягко говоря, дезориентирует.

Я открываю приложение Убер, хотя я не регистрировалась, чтобы локатор следил за передвижением машины.

Но когда я вижу фотографию, у меня замирает сердце.

Это не пятидесятилетний Дэниел Ли со своим серебристым «Ford Focus» и пятизвездочным рейтингом.

Я села не в ту машину.

Мое сердце замирает, паника начинает разгораться по конечностям, как римские свечи, моя рука тянется ко рту.

Он знал мое имя. Этот человек знал мое имя.

«Думай, Ленор, думай», — говорю я себе. «Что делать? Что ты делать?»

Мне нужно вести себя хладнокровно. Он не мой таксист, но все еще есть небольшой шанс, что он высадит меня там, где нужно. Может быть, в системе какой-то сбой, может быть, Дэниел отменил поездку, а потом этот парень взял заказ, и отсутствие сигнала показывает задержку. Ну, откуда еще он мог узнать мой адрес?