До встречи с тобой (ЛП) - Скотт С. Л. - Страница 14

Он наклонился и вдохнул. Когда ее глаза оторвались от него и посмотрели на Клару, он почувствовал боль.

Ее взгляд вернулся к нему, и Джуд нежно провела пальцем.

Отбросив руку Клары, он схватил салфетку.

Блондинка справа от него так обманчиво испортила его. Она знала, что сделала. Она сделала ставки там, где не имела права.

И теперь он сидел перед единственным человеком, которого никогда не хотел бы обидеть.

Клара, игривая, совершенно ничего не подозревающая, представила их:

— Тейлор Барретт, это Джудит Болер и ее двоюродная сестра Исла Болер. Джудит и Исла, это Тейлор.

Исла заговорила первой.

— Приятно познакомиться, Тейлор.

Он встал, потянулся через стол и пожал ей руку.

— Приятно познакомиться. — Он остался стоять, сосредоточив все свое внимание на Джуд и протянул ей руку ладонью вверх. Это было единственное предложение, которое он мог сказать, и он надеялся, что она согласилась.

— Очень приятно познакомиться, мисс Болер.

Его голос мог надломиться, нервы пошатнулись, но он не был уверен.

Она вложила свою руку в его, и когда они пожали руки, ее веки закрылись, наполнились жаром, воспоминания, влечение… долгое приветствие не доставляло им неудобств. Это было необходимо. Но Кларе не понравилось дополнительное внимание, проявленное к Джуд.

Клара спросила:

— Вы встречались раньше?

Тейлор ждал, пока Джуд ответит, не понимая, почему они притворяются.

— Нет, — сказала она, отпуская его и откинулась на спинку стула. Она поднесла стакан воды к губам.

Нужно было отвлечься и это случилось в самый последний момент. В комнату вошел Руфус Стивенс, извиняясь за опоздание.

Он работал. Его грандиозный выход вызвал улыбки и радость.

Было время, когда Тейлору нравился Руфус, но прошло много лет и грязные дела испортили отношения. Руфус был бабником — он платил за секс драгоценностями и дорогими обедами и угощал всех женщин, как если бы они были наложницами. Его ожидания никогда не превышали хороший секс. Тейлор провел больше нескольких ночей, утешая женщин, которые были использованы.

Руфус был тем же «другом», который спал с Кэтрин, когда Тейлор лежал в больнице.

Помолвка произошла только из-за давления со стороны обеих семей на Тейлора. Когда он сказал своему другу, его «друг» сделал то, что сделал бы любой враг.

Ее слезы были единственными, которые Тейлор никогда не утешал.

Его ум был занят другими вещами. Ему нужно было бороться со своей болезнью. Разбитое сердце было лишь его частью, от которой он надеялся найти лекарство. Руфус и Тейлор поприветствовали друг друга притворно любезно. Друзья не общались с тех пор, как была диагностирована болезнь Тейлора, и с тех пор, как предательство распространилось по кругу светских сплетен.

Их салаты были быстро поданы, и стаканы были долиты.

Тейлор заказал виски со льдом, зная, что не сможет осилить этот ужин. Не желая сосредотачиваться на своем противнике, он снова повернулся к брюнетке, сидевшей прямо напротив него, внезапно его сердце обнажилось. Когда она осмелилась поднять глаза, она была встречена бурей эмоций, так ясно все это было видно в его глазах, и она отвернулась.

Он этого не сделал.

Ее волосы были туго стянуты сзади. Ее челка свисала на лбу, а брови мягко опущены. Ее ресницы были темнее, а веки подведены тонкой черной линией. Розовый цвет украшал ее щеки, но этот розовый был неестественным, она краснела, смотря на него. Этот розовый был противоположностью того, когда она уставала, измученная любовью.

Ее жемчужное ожерелье закрывало ямку на шее, которую он любил лизать. Маленькие нежные жемчужины украшали ее уши и подходили к ее бледному цвету лица.

Она была одета в шелковое платье.

Тейлор смотрел на брюнетку напротив него, совершенно не узнавая ее. Он наблюдал за ней за супом, за салатом, за основным блюдом. За десертом. Он наблюдал за ней всю ночь, надеясь мельком увидеть девушку, которая украла его мир.

Она проигнорировала его взгляды. Она проигнорировала продолжающийся оживленный разговор вокруг нее. Она проигнорировала подталкивания кузины. Она игнорировала большую часть еды перед ней. Но она не могла игнорировать его. Он дал ей семь дней счастья. Он дал ей семь дней принятия, любви, доверия. Она могла избегать его взгляда, но нет, она не могла игнорировать мужчину, который поглотил ее дни и ночи. Это убивало ее воспоминания.

И она посмотрела в его карие глаза и улыбнулась ему, для нее, для них и воспоминаний, которые они создали.

В эпицентре урагана только двое существовали, остальные проиграли в смертельных ветрах, кружащихся вокруг них. Дышать стало тяжело, когда она смотрела в глаза единственному человеку, которому она не могла принадлежать. Она не могла уничтожить его. Она бы не стала. Ей пришлось отпустить его навсегда. Его рука медленно потянулась к ней, и ее вилка упала. Все сидели и молча смотрели на нее.

Все, кроме Тейлора, который встал.

— У тебя что-то на платье. Вот, — предложил он, — я могу помочь.

Она взяла его за руку, ее сердце не выдержало чувств.

— Ладно, — ответила она еле слышно.

Клара рассмеялась над этой нелепой идеей.

— Присядь, Тейлор. Просто иди на кухню, Джудит.

Тейлор проигнорировал сноба, сидящего слева от него, и крепко держался за единственную женщину, которая имела для него значение. Они держалась за руки, когда вышли из комнаты, отказываясь отпустить друг друга.

Они стояли в темной комнате, дождь громко стучал по стеклу, окружавшему их. Суровая погода никак не влияла на то, что было между ними. А также на несколько секунд он снова увидел свою Джуд.

Не теряя времени, он сказал:

— Ты не вернулась. Хотя обещала.

Потом она снова исчезла…

— Мне очень жаль, — извинилась она, добавив его в длинный список людей, в которых она чувствовала, что разочаровалась. — Я хотела, но не могла.

— Почему?

Ее рука выскользнула из его руки, и она подошла к окну с другой стороны покрытого дождевыми каплями.

— Это имеет значение? — Она прижала руку к стеклу, чувствуя холод, чувствуя давление ударяющих тяжелых капель. — Кажется, вы с Кларой близки.

— Внешность обманчива.

— Я думаю это так, — ответила она тусклым выражением лица. Она пожала плечами.

— Не делай этого! Не веди себя так, будто эта неделя не имела значения, как будто я не имел значение. — Гнев взял верх, несмотря на все его попытки сохранять спокойствие рядом с ней. Его боль трансформировалась, и вот с чем он остался.

— Теперь все в тебе имеет смысл. Это совсем не ты. Я даже не узнаю тебя с той ночи. Ты выглядишь иначе, и ведешь себя иначе. Где твой прекрасный хаос? Где сарафан и зимние сапоги? Ты не та девушка, которая без извинений врезалась в меня на вечеринке, прямо в мой мир. — Он посмотрел на нее и сказал: — Сегодня ты выглядишь потрясающе, но я не узнаю девушку, стоявшую передо мной.

Отчаянно желая найти эту девушку так же сильно, как и он, она повернулась к нему, чтобы противостоять ему. Ее улыбка исчезла, когда она поняла, что ее юбка была поднята и не поправлялась.

— Все хотят, чтобы я была такой. Разве я не идеальна? Не чопорна? Или правильная? Презентабельная?

— У тебя есть все эти качества, но ты этого не понимаешь. Где девушка, которую я встретил?

Он подошел к ней, подошел как можно ближе, сдерживаясь, чтобы не прикоснуться. Он был слаб рядом с ней, а ему нужно было быть сильным.

— Где та девушка, которая делает двойные соусы и готовит посреди ночи? Я хочу ее вернуть. — Расстроившись, он наконец отвернул ее.

— Я тоже, но это очень плохо, Тейлор!

— Не называй меня так, Джудит! — Он повысил голос в ответ на нее.

— Кстати, я думал, ты сказала, что твоя семья называет тебя Джуд. Все там зовут тебя Джудит.

Она была настойчивой.

— Моя настоящая семья.

— В этом нет смысла. Ты чертовски сумасшедшая. Я должен был уловить намек на последней вечеринке.