Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 489

– Меня так научили, – невозмутимо ответил Фома и стал набивать камнями штаны и рубаху убитого.

Через двадцать минут они избавились от трупов.

– Все, теперь можно переночевать в пещерах, а утром пойдем в порт. – Девушка была спокойна и, отвернувшись от Фомы, бросила через плечо: – Иди за мной.

Они пересекли дорогу и углубились в кусты.

– Там дальше подземные катакомбы, – говорила девушка, – когда-то там брали камень для строительства, теперь здесь прячутся беглые рабы. Заходить туда местные боятся, по слухам, тот, кто там побывал, потом сходит с ума. Я направлялась туда, когда меня настигли эти псы хозяина. Они выследили меня в порту, и я решила спрятаться тут. Конечно, снежной эльфарке спрятаться трудно. Мы слишком заметные, но здесь, в пещерах, меня бы не нашли. Я уже раза четыре пряталась здесь. У тебя есть что-нибудь поесть? – не оборачиваясь, спросила она, ловко огибая колючие кусты.

– Нет, льера, у меня нет еды, но есть золото. Может, вы расскажете мне о местных правилах и как тут лучше поступать?

– Ты полностью свободен в порту. Но в город не суйся. Там тебя схватят и продадут в рабство. Поэтому многие рабы, кому повезет, бегут в порт. Маги беглых не ищут, и мы можем жить там годами. Только рабовладельцы отправляют своих слуг – бывших рабов, это те еще скоты – на поиски беглых. Кого-то находят, кого-то нет. А вот и вход, – сказала девушка и исчезла.

Фома подошел ближе и увидел неширокую расщелину, куда протиснулся и почти уткнулся в девушку. Та стояла у самого входа и ждала его.

– Далеко уходить не будем, тут я сделала лежанку, здесь и переждем, – сказала она и двинулась дальше.

Груда сухого хвороста и травы обнаружилась лаг через двадцать в небольшой, но широкой нише. Эльфарка разворошила ее, устроила что-то наподобие гнезда и уселась.

– Присаживайся, вдвоем нам будет не так холодно, – предложила она.

– Льера, а для чего сюда свозят столько рабов? – поинтересовался Фома, устраиваясь рядом с девушкой.

Та придвинулась поближе и абсолютно безбоязненно прижалась к нему.

– Рабы здесь рабочая сила, материал для экспериментов магов и наложницы, какой была я.

Она говорила об этом просто, как о чем-то совсем обычном. Словно рассказывала о том, что пошла на базар и купила зелень, мясо и принесла домой. Фома сильно удивился, но не подал вида, он понял, что пришлось пережить гордой эльфарке, которая так спокойно рассказывала о своей судьбе.

– И давно вы здесь, льера? – осторожно спросил он.

– Два года, орк. Два долгих года мук и унижений, и живу только надеждой мести. Я знаю, кто меня продал, и хочу перед смертью посмотреть ему в глаза. Хочу вернуть долг. Наше княжество как-то странно изменилось и стало другим, изменились эльфары, мне говорила это мама. Но он ее убил, а меня продал. Только неоплаченный долг удерживает меня в мире живых.

Фома не стал спрашивать, кто этот «он». Орк просто слушал и впитывал. Мир действительно менялся, изменился и сам Фома, бывший прежде жалким Шарныгой. Мелким, трусливым и вороватым. Теперь он был другим, и таким его сделал учитель, человек. Научил защищаться и защищать других. Думать и анализировать, не бросать слабых, тех, кто нуждался в помощи.

– Душой я давно умерла, – продолжала девушка. Видно было, что она устала от одиночества, от безысходности и хотела выговориться. – Тогда, когда мое тело было растерзано похотливым новым хозяином и его сыновьями. – Она подняла голову к Фоме, и в ее глазах полыхнул ледяной пламень. – Ты поможешь мне вернуться, орк? Я вижу, ты не такой, как все, ты загадочный и странный, но я тебя не боюсь. Помоги мне! – Она ухватила его за руку.

– Я постараюсь. – Он погладил ее ладонь. – Мне нужно найти одну девушку, которую везли продавать сюда, на остров. Но она подняла бунт и захватила корабль. Я проверю, здесь ли этот корабль, и поспрашиваю в порту.

– Если ее продали, то ты ее не найдешь. Если она прибыла свободной, то она должна быть где-то в одном из трактиров порта. Завтра утром пойдем ее искать. Только я не знаю, как нам попасть на корабль. Все отбывающие суда обыскиваются. И если найдут беглого раба, всех, кто на корабле, арестуют, осудят и продадут в рабство.

– Ничего, что-нибудь придумаем. – Фома успокаивающе похлопал ее по руке. – Ты плавать умеешь?

– Да, – ответила девушка и сразу уснула.

Фома устроился поудобнее и закрыл глаза.

Провинция Азанар. Город Азанар

– Мессир, к вам просится на прием лер Рафа-ил, – доложил секретарь и, ожидая распоряжений ректора, замолчал.

– Пусть войдет, Луцис, не заставляйте его долго ждать.

Из-за спины секретаря показался снежный эльфар и вопреки своей обычной сдержанности просто отодвинул того в сторону, вошел и под удивленным взглядом ректора закрыл дверь перед самым носом Луциса.

– Можно я без церемоний – хмуро произнес гость и уселся в кресло Гронда.

– Что-то произошло? – вежливо спросил Кронвальд. Такое поведение заместителя начальника тайной стражи великого князя было сродни какому-то чуду или необычному явлению.

– Произошло! – кивнул тот. – И скоро об этом станет известно всем. Позовите мессира Гронда, – попросил он.

Архимаг не на шутку встревожился и вызвал своего начальника службы безопасности. Отвечая на вопросительный взгляд прибывшего, только кивнул в сторону эльфара. Гронд несколько мгновений рассматривал его, потом свое кресло и, ничего не сказав, уселся на свободный стул.

– Рассказывайте, лер, – ободрил ректор погруженного в задумчивость посетителя.

– Беда, господа! – вздохнул эльфар. – Князь погиб. Погибла его племянница. Погибли многие высокопоставленные сановники. Мой начальник, главы нескольких Высоких домов. Сам дворец разрушен. Предполагаемый наследник исчез. В живых остался начальник княжеской гвардии и часть его солдат. Снежное княжество в трауре и шоке.

В кабинете установилась тишина. Никто не решался прервать ее, обдумывая слова Рафа-ила.

Значит, князь был не уверен в том, что сможет совладать с ситуацией, размышлял ректор. Он понял, что предательство глубоко укоренилось и решил пожертвовать собой, заодно прихватил возможных руководителей будущего переворота, а также свою племянницу. Теперь, кто бы что ни говорил, доказать преступные связи члена его семьи будет невозможно. Кроме того, он куда-то отослал наследника, который уже лишился этого статуса, но выведен из-под удара. И что остается? А остается только льера Тора-ила. Он посмотрел на эльфара и спросил:

– Подробнее рассказать можете, что же конкретно произошло? – Кронвальд хотел знать, понимает ли Рафа-ил возникшую ситуацию.

– Это все, что я могу рассказать, господа, могу только добавить, что в Высоких домах начался раздрай. Спорят, что делать.

«Ну, это понятно», – подумал ректор. Князь сломал им всю конструкцию, которую они выстраивали годами. Теперь начнется грызня между предателями, кого поддерживали лесные эльфары, и верными. Конфликт только будет разгораться и выявит всю гниль. Не зря князь сохранил гвардию, ох не зря. Но спросил архимаг только про свою студентку.

– Лер Рафа-ил, что будет с льерой Тора-илой? Останется она учиться и каким видится ее будущее вам?

– Ее надо оберегать, и в княжестве ей сейчас делать нечего. Она единственная претендентка на престол. Не буду говорить, что это значит, вы и без меня хорошо понимаете ее роль, но в ваших интересах помочь мне защитить ее.

– Конечно-конечно, лер Рафа-ил, – согласно закивал ректор. – Мы непременно усилим ее охрану. Только… вы уверены в своих людях?

Эльфар бросил быстрый взгляд на архимага и молча кивнул, не давая подробных объяснений.

– Хорошо, – проговорил ректор. – А кто расскажет льере о том, что произошло?

Рафа-ил тяжелым взглядом обвел людей и вздохнул.

– Я подумаю, как это преподнести, господа. – Он поднялся. – Разрешите вас покинуть, господа. – И, кивнув, направился на выход.