Клинок Гармонии (СИ) - Кишин Илья - Страница 268

Так или иначе Нао уже двигалась по коридорам, гадая направление, в котором мог попытаться скрыться Майерс, но каждый неправильный выбор сам давал о себе знать, ведь коридоры рано или поздно заканчивались тупиками или заблокированными дверями, так и подсказывая девушке правильное направление. В конечном итоге Нао забрела в большой офис для отчетной работы с множеством столов и компьютеров, количество которых само собой говорило о серьезности этого места. Постороннего присутствия не ощущалось, но что-то в этом помещении насторожило девушку, вынудив ступать тихо и присматриваться к любой детали, не игнорируя ни единого шороха.

Ход Майерса не заставил себя ждать, и уже через пару мгновений на ничего не подозревающую Нао покосилось высокое и толстое стекло, служащее офисной перегородкой для конференц-зала, которое лишь благодаря излишней внимательности не осталось незамеченным. Ловко вытянув четыре пальца навстречу угрозе и не выпуская из рук прута, придерживаемого большим пальцем, девушка резким сильным толчком отправила стекло в обратную сторону, которое разбилось на мелкие осколки из-за столкновения с рамой, продолжив свой путь вглубь комнаты. Опыт Нао подсказывал, что это трюк не будет единственным нацеленным на поражение врага, потому она резко обернулась и как бы то ли на паранойе, то ли на шестом чувстве выставила вторую руку в том же положении, образовав поле, которое почти сразу же захватило в свои объять очередную стрелу.

— Должен признаться, я еще ни на кого не тратил так много стрел, — прозвучал мужской голос в другом конце офиса откуда-то из темноты.

— До тебя долго доходит, — фыркнула Нао. — Твои жалкие попытки хотя бы задеть меня — тщетны.

— Я вижу, мисс Изуми, — утвердительно произнес Майерс. — Приходится критически думать и готовить ловушки, но и они, полагаю, не очень хорошо справляются, даже несмотря на свою неочевидность.

— Что ты вообще делаешь, Майерс? — со злобным оскалом вопросила Нао. — Ты не должен быть здесь.

— Свою работу, — нисколько не подкосившись вопросом, невозмутимо сказал Бенедикт.

— Лижешь жопу Эдварду, как это делают другие? — дерзнула девушка, пребывая в непонимании, как они вообще поддерживают связь.

— Эдварду? — уже более опешившим голосом протянул Майерс. — Не знаю, какую связь ты простроила между нами, но я действую исключительно в интересах дворца и нашего короля. Коли почти весь военный состав осаждает комплекс, а противоборствуют им какие-то зазнавшиеся дети, в моей юрисдикции поддержать осаду.

— Значит, ты никак не связан с Эдвардом и кромсаешь сослуживцев по своей воле? — все больше не понимая происходящего, аккуратно поинтересовалась Нао. — Ты вообще уверен в том, что они сделали что-то плохое?

— Чистая интуиция, — столь же уверено заявил мужчина. — Как видишь, мои догадки оказались верны, раз мы встретились здесь, принцесса-отступница.

— Ты встал не на ту сторону, Бен, — прошипела девушка, уже определив местоположение врага и готовясь атаковать.

— Тоже самое могу сказать и о тебе, Нао Изуми, — парировал Майерс.

— Я больше не Изуми! — внезапно воскликнула девушка, прокричав это так громко, что возглас больше походил на крик души.

Сразу после этого столы в офисе внезапно затряслись, а затем сорвались со своих мест, устремившись навстречу стоящему в темноте врагу. Вилки повытыкались из розеток, кружки недопитого кофе попадали со столов, и в один миг весь офис превратился в месиво, где десятки предметов мебели устремились в одну сторону, словно волна цунами, сметающая все на своем пути. Однако, вопреки надеждам быстро и эффективно прикончить Майерса, скользкая тень отчетливо проскочила мимо лучей света на дальнем выходе из офиса, а мебель врезалась в стену, раскрошив прочный бетон несущих стен и разлетевшись в щепки, оставив комнату в состоянии бушующей пыли из-под столов и разлетевшихся по округе бумаг.

— Теперь я Нао Кишин, — с тем же зверским оскалом и нахмуренными бровями выпалила девушка.

Только сейчас до нее дошло, что означали слова Илии о ее отце, который до момента, разлучившего семью, всегда заботился о дочери и лелеял так, как никого другого. Теперь у нее был козел отпущения, на которого можно было все свалить, и интуиция подсказывала, что тот Котай, на которого так обозлилась Нао и чьего смерти всех душой возжелала, так и останется Котаем где-то в прошлом, а ее настоящий отец, Бартон Кишин, подобно родному брату-близнецу, с тяжестью на душе, теплом в сердце и горечью от собственных неосознанных поступков рухнет дочери в ноги, прося прощения за всю боль, которую причинил ей и Аой.

Решимость переполняла Нао, и она снова бросилась в погоню за близнецом, прокрутив в голове все эти мысли за какое-то мгновение. Добравшись до коридора, девушка даже застала фигуру в костюме, скрывшуюся за одной из многих дверей, что очень хорошо сыграло на руку, ведь с такой своевременной удачей не придется гадать, в каком направлении двигаться. Недолго думая, Нао забежала в приоткрытую дверь и оказалась в лаборатории с бесчисленным числом каких-то центрифуг и склянок, среди которых отчетливо виднелся сам Майерс, бегущий к очередному дальнему выходу.

В то же мгновение металлические прутья устремились вдогонку, следуя строго прямо к ничего не подозревающей жертве. Так первый прут с грохотом врезался в стену, минув Бенедикта, однако второй, то ли благодаря расчету, то ли удаче, вонзился прямо во внутреннюю часть правого колена мужчины, мгновенно повалив того на пол прямо на выходе из лаборатории в коридоре с двумя дверьми для дезинфекции, где он мог уже через секунду удачно скрыться, но не тут-то было.

Благодаря удачной атаке, Нао быстро нагнала преследуемого, но на тот момент он уже успел выползти из помещения, и крепкие металлические двери с толстыми окошками из стекла внезапно захлопнулись прямо перед лицом девушки, отчего та с грохотом врезалась в преграду, не сумев вовремя остановиться.

— Какого хрена? — мгновенно возмутилась она, и следом за возгласом захлопнулись вторые такие же двери позади. — Погоди…

— Ха-ха, попалась, — в довольной собой манере очень глухо посмеялся Майерс, голос которого еле просачивался через преграду какими-то окопными путями, возможно, через вентиляцию.

— Это меня не остановит, — спокойно и утратив всякую растерянность, воскликнула Нао, принявшись силой выдавливать дверь наружу, но та почему-то не поддавалась.

— Смирись, теперь ты точно в ловушке, — произнес Бенедикт, почтив девушку видом своего довольного лица в окошке двери, и уже следом за этим комната внезапно начала заполняться какой-то белой дымкой тяжелее воздуха.

— Что это? — испугалась Нао, почувствовав на теле непривычные ощущения.

— Жидкий азот, — поведал Майерс, стянув ухмылку. — Побег из лаборатории грозит экстренной заморозкой. Хотел бы я сказать «ничего личного», но раненая нога явно нарушила мое личное пространство. Прощайте, мисс Кишин.

— Стой, ублюдок! — прокричала вслед уходящему Майерсу Нао, но тот был непоколебим.

Тем временем коридор все больше заполнялся жидким азотом, и шевелить ногами уже не получалось так, как прежде, что неумолимо привносило в разум девушки страх закоченеть до смерти.

— Не сегодня! — не желая сдаваться, прокричала Нао, вновь навалившись на двери всем весом своих сил.

Это было очень сложно, учитывая то, как сильно сопротивлялся крепкий металл, и то, как силы словно утекали с каждой секундой. Нао продолжала давить, уже подступая сознанием к неизбежности, о чем говорили покрывшиеся инеем ресницы и замерзающие на щеках слезы, но воля к жизни оставалась несломимой, и в один момент скрип гнущегося металла. Толстые двери-таки поддались, стекло лопнуло, и листы вместе с болтами стали понемногу прогибаться. От напряжения у девушки даже полопались сосуды на всем теле, не обходя стороной даже глаза, налившиеся кровью, но только благодаря ярой и бушующей активности энтропиума в теле Нао кровь сама собой разогревалась и давление внутри повышалось до такого уровня, что даже жидкий азот за столь длительное время не смог сломить волю принцессы-отступницы.