Будет только хуже (СИ) - Климов Виктор - Страница 94

Из зеркала на него смотрело мокрое уставшее лицо человека, постаревшего лет на десять за последние несколько месяцев. Не таким он себя помнил, совсем не таким.

Надо было как-то привести себя в порядок. Нет, не в физическом плане. Что касается здоровья тела, то тут дела обстояли как нельзя лучше. Лёгкая хромота ещё оставалась, но нога уже почти не болела. Как и остальные части тела, покалеченные всего несколько дней назад.

Не, в олимпийскую сборную Аню бы не взяли. WADA бы не поняло. Вот если бы она работала на сборную Норвегию, то тогда другое дело, там такие фокусы любят. Или в американской тоже, там своим всё прощают.

Влад попытался улыбнуться, но вышло так себе. Что ж, ехать, так ехать. Очереди в ванную не было, все уже давно проснулись и собрались на кухне, где хозяин кипятил чайник на плите (газ ещё не отключили), чтобы заварить чай из запасов, которыми поделились неожиданные квартиранты.

Закончив с лёгким завтраком, они спустились по тёмной, неосвещённой лестнице, и вышли из подъезда. В таком же тёмном дворе стоял их автомобиль, в отношении сохранности которого Влад высказывал вечером сомнения, но Алексей сказал, что полностью уверен, что никто на него не покусится.

Наверное, просто дежурили с Аней по полночи у окна. Ну, не растяжку же он в дверях установил. Тем более, что в ней нет никакого смысла, если вместе с угонщиком на воздух взлетит всё их добро.

— А ты говоришь, собаки пропали! — бросил Алексей, когда они подходили к джипу.

У дерева за оградой, заваленного снегом газона сидел коротколапый исхудавший пёс и смотрел на них взглядом, наполненным одновременно и страхом и надеждой. Псина дрожала, сидя в снегу, а сверху ей на морду уже насыпало маленький сугроб, который даже уже не таял.

Владу сразу вспомнился соседский пёсель, которому Аля всегда оставляла кусочек чего-нибудь вкусного, и псина, которая прижилась в лагере беженцев. Вспомнилось, что Аля даже планировала завести животное, но они никак не могли сойтись на том, кто будет с ним гулять по утрам, хотя было понятно, что если она принесла бы щенка, то по утрам пришлось гулять именно Владу, без вариантов.

Влад перешагнул ограду и его ноги утонули в снегу, а собака приготовилась бежать, но запах сала из армейского сухпайка в протянутой руке, похоже, был сильнее страха.

— Подь сюды, — осторожно позвал Влад, — на вкусняшку. Голодный небось? Конечно голодный.

Ушастый пёс, диковато озираясь, потянулся носом к салу, то и дело, отдергивая его. Из пасти на снег стали падать горячие слюни.

— Блин, вот нахрена я это сказал! Влад, нам пора ехать.

— Да погоди ты! — одёрнула его Аня. — Не человек что ли?

Капитан изобразил гримасу типа «ой, всё!»

Тем временем пёс слизал с руки Влада сало, и даже дал себя погладить.

— Это вообще что за порода? — спросила Аня, подойдя ближе. Она тоже протянула руку и ласково потрепала собаку по загривку. — Дворняжка?

— Это корги, — констатировал Влад, — любимая порода супруги.

Пёс, виляя хвостом, протянул лапу Ане, а потом Владу.

— А выглядит как дворняжка, улыбнулась она. — Ну всё, теперь мы не сможем его оставить.

Капитан чуть не всплеснул руками.

— Аня, ты-то куда?! Он нас будет задерживать.

— Он будет сидеть сзади вместе с Владом и никого не потревожит, ведь так… — она взяла сохранившийся на ошейнике медальон, — Агат? Тебя зовут Агат?

Пёс радостно замахал похожим на лисий хвостом.

— Алекс, — Аня гладила животное по голове, — если найдём, кому оставить, то оставим, а пока он поедет с нами.

Она подмигнула Владу, и тот подхватил собаку руками, вытаскивая её из снега.

— А! — пограничник махнул рукой. — Делайте, что хотите. В крайнем случае, съедим.

Понял пёс интонацию или нет, но на капитана он посмотрел с опаской.

Как только они разместились внутри автомобиля, салон наполнился запахом мокрой собачьей шерсти. Алексей лишь покачало головой, в то время как Агат стал принюхиваться и осматриваться.

Пока собирались, уже начало светать. Ехали молча. Видимо, не выдержав гнетущей тишины (даже собака не издала ни малейшего звука), Алексей, чтобы хоть как-то разрядить обстановку вздумал травить анекдоты.

— Или вот ещё, — продолжал Алексей. — Приходит как-то Василий Иванович к Петьке и говорит: «Хочешь, я тебе объясню, что такое парадокс?», а Петька такой: «Да пошёл ты, Василий Иванович! Я ещё от нюанса не отошёл!»

Влад против желания засмеялся, всё-таки стресс требовал выхода, но недавние, хоть и заживающие раны тут же напомнили о себе. А вот на лице Ани отобразилось явное непонимание.

— Где смеяться? — она посмотрела на заваливающегося на заднем кресле Влада, а потом на растянувшуюся в хитрой ухмылке физиономию капитана.

— А для этого, Аня, надо знать анекдот про то, как Петька спрашивал, что такое нюанс, — ответил, еле сдерживаясь от смеха пограничник, а сзади вновь послышался сдавленный хохот Влада.

Аня продолжала смотреть на дорогу непонимающим взглядом, от чего Алексей с Владом ещё больше начинали смеяться.

— Не расскажешь? — не выдержала она.

— Про что? — не понял Алексей.

— Про нюанс, — напомнила Аня.

На этих словах на мужиков напал новый приступ смеха. Как пограничник умудрялся следить за дорогой, оставалось только догадываться.

— Не, как-нибудь в другой раз, — отсмеявшись, ответил Алексей.

Они ехали по городу, Алексей и Аня о чём-то переговаривались, и настроение, как ни странно, в целом значительно улучшилось. Влад по большей части равнодушно смотрел в окно. Дома, дома… люди, спешащие по своим делам, военные, полиция… Вот человек, стоя у синего «шевроле» о чём-то говорит с другим человеком… Снег, который так и не переставал идти, если не считать небольших перерывов.

Как вдруг Влада словно ударило током, а глаза непроизвольно расширились. Он с трудом подавил в себе желание закричать, чтобы пограничник нажал на тормоза.

Взяв себя в руки, он спокойно произнёс:

— Гареев!

— Что? — не понял Алесей. — Ты словно приведение увидел.

— Я видел Гареева! — ответил Влад. — Там, позади, у перекрёстка! Останови! Стой!

Капитан припарковал автомобиль и обернулся назад, Аня, как обычно, смотрела на Влада в зеркало заднего вида.

— Ну, ты должен был его знать! — воскликнул Влад. — Начальник лагеря беженцев в моём городе! Наверняка с ним общался, когда меня искал!

— Гареев, Гареев, — пытался вспомнить Алексей. — Это тот, что майор?

— Ну да! — обрадовался Влад. — Он меня тогда на работу в лагерь взял. Ещё помог в той истории, когда я застрелил провокатора с листовками.

— Ты уверен, что это он?

— Слушай, Алла Анисимова, — у Влада непроизвольно задержалось дыхание, когда он вспомнил старшего лейтенанта, — перед смертью сообщила мне, что Гареев руководил эвакуацией перед ударом, она считала, что он погиб во время взрыва.

Капитан секунду подумал.

— Где ты его видел?

— Там, — Влад показал за спину большим пальцем руки. — У синего «шевроле лачетти». Номер из-за снега не видел, извини.

— Хр@н с ним, с номером. Ладно, давай проверим, что да как.

Пограничник вывернул руль и развернулся, выехав на противоположную сторону улицы. Они проехали по почти пустой проезжей части совсем не много, когда Влад указал пальцем вперёд:

— Вон! Вон та машина!

У автомобиля уже никого не было. Алексей не стал останавливаться и проехал чуть дальше. Когда они проезжали мимо, то за рулём «шевроле» заметили сидящего мужчину, который рассматривал карту, разложенную на руле.

Вообще, ему повезло, что по близости не оказалось патруля, так как человек с картами сейчас вполне себе обоснованно вызывает подозрение. Да, скорее всего, его отпустят после проверки, ведь он может оказаться обычным беженцем, но тем не менее…

Мужчина, одетый в легкий пуховик, был слишком занят изучением карты и не обратил внимания на проехавший мимо автомобиль и на людей, которые, стараясь не привлекать внимания, попытались его рассмотреть.