"Фантастика 2023-134". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Демина Карина - Страница 521

Ромина кивнула и крепко сжала его руку.

– Я все никак не могу понять, почему вы ненавидите вечность. Разве это не то, к чему мы всегда стремились?

Годард вздохнул и посмотрел на свои мальчишеские руки:

– Я себе это представлял совсем по-другому.

– Мне все равно, как ты выглядишь, – твердо произнесла Ромина.

– Дело не в этом. Дело в… а, все равно ты не поймешь. Лучше давай поспешим. Конец света ждать не будет.

И они направились к обшарпанному зданию.

Глава 26

Фера сидел в корабле на улице перед домом Инны и ждал, пока Мизуки все уладит. Квантовит еще не до конца отошел от снотворного, да и консервант потихоньку преобразовывал атмосферу, так что двигаться было трудно, а тело казалось невероятно тяжелым. Мысли словно увязали в болоте, и ему хотелось как можно скорее покинуть эту обреченную планету, но он не мог. Здесь его друзья, и он должен им помочь.

Он лениво смотрел в окно, как вдруг увидел, что с далекого холма спускаются двое. Зрение Феры было идеальным, потому он сразу разглядел две вытянутые женские фигуры, одну рыжеволосую, другую – блондинку. Квантовиты не нервничают, однако его сердце заколотилось капельку быстрее. Секунду подумав, он открыл дверь корабля и вышел наружу.

Заметив его, фигуры начали двигаться быстрее, хотя в нынешней ситуации это было довольно трудно. Воздух становился вязким, гравитация усиливалась, и шаги стали более грузными. Однако они все-таки добрались до корабля, и Фера посмотрел в глаза той, что отвергла его.

– Что вы здесь делаете? – по обыкновению равнодушно спросил Фера, с легким недоумением поглядывая на рюкзаки за их спинами.

– Я бы спросила то же самое у тебя, но на это нет времени, – отмахнулась Агнета, заправив рыжую прядь волос за ухо. – Этой планете приходит конец, а у тебя, как я вижу, есть корабль. Мы должны взлетать, притом немедленно.

– Мама, я боюсь, – пискнула Элин и прижалась к женщине.

Фера был немного ошарашен, но все же он сказал:

– Я не могу сейчас улететь. Я должен помочь друзьям. К тому же, насколько я помню, когда мы с тобой виделись в последний раз, ты хотела остаться.

Агнета посмотрела на него с отчаянием:

– Тогда планета не погибала! Я чувствую, что с воздухом что-то происходит, и понимаю, что конец близок. Ты говорил, что любишь меня. Вот твой шанс доказать это!

Фера покачал головой:

– Я не могу уйти, пока…

– Фера, срочно улетаем! – вдруг раздался звонкий голос Мизуки.

Квантовиты повернули головы к дому и увидели, как из него выбегает четверка людей. Мизуки, Рави, Инна и Алистер, с трудом продираясь через загустевший воздух, спешили к его кораблю. Их лица были искажены мучением от усилий, которые им приходилось прикладывать, чтобы сделать шаг. Фера поспешно кивнул и снова сел в корабль.

– Можете к нам присоединиться, – безразлично предложил он Агнете с Элин.

Тем дважды повторять не требовалось. Квантовитки зашли внутрь небольшого летательного аппарата, похожего на космоавтобус, и плюхнулись на задние сиденья. Из людей первой добралась, разумеется, Мизуки, вскоре за ней подтянулись и остальные. Убедившись, что все зашли, Фера одним легким движением закрыл и заблокировал двери. Потом он стал увеличивать мощность двигателей, но корабль все не мог взлететь. Фера довел мощность до 105% от номинальной. Возникла вибрация. Корабль затрясло. И он начал медленно подниматься.

Инна посмотрела в иллюминатор и с сомнением протянула:

– На такой скорости нам ни за что не выйти из атмосферы…

Разумеется, она права. Любой другой бы на его месте запаниковал, но Фера был квантовитом, а потому привык мыслить хладнокровно. Отсутствие альтернативных версий в мозгу немного сбивало с толку, но он уже научился мыслить в новых обстоятельствах. Поэтому он подключил аварийные двигатели и включил в расход запас резервного топлива. Рыкнув, корабль резко взмыл в небо. Несколько минут, и планета Земля превратилась в синий и покрытый белой, как будто сахарной, присыпкой шар где-то позади, казавшийся здесь, среди космических просторов, таким крохотным и незначительным. Они пролетели мимо покрытого кратерами безжизненного камня Луны, а потом понеслись не бешеной скорости через темное пространство навстречу далеким звездам. Теперь можно и расслабиться. Фера отвернулся от пульта управления и окинул взглядом собравшуюся компанию:

– Куда конкретно мы летим, и что вообще происходит?

Эта обшарпанная развалина даже никак не охранялась. Разумеется, выставлять какую-то защиту – только зря внимание привлекать. Годард с Роминой аккуратно отворили незапертую дверь и вошли внутрь. Свет не горел, когда-то белый пол весь потрескался и покрылся толстым слоем пыли. Однако, стоило Ромине включить встроенный в нее источник света, они обнаружили следы детских ног.

– Она здесь, – кивнула президент.

Годард поспешил в ту сторону, куда вели следы. Он боялся, что в конце его будет ждать какая-нибудь ловушка, но, похоже, «хозяйка» дома была уверена, что сюда никто никогда не придет.

Следы привели его в комнату, полную старой потрепанной мебели из материалов, от использования которых давно отказались. В окне были выбиты стекла, и ветер гонял клочки бумаги и пух из разорванной подушки. На темном диване, закрыв глаза, сидела девочка с длинными черными волосами и что-то напевала себе под нос.

– Годард, – вдруг произнесла она. – Я твои шаги узнаю, где угодно, – девочка открыла и прищурила и без того узкие глаза. – Что ты здесь делаешь?

– Привет, Джи, – не отвечая на вопрос, поздоровался Годард. – Полагаю, Ромину ты помнишь?

– Забудешь ее, как же, – проворчала Джи. – Мой ответ – нет.

– Мы тебе еще даже ничего сказали.

– Я знаю все, что вы можете мне сказать. И мой ответ по-прежнему «нет». Я очень рада тому, что мир взорвется и прекратит свое существование. И не говори, Годард, что не желаешь того же.

– Джи, мир вовсе не собирается взрываться.

Лицо девочки скривилось, отчего нежные черты лица сильно исказились:

– Тогда какого черта вы ко мне пришли? Я не вернусь в этот ваш интернат. То, что твоя подружка заставляет трехсотлетних людей учить заново школьную программу вместо того, чтобы приносить реальную пользу обществу тогда, когда оно в этом нуждается, – это просто оскорбление! Я доктор химических наук, а не какая-то неразумная школьница.

– Я это делаю для вашей же безопасности, – сердито заметила Ромина.

– Для нашей? – Джи усмехнулась. – Да ты себя спасти хочешь! Ну, может, еще и своего бойфренда, если он тебе еще бойфренд, конечно. В чем я сомневаюсь, если честно. Ты-то, может, и способна забыть о том, как он выглядит, вот только Годард уже давно потерял интерес ко всему такому…

– Ты прекрасно понимаешь, что никто не должен узнать о том, что произошло, – напомнила Ромина. – Ты подписала соглашение, не забывай об этом.

– Те, кто это соглашение составлял, мертвы, причем по твоей вине – не забывай, пожалуйста, об этом.

Стальные глаза Ромины зловеще блеснули. Годард знал, что за этим последует, а потому поспешил встрять:

– Перестаньте. У нас нет времени ругаться. Джи, никто не собирается увозить тебя обратно в интернат. Мир больше не взрывается, но грядет другая катастрофа.

И он поспешно описал ей ситуацию с консервантом. Бесконечная усталость в карих глазах Джи сменилась испугом, но лишь на пару секунд. После этого девочка откинулась на спинку дивана и якобы изумленно вскинула брови:

– Как же так – вы с такой серьезной проблемой пришли всего лишь к школьнице? Может, вам лучше поискать какого-нибудь ученого?

– Прекрати валять дурака, – рассердилась Ромина. – Ты и есть ученый. Лучший специалист по химии на этой планете.

– Неужели? А почему же тогда я осваиваю программу восьмого класса средней школы?

– Джи, пожалуйста, – попросил Годард. – Помоги нам. Ты же сама не захочешь провести вечность, не имея возможности пошевелиться!