Заставлю быть моей (СИ) - Ким Милана - Страница 12

Теперь понятно, почему мы не можем понять, где находимся.

Решаем вызвать такси, но их свободных, как назло, нет. Становится только холоднее. Дождь только усиливается, но самое страшное, что и маршруток больше не видно.

— Может, маме моей позвоним? — через полчаса клацаю зубами.

— Тут написано, что через пять минут должна быть маршрутка.

Она приезжает, но водитель нас не пускает, потому что едет в парк.

Я чувствую, что больше не смогу ждать, и так вся продрогла, зуб на зуб не попадает. Только собираюсь набрать номер мамы, как Катин телефон оживает.

— Да, алло, есть уже машина? — Катька принимает вызов с незнакомого номера. — Ты кто? И что надо?

По вопросам я понимаю, что ошиблась.

— И что? Нафига мне это?

Показываю подруге, что набираю маму, но она меня останавливает.

— Хочешь пригласить на кофе? М-м, очень заманчиво! Только я не уверена, что смогу выбраться из дыры, в которой нахожусь. Мы с подругой случайно сели не в ту маршрутку и теперь не имеем понятия, как отсюда выбраться.

Наверное, очередной ухажер. Сейчас я правда ничего не имею против, только бы забрали нас отсюда.

— Конечная двадцать седьмого маршрута. Улицы не знаю. Все! Жду!

Я с интересом смотрю на подругу в ожидании объяснений.

— Ден сейчас приедет нас забрать. Не знаю, откуда у него мой номер, но шанса слинять отсюда я упускать не собиралась, а потом выясню отношения.

Вдруг становится жарко, ведь четко понимаю, что с Деном будет и Алекс. Или это не тот Ден?

Опять себя накручиваю.

29

В салоне автомобиля я чувствую себя очень не уютно. Как и предполагала, Ден приезжает с Алексом и заставляет сесть спереди возле друга.

Они с Катькой устраиваются сзади и сначала тихо, а потом уже громче, о чем-то спорят.

— Накинь, вся дрожишь, — кидает мне на колени свою куртку. Тормозит на светофоре, ловит мой взгляд и сразу отворачивается.

— Спасибо, — отказываться я не собираюсь. Печка в машине включена с первой минуты нашего пребывания в салоне, но мне это не очень помогает согреться.

Надеваю джинсовую куртку и едва останавливаю себя, чтобы не закатить глаза от удовольствия. Аромат терпких духов с небольшим отпечатком запаха его тела сочетаются божественно и словно яд проникают в мои ноздри.

Тело дрожит, и это не остается незамеченным.

— Ден, сзади есть еще куртка, подай, — смотрит на мои голые колени.

Становится неуютно. Оттягиваю свою юбку, слегка покосившись на парня.

— Катерина ее надела, ты же знаешь, я сегодня только в рубашке, — довольно хмыкает Ден.

Слышу, как Катька возмущается, но, честно говоря, нет сил поворачиваться и даже смотреть или слушать. Пусть ругаются. Я рада, что уже в тепле и безопасности.

Но уже через минут десять я меняю свое мнение. Машина останавливается возле незнакомого мне кафе, и нас просят покинуть салон.

— Прошу, девочки, — открывает дверь Ден, — отогреемся, потом доставим вас домой.

Мы с подругой только переглядываемся и входим в кафе. Я еще не отогрелась, и домой появиться в таком виде не вариант, мать сразу все поймет и придется все рассказывать.

Внутри все красиво, современно, немного необычно, ведь возле каждого столика есть бильярдный стол. Американский бильярд. Я видела, но ни разу не играла. Легкая ненавязчивая музыка и приятный персонал.

Делаем заказ сразу же, как садимся за стол, и только потом я замечаю, что Алекса нет. Ден распинается за двоих.

— Думаю, пришло время узнать, откуда у тебя мой номер, — обхватив кружку ладонями с горячим чаем, Катька делает глоток. Я не могу пить такое горячее и только болтаю ложечкой по дну, наблюдая за Деном и подругой.

Я не сильна в любовных делах, но, как кажется, Ден просто без ума от моей подружки. Еще бы, она у меня просто красавица.

— Птичка нашептала, — шутит Ден.

— Тогда мы пойдем, — дергается Катька, но парень тут же усаживает ее на место. Наклоняется, что-то шепчет в ухо, отчего Катька сразу краснеет.

— Идиот, — отталкивает парня от себя.

Совсем скоро появляется Алекс и падает возле меня, закинув руку на спинку дивана.

— Помирились? — первое, что спрашивает.

— Ты о чем? — поворачиваюсь к парню. Он холодно на меня смотрит, а потом резко меняет тему.

— Не важно, главное, чтобы уговорила мать не съезжаться с моим отцом.

Я громко опускаю чашку на стол. Несколько секунд пытаюсь совладать собой, смотря, как Ден с Катей ругаются, но не выдерживаю.

— Я не собираюсь никого уговаривать, понятно?! И тебе придется принять, что мы скоро будем братом и сестрой, даже если и сводными.

Говорю и сама не верю словам. В груди что-то екает от потемневшего взгляда и наглой улыбки.

— Ты уверена? — Наклоняется настолько близко, что наши кончики носа соприкасаются. Меня пробивает ток, даже спинку выпрямляю, хочу отодвинуться, но мне не позволяют. — Я уже тебе говорил: не хочешь — заставлю!

— Ты в своем уме? — взрываюсь, подскочив на ноги. Сегодня ужасный день, а разговор с ним, как вишенка на торте. — Наши родители любят друг друга, как ты это не понимаешь?

30

Желания слушать ответ нет. Его красноречивый, насмешливый взгляд говорит сам за себя. Подхватываю сумку и выбегаю из кафе. К счастью, дождь уже прекратился, и мне даже удается остановить такси.

Катька успевает в последнюю секунду, поджав от обиды губки.

— И чего ты рванула без меня? — обнимает, чтобы успокоить. Видит, что я не в себе.

— Достал, — бурчу под нос.

Меня колотит от его наглости. Просто невыносимый тормоз. До сих пор удивляюсь, что у такого спокойного и галантного мужчины сын полный придурок.

Наутро просыпаюсь с температурой. Даже не удивляюсь, ведь иммунитет у меня ни к черту. Мама лечить меня дома отказывается и отправляет на стационар.

Говорит, разные вирусы по-разному лечатся, нужно пройти обследование. И хорошо, что мы едем, потому что уже через полчаса пребывания в больнице мне ставят диагноз двустороннее воспаление легких.

Следующие три недели живу в больнице, и только учеба и Катькина болтовня меня развлекают.

— Готова? — Мама входит в палату. За ней дядя Егор с цветами, протягивает их мне.

— Привет, красавица, как самочувствие? — вежливо интересуется, а я в который раз вспоминаю его хамоватого сына.

Мужчина помогает забрать мои вещи. Мама сюда перетянула почти весь теплый гардероб. Отопления еще нет, слишком рано, а сыро до ужаса из-за постоянных дождей.

— Как учебу будешь догонять? — грузит сумки в багажник автомобиля. Повезло, сегодня как под заказ выглянуло солнце, наверное, бабьему лету таки быть.

— Я не отставала. Мы с подругой учимся на одном факультете, она каждый день мне материал приносила. Чуток в интернете нашла.

— Ты молодец, — помогает мне устроиться сзади и маме спереди.

Выезжаем на трассу. Егор одной рукой накрывает ладошку матери, с нежностью взглянув на нее.

Я понимаю, что она заслуживает счастья, но мне все равно не по себе.

— Мила, — начинает Егор, мимолетно посмотрев на меня в зеркало заднего вида, — мы с мамой должны тебе кое-что сказать.

Мама поворачивается ко мне с виноватым видом.

— Я не хотела тебя беспокоить, но…

— Завтра вы переезжаете в мой дом, — Егор помогает маме.

Я цепенею от его слов.

Я все понимаю, но все слишком быстро. Не уверена, что мне хватит сил и выдержки на Алекса. Этот паршивец все время не выходит у меня из головы, и я сильно на себя злюсь.

— Вы только не обижайтесь, — хочу быть откровенной, — не слишком ли вы торопитесь? — опускаю глаза в пол, покраснев до кончиков волос.

— Дочка, это ты молодая, а мы уже большую часть своей жизни прожили, не так много у нас осталось.

Он прав, только я вообще не готова. И дело даже не в переезде, просто я чувствую неладное. Алекс мне жить не даст.

— Дочь, мы попробуем, если что, всегда можем вернуться в нашу квартиру, — успокаивает меня мама.

Я все три недели мечтала попасть домой, чтобы никаких капельниц, уколов таблеток и режимов. Только сейчас, переступая порог родного дома, я не чувствую облегчения. Тут все как обычно, только грустно.