Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 734

«Как у него так все легко получается?» — постучав в дверь и дождавшись приглашения, подумала она. Вирона обнялась и расцеловалась с девушкой.

— Ты уже получила новые инструкции по поводу его милости? — спросила Вирона.

— Да, а что? Вот готовлю ноты протеста.

— Готовь, Рада. Делай вид, что сильно занята. В общем, имитируй бурную деятельность. Но в ход эти ноты не пускай.

— Не поняла?! Объяснись. — Радана широко раскрыла свои синие глаза и посмотрела на подругу.

— Его милость не будет рад тому, что его будут разыскивать с помощью твоего ведомства. Там, откуда его выкрали, он находился с тайной миссией. И если вскроется, что тот, кого задержали, является управляющим Новороссийским княжеством, его ждут большие неприятности.

— Даже больше, чем те, которые у него сейчас? — недоверчиво спросила Радана.

— Гораздо больше. Из тех он выкрутится. Тем более что ему помогает Брык. Кстати, можно узнать последние новости. Брык, — позвала Вирона секретаря, — что слышно о его милости?

Над столом возникла голограмма лукового человечка.

— Для допуска к информации необходимо отгадать загадку: зимой и летом одним цветом.

— Опять твои загадки, паршивец! — вскипела Радана. — Ты меня в туалет в прошлый раз не пускал. Как же ты надоел!

— Что, действительно не пускал? — удивилась Вирона и строго взглянула на Брыка.

Тот отвел глаза и как ни в чем не бывало произнес:

— Это была просто шутка. Если кто-то не понимает шуток, то это не моя проблема.

— Хороша шутка! Я обегала все туалеты, и везде торчала эта морда!

Девушка схватила маленькую сумочку, лежащую перед ней, и запустила ею в голограмму. Брык подернулся рябью, укоризненно посмотрел на Радану и с гордым видом отвернулся.

Вирона не стала развивать дальше эту тему.

— Брык, отгадка — сосна, ель. Говори, что с его милостью?

— А что с ним станется. Снова стал женщиной и гуляет по кораблю.

— Как стал женщиной? — недоуменно переспросила Вирона. — Ты имел в виду, что он переоделся в женщину?

— Я имел в виду то, что сказал, — невозмутимо ответил Брык. — Его милость стал женщиной. — Затем не выдержал и захохотал: — Вы бы видели, как он этому удивился!

Девушки, не веря, смотрели на человечка. Первой пришла в себя Радана:

— И… давно он стал женщиной, Брык?

— А что ему! Он постоянно меняется. То мужчина, то женщина. То по палубе ходит, то по вентиляции лазит… Некогда мне. Вы еще что-то хотели?

— Мы-то? — передразнила его Вирона. — Мы хотели узнать, нужна ли ему помощь по дипломатической линии.

— Хорошо, я спрошу брата. Еще вопросы есть?

— Нет, — ответила Вирона. Она была задумчива.

— Рона, — шепотом обратилась к ней Радана, — ты знаешь его милость лучше нас. Он… кто?

— В каком смысле?

— Ну… мужчина или женщина?

— Мужчина! — не задумываясь ответила Вирона и зарделась. — Вернее, раньше был мужчина.

ГЛАВА 7

Открытый космос. Неизвестно где.

Меня отвели в одиночную камеру. Обращались вежливо, что было удивительно. Может, это приказ капитана, который решил, что из двух астрогаторов я настоящий. Превращения давались мне все легче, даже мое сознание изменялось, я становился уже не самим собой, а тем персонажем, которого изображал. Может, зря я выбрал профессию военного? Надо было податься в актеры. Сидел бы дома на кусках астероида… Стоп. Какой астероид?

Я помотал головой, отгоняя нелепые мысли, и осмотрелся в темноте. В тюрьмах не было света, он включался только на время приема пищи, ридок на десять, и все. Слопал брикеты, запил водой, и снова темнота. На психику это давит сильно. Только в наших колониях, которые я охранял, свет в штрафном изоляторе не выключали. Не топили, это да, но чтобы выключать свет… Стоп! Что за ерунда в голову лезет? Какие колонии? Я астрогатор… Тьфу! Совсем сбрендил с этими перевоплощениями. Я Ирридартан Аббаи, захваченный в плен, и мне нужно отсюда выбираться.

Мое сознание прояснилось.

Я долго не мешкал. В полутьме отыскал вентиляционную решетку, и дрон по моей команде, правда переданной через Брыка, открыл запоры. Я пробрался в воздуховод и затаился. Решетка снова была закрыта, и догадаться, как я выбрался, им будет трудно. А мне дальше нужно было найти полковника Румуса. Только где его искать? Тут, по сведениям, полученным от Брыка, шестьдесят камер. Не корабль, а летающая тюрьма. Дело облегчалось тем, что они располагались по обеим сторонам недлинного коридора, но располагались они в два этажа, что усложняло поиск. Я находился на верхнем ярусе. Значит, буду обследовать его.

В первой же камере я нашел Муна. За передрягами, переодеваниями и превращениями совсем забыл, что могу его почувствовать по кровной связи. Вот просто вылетело из головы, и все. Я огорчился, что с моей памятью стали происходить странные выверты. Как будто мое сознание подстраивается под новые условия, вернее, создается ощущение, что оно засыпает, и отсутствие Шизы становится очень заметно. Раньше я мгновенно оценивал ситуацию. В этом мне помогало расслоенное сознание, и оно же подсказывало решение. А сейчас оно как будто склеилось и забуксовало. Теперь мне, как обычному Виктору Глухову, нужно все держать в памяти. Значит, мои способности постепенно уходят или впадают в спячку. Плохо дело. Моим преимуществом было расслоенное сознание, работающее как самый совершенный искин, теперь я его терял. Но долго размышлять над странностями своего сознания я не стал. Мои мысли переключились на Муна. Его надо вытаскивать. Я в любой момент могу уйти с корабля, а я обещал парню, что заберу его с собой. Я зевнул. Твою дивизию! Не спал четверо суток, и теперь, когда напряжение немного спало, меня стало клонить ко сну.

Ладно, выполним две задачи… Какие? Я задумался. А-а, найти полковника… Найти полковника? Какого? А-а — вновь проснулась моя память — надо найти Румуса и постараться придушить его. И вытащить из тюрьмы Муна, а потом немного подремлю, с головой что-то неладное. Видимо, устал.

Генри Мун услышал, как открылась решетка под потолком, и подошел поближе. Внимательно всматриваясь в мое лицо, он спросил:

— Вы кто?

— Мун, я твой босс. Забыл, что ли?

— Простите, но на Вейса и на моего нового господина вы не похожи. Вы астрогатор. Я вас видел.

«Недотепа!» — обругал я себя. Совсем забыл, что я в обличье офицера корабля.

— Брык, — позвал я секретаря. — Пусть Лиан вернет мне мою внешность.

В глазах потемнело, я почувствовал легкую судорогу по всему телу — раньше этих ощущений не было. Когда я пришел в себя, то увидел в темноте удивленное лицо Генри.

— Господин, это вы?

— Да, Генри, это я, твой босс. Залезай сюда, только тихо.

Парень очень ловко залез в воздуховод и обрадованно зашептал:

— Вы не представляете, господин, как я рад вас видеть. Я знал, что вы меня не оставите.

Я удивленно посмотрел на Муна. Ничего подобного я ему не вкладывал. Но он радовался встрече со мной как ребенок. «Видимо, и заклинание крови без Шизы проходит не совсем обычно, — подумал я. — Надо быстрее отсюда выбираться. Кто знает, что еще может произойти со мной». Генри попытался меня обнять.

— Хватит, Генри, радоваться, просто ползи за мной.

Через пять пустых камер я увидел своего двойника астрогатора. А в следующей был мой объект — полковник Румус. Я открыл решетку и позвал удивленного полковника:

— Румус, идите сюда.

Он подчинился и, с удивлением всматриваясь в меня, подошел вплотную. Подвоха он не ждал. А зря. Петля брючного ремня обвила его шею, и Мун, упираясь ногами в стены, потащил полковника. Тот недолго бился в судорогах. Стуча ногами по стене камеры, он силился ослабить петлю и в конце концов придушенный, но не умерщвленный затих. Задача была выполнена, скоро придут проверяющие и обнаружат почти удушенного офицера. Вот тут-то и начнется самое интересное. Преступники показали свои возможности, они достанут любого даже в тюрьме. Паника и страх обеспечены. А деморализованный противник — это побежденный противник. Плюс бонус: Вейс сумеет распорядиться предоставленной ему возможностью.