Гарнизон рассеченной скалы (СИ) - Чагин Павел - Страница 32

Глава 22. Время разбрасывать тряпки

Арон проснулся от навязчивого ощущения, что на него кто-то смотрит. Повернув голову, он тут же наткнулся на Ниму. Капитан Лимнис, положив шлем на стол, распласталась по столешнице. Она сидела одетая, в полном боевом снаряжении, перемазанная подсохшей кровью, землей и еще не весть чем. Уронив голову на чистую скатерть, она устало глазела в пустоту.

— Ты чего это здесь? — стараясь не сильно нарушать тишину спросил кузнец.

— Да вот, мимо шла, решила узнать жив ли еще… — проговорила она. — Не заперто было.

— Который час?

— Скоро рассвет, — зевая ответила она. — Чертовы твари ушли берегом. Пришлось искать и добивать… Ты спи, кузнец, а я посижу тут и пойду дальше. Вот только сил немножечко наберусь.

Арон прикрыл наготу, и вздохнул. В таком состоянии капитан вряд ли куда-то дойдет. Особенно в гору.

— А где твой отряд? — спросил он.

— Там… у редутов. К утру оклемаются. — махнула она рукой.

— Это не дело… — Арон заставил себя сесть и нащупал какую-то одежду у изголовья. — Надо тебя осмотреть.

— Хочешь поиграть в доктора? — усмехнулась она, едва не подавившись слюной.

— Игры кончились, — серьезно сказал он. — Сможешь раздеться?

— Шутишь? Сил нет. Меня сейчас хоть всем миром имей…

Оценив ее состояние, кузнец вышел во двор и запалил уличную печь. Поставив на огонь большой котел, он натаскал в него воды из колодца. Вернувшись в дом, он взял Ниму за шиворот, за ремень и рывком переложил на стол. Расстегнув ремни на спине, он снял части доспеха. Затем, перевернув ее на спину, кузнец со знанием дела отстегнул нагрудник и все, что к нему крепилось. Когда он стаскивал сапоги, капитан болезненно дернулась. И не удивительно, ведь от долгой беготни по песку стопы ее размокли и покрылись ссадинами. Правильно намотанные портянки чудом уберегли ее от кровавых мозолей. Раздев спящую на ходу эльфийку, кузнец осторожно взвалил ее на плечо и перенес во двор. Голой он ее уже видел, так что стесняться тут было нечего. Усадив Ниму на колоду, он развел горячую воду и мокрым полотенцем обтер ее тело. В потемках их вряд ли кто видел, но стоило поспешить. Трогать растрепанную косу он не рискнул. Освежившись остатками теплой воды, он вытерся сам и завернул в простыню ее.

Задернув в доме шторки, кузнец запалили лампу и приступил к осмотру. Серьезных ранений на теле Лимнис он не нашел. Но вот что странно… на коже ее поблескивали совсем свежие шрамы. Казалось им от силы неделя или две, но раньше их не было. Это Арон мог сказать точно, ибо успел изучить ее тело довольно хорошо. Но он не стал на этом зацикливаться. Смазав ссадины остатками чудодейственной мази, он взял Ниму на руки и переложил на постель. Прибравшись во дворе и наскоро простирнув ее льняной поддоспешник, Арон вернулся в дом. Сделав все, что должно, он прилег с краю.

— Черт побери… — простонала она сквозь накрывшую ее дремоту. — Как же это приятно!

— Ты ноги натерла, — сообщил кузнец. — Ходить то, как будешь?

— Чистые портянки творят чудеса. Оберну ноги щелком и дело в шляпе… — пробурчала Нима.

— Ясно. В остальном вроде порядок. Что мог, я сделал. Надо поспать.

— А что, ничего не будет? — едва шевеля губами возмутилась она.

Вопрос был явно риторическим. Прикрыв глаза, Арон быстро провалился в прерванный сон.

По утру, оставив Ниму мирно сопеть в своей постели, кузнец отправился в лагерь. Плотно позавтракав, он дошел до мастерских. Номад, упиваясь доверенной ему миссией, самозабвенно посвящал троих изумленных солдат в тонкости управления боевой техникой. Заметив Арона, он не слишком тактичным жестом попросил его удалиться. Усмехнувшись, кузнец развернулся на месте и зашагал проч. Такой поворот его очень даже устраивал. Проходя мимо сторожевой башни, он случайно подслушал чужой разговор. Солдаты снова упоминали панцирного волка, который мельком показался на закате. Даже во время битвы дозоры никто не снимал. Надо сказать, что и в самой битве принимали участие далеко не все. Навскидку подсчитав потери, Арон понял почему. Силы человеческие не безграничны, да и раны заживают не сразу. Так что в бой солдаты шли лишь единожды, и выкладывались так, что ноги подкашивались. Каждый отряд выступал в свой срок, храня силы до нужного часа. В следующем бою его сменяли уже свежие отряды. От того и народу в гарнизоне была тьма. Капитан Хансон очень старался сберечь людей, а потому ядер и пороху не жалел, лично контролируя каждый бой.

Вернувшись домой к полудню, Нимы кузнец не застал. Собрав оружие и доспехи, она убралась восвояси. Испачканная ею скатерть висела во дворе, выстиранная и почти досохшая. Улыбнувшись про себя, Арон прошелся по двору и заглянул в сарай. Строение не было ветхим, но крыша и стены местами сверкали на просвет, прокалывая витающую в воздухе пыль тонкими солнечными лучами. Должно быть хозяин был зажиточным, и раньше здесь держали лошадей. Подстилку из соломы, казалось, сменили всего пару дней назад. На стенах висел кое какой шанцевый инструмент, вилы, веревки, цепи и пересохшие от времени ремни. Сарай оказался проходным, потому как со стороны проулка угадывались створки ворот с кованными навесами и массивный запор из темного дерева. Поднявшись под крышу, кузнец обнаружил два мешка с овсом. Он был сухим и чудом не сопрел. Плесени тоже не наблюдалось. Закинув дров в уличную печь, он набрал казан воды, накидал свежей морковки, купленной пару дней назад, покрошил кочан капусты, и добавил с десяток молодых картофелин. Доведя все это до кипения он выждал минут сорок, засыпал овса, снова долил воды и накрыл все это массивной крышкой.

Поразмыслив над тем, что имел, он выбрал кое что из старой одежды и потратил пол часа на то, чтобы изрезать ее на клочки и полоски. Когда он поднимался за Линой, успел осмотреть местность с высоты. Накидав в голове примерный маршрут, показавшийся ему наиболее безопасным, кузнец набил тряпками сумку и вышел за ворота. Дело осталось за малым… нужно было раскидать ссаные тряпки. Занятие не из приятных, но ничего лучше Арон придумать не смог. Стараясь не привлекать к себе внимания, он бродил по брошенной деревушке, задумчиво рассматривая дома. Иногда делал вид, что ищет что-то в траве. Найдя укромный уголок, он украдкой проворачивал свое мокрое дело, и выбрасывал тряпку. Через пару часов такой прогулки, он раздобыл несколько полезных вещиц, и приметил кое какую утварь, что не смог унести сразу. Формально это можно было счесть мародерством, но Ярсен сразу оговорился, что кузнец может смело брать все, что понадобится. А мимо инструментов он и вовсе пройти бы не смог.

Наведавшись в мастерские, Арон еще раз убедился, что помощь его не нужна. Номад и его братья четко организовали работу солдат и прочего люда. Объяснять кузнецу, что к чему было долго и не интересно, так что его просто попросили смазать узлы машины и проверить сохранность агрегатов. Что и было сделано. Работа кипела, каждый был занят своими обязанностями. Похоже до Арона и дела никому не было. Дождавшись темноты, он забрался на крышу своего домика и огляделся. Помахав рукой эльфийскому патрулю, маршрут и периодичность которого он изучил заранее, кузнец досчитал до десяти. Нащупав на груди тесемку, он достал из под одежды тонкую серебристую трубочку. Набрав в легкие побольше воздуха, он подул в свисток. Выдыхая медленно и протяжно, он следил за тем, чтобы дыхание было ровным. Сам он не слышал звука, но всерьез опасался, что эльфы, что стоят в дозоре обратят на него внимание. Ведь слух у них куда тоньше человеческого. Однако скала высока, а ветер на вершине порой и сам свистит, протискиваясь сквозь щели старой крепостной кладки. При должной удаче все должно было получиться…

Когда догорели последние дрова и варево на печи было готово, кузнец переложил половину в таз и отнес в сарай. Теперь оставалось только ждать, и надеяться, что кто-то вроде Нимы или Лины не наведается к нему в гости. Но никто не пришел. Ближе к полуночи грузная тень беззвучно перемахнула через забор. Сверкнув глазами, она учуяла еду и пошла на ее запах. Соскользнув с крыши, кузнец заглянул в сарай, огляделся по сторонам, и запер ворота снаружи. Едва он затер следы, в калитку громко постучали.