"Фантастика 2023-134". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Демина Карина - Страница 507

Он подошел к сидящей на полу Светлане, которая проснулась и теперь недоуменно оглядывалась, и потянул ее за руку:

– Света, пойдем, здесь нам больше ловить нечего.

Женщина неуверенно поднялась на ноги и оперлась об Рене. Тот посмотрел на Инну чуть ли не с ненавистью и сказал:

– Ты любишь этого идиота, а значит, сама ничем не лучше. Ты не в состоянии спасти мир. Тебе мозгов не хватит. С меня хватит этого дома. Я ухожу.

Инна не понимала, что происходит. Она как будто очутилась в кошмарном сне. Нахмурившись, девушка спросила:

– В каком смысле – Алистер мертв?

– В прямом. Я ведь взял его с собой в ЕКЦ, знаешь? Мне нужна была помощь программиста. Его убила охранная система оружия, которое мы пытались раздобыть. Но да, признаюсь, отчасти в этом виноват я. Нужно было предупредить его, а я не предупредил. Как бы то ни было, он мертв, а мир продолжает рушиться, и я ни минуты лишней не желаю оставаться в этом доме.

Потом Рене со Светланой направились к двери и вышли из гостиной. Все были слишком шокированы, чтобы его остановить. Инна молча смотрела куда-то в пространство. Ей неожиданно показалось, что только что закончилось нечто очень важное для нее.

Глава 21

Пока Инна пребывала в глубочайшем шоке в своей жизни, Мизуки быстро пришла в себя. Она выскочила в коридор, и оттуда донеслись ее крики:

– Куда это ты собрался? А ну объясняй немедленно, что все это значит!

Ответа Рене Инна не расслышала. В груди саднило, прямо как будто кто-то отрезал жизненно важную часть тела. Она понятия не имела, что ей делать дальше, и как справиться с этим навалившимся на нее одиночеством, да и надо ли справляться. Если мир близится к своему концу, а Алистера уже нет, то в чем смысл?

– Ты конченый идиот! – кричала в коридоре Мизуки. – Ты знал, что эта охранная система опасна! Почему не предупредил его?

Объяснения потонули в новых криках. Мизуки обзывала Рене всеми известными ей матерными словами, топала ногами, возможно, даже била его. Инне хотелось сказать ей, что в этом нет смысла, что Алистера этим не вернешь, но подруга бы не услышала ее за своими воплями. Встревоженный Рави тоже вышел в коридор и постарался успокоить Мизуки. Инна осталась одна. Да, именно так и было. Она и раньше чувствовала пустоту из-за отсутствия квантовой реальности, но теперь она словно очутилась в открытом космосе без надежды на то, что ее кто-нибудь подберет на корабль. Инна обхватила колени руками, положила на них голову и принялась всхлипывать – негромко, но горько.

В конце концов, Мизуки вернулась в гостиную с таким выражением лица, как будто она хотела кого-то убить. Присев рядом с Инной на диван, она тихо сказала:

– Мне очень жаль. Было бы это в моей власти, я бы засадила Рене в тюрьму до конца его жизни.

Инна не ответила. Какое-то время слезы катились из глаз, пока не высохли. Но даже тогда ей не стало легче. В грудной клетке словно образовалась дыра. Все это время девушка надеялась, что рано или поздно найдет Алистера, и что он крепко ее обнимет и прошепчет на ухо нечто успокаивающее – но теперь этого никогда не будет. Сначала отец, теперь Алистер – все вокруг нее умирали, и она оставалась совершенно одна, да еще почему-то должна была пытаться предотвратить апокалипсис. Она так устала. Почему бы просто не сдаться?

Мизуки какое-то время поглаживала ее по спине, но сейчас даже присутствие подруги не могло успокоить Инну. Ей подумалось, что скоро, наверное, и Мизуки умрет, и тогда она точно останется в полном одиночестве. Стоит ли предотвращать надвигающийся конец?

– Рави, – позвала Мизуки. – Ты не мог бы нас оставить ненадолго?

Парень с готовностью кивнул и вышел из гостиной. Инне от этого легче не стало. Слезы кончились, теперь в зоне сердца больно жглось, словно от прикосновения раскаленного железа. Она обхватила себя руками и постаралась очистить голову от мыслей. Но перед глазами крутились образы Алистера и причиняли сильную боль.

– Знаю, что тебе сейчас плохо, – тихо сказала Мизуки. – Но, если хочешь, можешь поговорить со мной обо всем этом. Я готова выслушать.

Инна только покачала головой, и по ее щеке прокатилась еще одна слеза.

– Если хочешь побыть одна, я могу пока уйти.

– Нет, пожалуйста, останься, – ее голос звучал странно хрипло, как будто она была столетней старухой.

Мизуки больше ничего спрашивать не стала. Наверное, она привыкла к тому, что Инна не любит распространяться о своих чувствах. До смерти отца та и в самом деле пыталась оградиться от эмоций. Инна никогда не проявляла их при нем, зная, что он рассердится. Все изменилось после его смерти. Ей стало труднее сдерживаться. Но с Алистером ей и не нужно было. Он никогда не соглашался с установками ее отца, и всегда поддерживал ее, если она проявляла эмоции. Даже до гибели отца они иногда подшучивали друг над другом, когда оставались наедине. Рене, конечно, козел и придурок, но в одном он прав. Было два объяснения тому, что чувствовала Инна. И версия про взбесившиеся гормоны и поиск обезболивающего – неправильная.

Инна уткнулась Мизуки в плечо, и та ее легонько обняла.

– Как мне теперь жить без него? – простонала Инна подруге в шею.

– Да ладно тебе, – мягко произнесла Мизуки. – Все будет хорошо!

– Только не надо этого бреда, Мизуки, – поморщившись, Инна отстранилась. – Никогда не понимала, откуда в тебе столько оптимизма? Ты видишь, что происходит? Мир катится к гибели, а мы ни на шаг не приблизились к его спасению. Все вокруг умирают. Отец, Алистер. Но ты же только рада, правда? Он никогда тебе не нравился.

– Что? – удивилась Мизуки.

– С тех пор, как я тебе обо всем рассказала, ты только и делала, что называла его придурком и твердила, что мне нужно его послать. Тебя ни капельки не волновала его жизнь! Тебе было плевать, что ему нужна поддержка! Ты хотела от него избавиться.

– О чем ты говоришь? – продолжала недоумевать Мизуки. – Я не хотела от него избавиться. Я просто считала, что он поступил глупо, не поверив в твои чувства только из-за того, что у тебя, видите ли, плохой период в жизни, вот и все.

– И поэтому ты постоянно говорила мне, чтобы я его прогнала и больше не общалась? – Инна сдавила пальцами подлокотник дивана. – Ты мне ни одного слова хорошего про него не сказала. Ты его ненавидишь.

– Так, ты этого не имеешь в виду, – Мизуки отстранилась и покачала головой. – Ты под влиянием эмоций. Инна, я знаю, что тебе тяжело, но, пожалуйста, постарайся успокоиться.

– Успокоиться? – возмутилась Инна. – Папа мертв! Алистер тоже. Я совсем одна, мир скоро взорвется. Да еще и моя подруга только радуется тому, что…

– Я поняла, Инна, прости, – Мизуки опустила голову. – Я и понятия не имела, что тебе так неприятно слышать все то, что я говорила об Алистере. Мне просто казалось, что, если я буду его ругать, тебе легче будет пережить его отказ. Наверное, я ошиблась. На самом деле я не считаю его придурком. Если честно, он очень хороший человек, и, на мой взгляд, вы очень подходите друг другу. Я же видела, как ты счастлива рядом с ним.

– Правда? – опешила Инна.

– Правда.

Инна вздохнула. То, что Мизуки на самом деле так считала, стало для нее новостью.

– Ты тогда тоже меня прости, – пробормотала девушка. – Не знаю, что на меня нашло.

– Я понимаю.

– А я вот кое-чего не понимаю, – протянула Инна. – Что такое случилось с Рене? Почему он так себя повел? Нет, конечно, он и раньше джентльменом не был, но сегодня что-то он совсем разошелся.

– Не знаю, – пожала плечами Мизуки. – Но вообще-то догадаться не трудно. Инна, ты вообще в зеркало смотрелась? Ты же красавица.

– С таким носом? – хмыкнула Инна.

– Очень красивый нос. На тебя всегда парни заглядывались. Думаю, что Рене ты тоже понравилась, и он просто приревновал тебя.

– Я ему понравилась? Да он меня презирает!

– Не презирает, просто у него самомнение зашкаливает, вот он и выпендривается. Ты ему понравилась. Наверное, он хотел начать с тобой отношения, но понял, что ты слишком привязана к Алистеру и почти наверняка его отвергнешь. И тогда решил сделать тебе больно. Вряд ли он убил Алистера намеренно, но, скорее всего, подсознательно этого желал, а потому и потащил его в ЕКЦ. Не думай об этом. Он последняя сволочь, но чего еще можно было ожидать от брата Ромины и друга Светланы?