Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 542

– Это все домыслы! – вскочил полковник. – У вас нет доказательств!

– Они уже не нужны. Убийство Фишрака сделало их ненужными. Я тоже склоняюсь к тому, что это конкуренты «Триатекс», – вмешался второй советник. – Мы все понимаем, что колонисты с Суровой не являются пиратами и задержание их сил самообороны служит только одной цели – дать возможность «Триатекс» захватить планету. – Он говорил в гробовой тишине. – Надо откровенно признать это и понять, что те, кто провели такую акцию, хотели только одного: показать нам, господа, свои возможности. Наверное, чтобы мы не вмешивались… – Договорить ему помешал вновь вскочивший со своего места полковник.

– Это гнусные инсинуации, господин Морданхай! Мы честно выполняем свой долг и должны разобраться в том, что произошло. Корабли СНГ были пойманы с поличным при нападении на сухогруз.

Второй советник, не отвечая на выпад, посмотрел в сторону контрразведчика.

– Вы тоже считаете, что сухогруз «Аврос» не боевой корабль?

– У меня нет оснований предполагать другое, – туманно ответил тот. Он сидел с непроницаемым лицом, не вступая в прения, но внимательно слушая всех.

– Работнички! – недовольно проговорил Морданхай. – За что вам только деньги платят!

– Что вы этим хотите сказать? – Контрразведчик с вызовом посмотрел на советника.

– Только то, что у меня есть основания полагать, что «Аврос» авианесущий крейсер. Плохо замаскированный под гражданское судно, и просто невозможно, чтобы вы, военные, не заметили это. Полагаю, надо было сильно постараться, чтобы не заметить. Полюбуйтесь, что я получил сегодня.

Он развернул голоэкран над своим местом. На нем был величественный корабль, застывший в космосе. На экране появился текст: «Обратите внимание на альфа-узлы гравитационного привода. Это военный образец».

Затем картинка сменилась, и стали видны ряды боевых кораблей. «Это трюм сухогруза, – гласил текст внизу экрана. – Здесь двадцать восемь истребителей и пять десантно-штурмовых ботов».

Советник обратился к представителю службы безопасности:

– Вы не скажете, где сейчас находится этот корабль? Кроме того, проверяла ли его таможня? И как руда могла превратиться в боевые корабли?

– Э-э-э… Он убыл в неизвестном направлении.

– Как он убыл, мы знаем, – вступил в разговор советник от СНГ. – Самовольно покинул причал, подвергая опасности станцию. Об этом сообщалось в новостях. Хотелось бы знать, кто покровительствует им.

Все присутствующие посмотрели на представителя службы безопасности. Тот замялся и неохотно сказал:

– Нам даны распоряжения не препятствовать деятельности этого корабля.

Председатель подался вперед:

– От кого поступили распоряжения?

– Из военной контрразведки. – Представитель службы безопасности отвел глаза и уставился в потолок.

В полной тишине раздался голос второго советника:

– Теперь хотя бы понятно, кто будет следующей жертвой.

Кто-то выдохнул с облегчением, кто-то вздохнул и затаил дыхание.

– Господа, мне срочно нужно вас покинуть! – Контрразведчик поднялся и стремительно вышел из зала заседаний.

– А вот интересно, почему никто не говорит о старике, который зачитал приговор? – раздался голос председателя. – Его нашли?

Но его вопрос остался без ответа. Зажглись голоэкраны советников.

– Мы прерываем передачу для сообщения экстренных новостей. – У диктора на лбу выступила испарина. – Только что убит еще один высокопоставленный военный. Это господин Хич Чпок, начальник контрразведывательной службы сектора. Ответственность за его смерть взял на себя «Фронт борьбы с коррупцией».

В зале установилась тишина. А затем члены Совета вскочили и бросились на выход, но, не добежав до двери, остановились, словно напоролись на стену. В проеме стоял и по-доброму улыбался старик.

– Ну куда же вы, господа?

У меня было время, и я решил заглянуть в зал Совета, где заседали господа советники. Во мне проснулись предприимчивые предки и, объединившись, толкали меня собрать дань с господ и раздать ярлыки на княжение.

– Давай, внучек! Куй железо, пока горячо. Такая халява валит, что грех не постричь жулье.

Противиться им я не стал и вошел в зал. Мне навстречу устремились испуганные люди, но, увидев меня, замерли на полпути.

– Ну куда же вы, господа? Прошу всех вернуться на свои места, – вежливо приказал я.

За моей спиной раздался шум. Это в зал ворвались сотрудники службы безопасности и… упали, лишившись сил. Не обращая на них внимания, я прошел к овальному столу и остановился. Положил флешку на стол.

– Господа, здесь номер счета, куда те, кто хочет продолжать работать на благо сектора, должны добровольно перевести по два миллиона кредитов. Это Фонд борцов за справедливость, и средства с него будут тратиться на поддержку законности и порядка в секторе. – Оглядел застывших с испуганными лицами чинуш и в гробовой тишине вышел из зала.

После ухода страшного старика зал взорвался возмущенными воплями:

– Это произвол! Безобразие! Охрана! Где охрана?!

Первым к двери устремился третий советник, но не добежал до нее двух шагов. У всех на виду из воздуха возник разряд молнии и ударил по бегущему человеку. Советник покачнулся и упал.

В зале снова воцарилась тишина. А затем председатель осторожно приблизился к флешке и потянулся к ней.

В посольство я прибыл вовремя. В небольшом зале собралось примерно четыре десятка подданных ее светлости. Глаза всех были устремлены на большой портрет княгини, висевший над пустым креслом, похожим на трон. Надо же! Когда успели только? Я откашлялся, привлекая внимание.

– Братья и сестры! – В трагических обстоятельствах всегда нужно начинать так. – Отечество в опасности! Коварный враг атаковал наших собратьев на планете Суровая, и мы не можем не помочь им. Девиз нашей страны: «Своих не бросаем». У меня есть корабли, но нет пилотов. Все, кто хочет полетать и поучаствовать в битве, выходи и становись рядом со мной.

Подданные, ошарашенные моим предложением, молчали. Я заметил Брана, стоявшего среди людей, и добавил:

– В бой вас поведет первый граф княжества Бран Швырник Проворный.

Бран, до этого рассеянно слушавший меня, вытаращился, как краб, увидевший сваренного собрата. Оттолкнув его плечом, первой вышла Радана и встала рядом со мной. Она окинула взглядом собравшихся и слегка скривила губы. Следом за ней вышел Крист, мой программист.

– Я всю жизнь боялся, – начал он говорить путано и запинаясь. – Боялся брать кредит. Боялся налогового чиновника. Боялся бандитов Бада. Вот… Я устал бояться. Вот… Княжество дало мне надежду почувствовать себя человеком. Я буду пилотом, ваша милость. А вы, кого спасли из рабства, так и уйдете по своим делам?

Бран с мученическим выражением на лице вышел и осторожно пристроился рядом со мной. Затем вышел Карл и его люди. Через несколько долгих секунд потек тонкий ручеек, и половина пришедших, в основном молодежь, оказалась рядом со мной.

Не выказывая презрения и укоризны, я оглядел оставшихся и спокойно сказал:

– Никого не осуждаю. Не у всякого человека хватит духу пойти на войну и рисковать жизнью. Вы можете идти по своим делам, господа.

Опустив головы, те, кто не вышли, пряча глаза, поспешили уйти.

– Бран, веди добровольцев на курсы пилотов. – Я ободряюще улыбнулся, похлопал его по плечу. – Я верил в тебя, граф. Твой новый девиз: «Проворный и всегда первый»! Вот это базы пилотов, возьми. – Я протянул ему двадцать восемь коробочек. – Если ты падешь в бою, граф, то табличка с твоим именем будет первой в Зале героев и славы. – Я положил руку ему на плечо. – Ступай и обрети бессмертие, граф.

Бран уходил на подгибающихся ногах.

– Крепись, Бран, – успел шепнуть ему Карл, – на тебя смотрят остальные.

Швырник вспомнил, как яростно сражался с громилами Окурка, и распрямил плечи.

– Я в норме, Карл.

Я смотрел им вслед и размышлял о том, что у меня появился костяк – мои опричники.