Любовница моего мужа (СИ) - Барских Оксана - Страница 44

Больше Михаил не станет топтаться на месте и сомневаться, ответит ли она взаимностью. За эти пять с половиной лет он оброс броней и давно понял, что женщины любят напористых и наглых, а не романтичных ботаников, которые могут признаться в любви в стихотворной форме.

Глянув на часы, Архипов засобирался. Скоро начнется собрание, на котором он не мог не присутствовать. В конференц-зале собрались почти все начальники отделов и ключевые сотрудники, кроме Гдальского и самого генерального. Время перевалило за десять, а их всё не было.

Народ расшумелся, а вот у Михаила неприятно засосало под ребрами. Предчувствие привело его в кабинет отца, и он не ошибся, за несколько метров услышал женский плач, крики и рык Алексея.

Секретарша отца стояла в коридоре, будто следила, чтобы никто посторонний не подходил к приемной ближе, чем на пять метров, и Архипов оценил ее преданность.

— Что здесь происходит? — спросил у нее прежде, чем войти к отцу.

— Там бывшая жена вашего отца, — в ужасе прошептала женщина и кивнула в ту сторону, откуда раздавался шум.

Михаил напрягся и, долго не раздумывая, шагнул внутрь. Неожиданно обнаружил, что участником безобразной сцены, развернувшейся перед ним, стал не только отец, но и мама, выглядевшая весьма обеспокоенно.

— Всё до копейки ему возместишь! — кричала сбоку пожилая женщина, размазывая по лицу слезы. В ней он узнал мать Алексея, которую он видел в его квартире, когда забирал Надю.

— Мама, хватит! — процедил сам Гдальский, и вот за его спиной Михаил, наконец, увидел Миру. Она, казалось, была единственной, кто не выглядел обеспокоенно.

Отец в это время осел в свое кресло, и мама с тревогой во взгляде сразу же подскочила к нему. Налила воды в стакан и поднесла к его губам. Вид у него и правда был бледный и измученный, словно он постарел за те несколько дней, что они не виделись. И это совершенно Михаилу не понравилось.

— Что происходит? — зычно рыкнул и прошел вперед, встал так, чтобы загораживать родителей от этой ненормальной семейки Гдальских.

Архипов-младший глянул твердо и вопросительно на Алексея, который смотрел на него волком исподлобья. Будто знал что-то, чего пока не понимал Михаил.

— Так вот оно, твое отродье, — хмыкнула Галина, мать Алексея. Окинула Михаила пренебрежительным взглядом и чуть ли не сплюнула, выказывая ему презрение.

— Следи за своим языком! — крикнула вдруг Элеонора, и мужчина удивился, ведь никогда мама не позволяла себе повышать голос. Нет, она была женщиной интеллигентной, всегда говорила спокойно и рассудительно.

— А ты заткнись, прошмандовка! Разлучница, лишившая моего сына отца!

— Угомони свою мать.

Нижняя челюсть Михаила выдвинулась агрессивно вперед, кулаки сжались до хруста пальцев.

— А ты чего прячешься за чужими спинами? Что, стыдно правде в глаза посмотреть? Пока твой сын жил впроголодь, ты по курортам да морям жопу грел, да?! Что, заменил одного сына другим?! — снова заголосила Галина Никадимовна, она будто вошла в раж, выплескивая многолетнюю злость на бывшего мужа.

Михаил знал, что мама была второй женой отца, но не думал, что когда-то столкнется с той, первой, вживую. Его мозг работал довольно быстро, так что он почти сразу сложил два плюс два. Отец никогда не говорил, что у него была не только жена, но и еще один сын.

Его взгляд моментально скользнул по Алексею, выискивая сходство с отцом. И к сожалению, находил. Да, он не был точной копией, как Миша, но родство было бесспорным. Даже ДНК-тест не требовался. Михаил обернулся к родителям и первым делом подметил бледное лицо матери. Подскочил к ней и заставил усесться на стул.

— Всё хорошо, мам, выпей воды, я сам во всем разберусь.

На отца старался не смотреть. Был зол на него за то, что втянул во всю эту историю мать. Миша пока не знал, была ли она в курсе, но сейчас для него это не имело значения. Все посторонние вызывали у него настороженность и заставляли его мобилизовать защитные силы.

Он обернулся к посетителям и подметил выражение лица Миры. Эта хитрая дрянь наверняка давно об этом знала и всё подстроила, чтобы присосаться к деньгам Архиповых. В отличие от Нади, в этой девчонке он никогда не заблуждался. Встречал таких на своем пути в большом количестве. Все они хотели лучшей жизни за чужой счет и готовы были идти по головам.

— На выход, — Михаил кивнул троице, не собираясь с ними церемониться.

— Нет, ну ты посмотри на него, он еще рот разевает. Наверняка весь в мать, такой же…

— Мама, — процедил Гдальский, видя выражение лица Архипова-младшего.

Несмотря на чувство злости и несправедливости, Алексей всегда побаивался Михаила и не шел с ним на открытую конфронтацию. Ощущал подспудную угрозу. Понимал, что в случае драки не вывезет и опозорится при других, а этого он боялся больше всего на свете.

— Не мамкай! — зашипела на сына Галина Никадимовна. — Хватит молчать, Лев! Хоть раз в жизни будь мужиком! Возьми на себя ответственность!

Михаил было собрался вызвать охрану, чтобы они вывели эту скандальную женщину, но неожиданно из кресла подал голос его отец.

— Что ты хочешь услышать, Галя? Ты сама препятствовала нашему общению, а теперь, почти тридцать лет спустя, хочешь, чтобы я стал взрослому сыну отцом?

Голос Льва Николаевича Архипова звучал устало и тоскливо, он не скрывал, что его тяготит прошлое и его собственные поступки, но прошлое на то и прошлое, что его нельзя поменять. Больше всего он стыдился посмотреть Алексею в глаза. Считал себя виноватым, и от этого чувства было никуда не деться.

Искал ли он себе оправданий? Давно уже нет, не мальчик ведь, а мужчина. Вот только стыду, который растекался по его телу алым узором, этого всего не объяснишь.

И что он мог сейчас сказать своему первенцу? Что никогда не любил его мать и женился по залету, а спустя несколько лет впервые по-настоящему влюбился? Он был козлом, да, но не хотел очернять Галину перед Алексеем. Пусть гнусная история причины их брака останется только между ними.

Глава 31

Галина ощущала себя одновременно опустошенной и злой. Чувство несправедливости разъедало ее внутренности, отравляла разум, и у нее просто упало забрало.

— Ничтожество, — прошипела на бывшего, который смел сейчас смотреть на нее взглядом, полным превосходства.

— Ты сама не разрешала мне видеться с сыном!

— Мам, это правда?

Галина Никадимовна вдруг замолчала, весь ее пыл стух, и она горько расплакалась, практически падая на диван. Нет, она много лет держалась, делала вид, что это было ее решение гордой женщины, но когда увидела Михаила, то полезла в интернет, а там узнала о смерти отца Элеоноры. Того, кого также считала виновным в том, что ее Лешик рос без отца.

Все застыли в ступоре, и только Мира держала себя в руках. Ей было интересно, чем закончится эта драма, она будто напитывалась энергией от скандала, но старалась этого не показывать, держала улыбку в себе. Замахала руками, пытаясь успокоить свекровь, но та довольно быстро взяла себя в руки. Встала на ноги и сверкнула глазами в сторону Элеоноры.

— Мама? — голос Леши стал злее, но она могла его понять.

— А ты у новой женушки своего отца спроси, сынок, — ядовито произнесла Галина.

Лев усмехнулся, даже не удивленный, что всю ответственность за свои гнусные поступки Галина перекладывала на них с Элей, вот только внезапно заметил, как задрожали руки его жены, и как она опустила глаза. Он слишком хорошо знал ее, чтобы обманываться.

— Эль? Всё хорошо? — тронул ее пальцы, ужасаясь тому, какие они холодные.

— Д-да.

Даже голос ее дрожал.

— Что, стыдно за прошлое, змея?

— Угомони свою мать, Алексей, — кинулся на защиту собственной семьи Михаил.

Начался гомон, крики, плач. Никто не мог успокоиться, а Лев Николаевич вращал глазами, не понимая, как обычный день превратился в хаос. Не знал, что делать, пока его Эля вдруг не стала оседать на пол. Подхватил ее на руки и посмотрел на незваных гостей.