Овцы смотрят вверх - Браннер Джон - Страница 79

Она стукнула по столу кулаком.

– Остин! Ради Бога! Ты что, не понимаешь, что сейчас ты самый влиятельный в этой стране человек? Что бы ты ни говорил о людях, которых называешь трейнитами, они выбрали для себя это название потому, что существуешь ты. На твоей стороне все, кто не может позволить себе бесплатную медицинскую помощь, – дети, взрослые, белые, черные, молодые и старые! Ты только что проехался по всем Штатам от океана до океана. И что ты увидел повсюду – от Аспена до Нью-Йорка? Череп и скрещенные кости. Так? Они ждут тебя, Остин. Ждут, высунув языки от нетерпения.

– Я знаю! – сказал Остин, почти задыхаясь от волнения. – Но я не хочу этого!

– Но такова реальность, и от этого никуда не убежать! – сказала Пег безжалостно. – Что ты будешь с этим делать, решать тебе. Не знаю, как там со спасением мира, но я абсолютно уверена: если ты не скажешь свое слово, эта страна не переживет грядущую зиму без того, чтобы скатиться в гражданскую войну.

Наступило холодное молчание, прерванное одним коротким словом.

– Да, – сказал он.

И вновь – молчание.

Некоторое время спустя, словно вернувшись из каких-то далеких краев, он сказал голосом будничным и спокойным:

– Странная вещь! Я не могу вспомнить имя парня, который придумал этот символ.

– Какой? Череп и кости? Я думала, ты помнишь.

– Увы! Помню только, что это был дизайнер, которого они прикрепили в одном издательстве к моим книжкам. Он сделал маленький логотип из костей и черепа и поместил его рядом с номерами страниц. Но я начисто забыл его имя. А это нечестно, он должен получить свою долю славы.

– А может, он и не захочет! – предположила Пег.

– Это я могу понять, – хмыкнул Остин, разглядывая тыльную сторону своих лежащих на столе ладоней. – Ты знаешь, меня иногда посещает ужасное чувство, будто я перестал быть самим собой. Ты понимаешь? Я имею в виду то, что из меня сделали демона-покровителя террористов, саботажников, поджигателей, убийц! Может быть, даже насильников. Символ с черепом и костями имеет одно значение – он предупреждает: вот что будет, если мы все не остановимся и не перестанем уничтожать Землю, наш дом. Это – как международный знак радиоактивной опасности. Но вместо этого символ малюют, когда в пьяной ярости разбивают витрину, взламывают банковский сейф, похищают чужую машину. Теперь это символ, которым прикрывают самые гнусные преступления.

– Ничего нового! – отозвалась Пег. – То же самое произошло и с суфражистками в Англии. Любой преступник мог, ограбив лавочку или убив человека, написать на стене «Даешь избирательное право для женщин!» А некоторые делали это намеренно, чтобы дискредитировать движение. Современные феминистки тоже с этим сталкиваются.

– Думаю, ты права, – сказал Остин, с отсутствующим видом рисуя стилизованную версию символа на столе, используя влагу, которую оставили на его полированной поверхности донышки их стаканов. В баре стаканы подавали без картонных подставок, поскольку эту практику заклеймили трейниты, протестовавшие против неразумного использования бумаги. Не было здесь и одноразовых полотенец – одна из немногих побед движения.

– Да, – продолжал он. – Если и есть причина, которая могла бы свести меня с ума, так это признание того, что я не существую.

– Но ты существуешь!

– Я тоже так думаю.

– Тогда встань и докажи это!

Пег посмотрела на свои часы.

– Когда ты хочешь появиться на шоу Петронеллы Пейдж? – спросила она.

– Ты действительно думаешь, что можешь это устроить?

– Я не устаю повторять, мой дорогой, что ты уже прошел ту точку, где тебе приходилось бы что-то устраивать. Теперь ты просто говоришь, что тебе нужно.

– Ну что ж… Где здесь телефон?

Прямое попадание

Цель: ракетная база «Гранд-Фокс», Северная Дакота.

Средства: психомиметический наркотик, введенный в предположительно безопасные продукты питания, доставленные в дом майора Юстаса В. Барлимана, одного из офицеров, отвечающих за группировку одиннадцати ракет «Минитмен» под кодовым названием «уэст-пять-два». После смены, за завтраком, майор употребил порцию тушеного чернослива.

Результат: майор едва не убил своего шестилетнего сына Генри и четырехлетнюю дочь Патрицию.

Подозреваемый: любой, симпатизирующий движению «Тупамарос», имеющий доступ к запасам продуктов питания.

Последствия – самые серьезные. Введено военное положение.

Товар – высший сорт, без подделок!

– Господи! Это будет самая большая аудитория во всей истории телевидения! Среда, сразу после Дня труда, когда все сидят дома. Придется на них надавить.

– На «Эй-би-эс» надавить нельзя. Черт бы побрал Президента с его длинным языком. Впервые мы имеем лидера государства, за которым охотятся все журналисты.

– Придется тогда надавить на Трейна. А он точно Трейн? Не какой-нибудь из его вонючих двойников?

– Да нет, все сходится на нем. Пару месяцев назад у нас было сообщение из Лос-Анджелеса, что он работает в бригаде мусорщиков под именем Смит. Но он вовремя свалил, и нам достались лишь самозванцы. Хотя потом мы получили его пальчики. Он оставил их на пивном стакане. Совершенно определенно, это Трейн.

– Какие-нибудь соображения по поводу того, почему он решил выбраться на свет божий, есть?

– Что-то действительно серьезное.

– А что для него может быть серьезным?

– Что-нибудь такое, что спровоцирует импичмент Президента.

– Тогда… Черт! Ты меня разыгрываешь?

– Не знаю… во всяком случае, не собирался. Знаю только, что, когда «Эй-би-эс» объявит шоу с Трейном, миллионов двадцать-тридцать сядут перед ящиками, чтобы узнать, что им делать. Теперь я понимаю, что чувствовали немцы, когда на выборы шел Гитлер.

– Да уж! Нет, этот тип должен исчезнуть. Просто исчезнуть! Нужно связаться с отделом специальных операций, и они…

– Он и это предусмотрел.

– Что?

– Он передал «Эй-би-эс» пленку, чтобы ее дали в эфир, если он не сможет появиться на шоу. И нам до нее не добраться. Она в сейфе «Ганновер-Банк». И если Трейн не появится в студии, будь уверен, Пейдж из этой пленки выжмет максимум.

– Похоже, он нас сделал.

– Похоже на то.

И самый тщательный анализ бессилен

Судья:

– Расследование установило, что ни в одном из образцов «нутрипона», найденного на складах, психотомиметический наркотик не содержался. Бунт на гидропонной ферме был спровоцирован чем-то другим. Это было доказано с абсолютной точностью, и доказательства вполне удовлетворили представителей ООН.

Представитель защиты:

– С другой стороны, анализ продуктов питания, найденных в доме майора Барлимана, показал, что данный наркотик был добавлен в некоторые из них. Его характеристики…

[ЧАСТЬ ПРОТОКОЛА ИЗЪЯТА. ОТКРЫТА ЛИШЬ ДЛЯ ПЕРСОНАЛА С ТРЕТЬИМ УРОВНЕМ ДОСТУПА К СЕКРЕТНОЙ ИНФОРМАЦИИ]

…вызывают непредсказуемое расстройство высшей нервной деятельности и прочие побочные эффекты. В этой связи исследования по данной проблематике не производились с 1963 года.

Представитель спецслужб:

– Ряд наших информаторов ставили нас в известность относительно предполагаемой работы по синтезу вещества, которое, как утверждают «Тупамарос», было найдено в продукции, поставленной благотворительной организацией в Сан-Паулу, и изготовлено в Гаване по материалам профессора Дюваля из Парижа.

Представитель Департамента здравоохранения:

– Если соотнести эти данные с фактами, относящимися к первой вспышке энтерита, которая совпала с деловой поездкой, которую в предшествующие две недели официально совершал известный нам всем иностранный бизнесмен, объехавший крупнейшие города страны…

Представитель Департамента сельского хозяйства:

– И никто не заставит меня поверить в то, что эти чертовы джигра приобрели столь стойкий иммунитет к широкому спектру пестицидов без посторонней помощи. Как и в то, что ответственная и уважаемая фирма-импортер могла проглядеть присутствие этого сорта червей в полученном грузе.