Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 762

— Бриль, свяжи меня с сыном, а потом с сэром Ургеном, лидером нашей фракции в Совете, — приказал довольный межратор.

Планета Сивилла. Степь.

— Дела обстоят странно. Можно даже сказать, что очень плохо. Да, плохо. — Кургун, мураза племени оседлых орков кварч с далекого юга, говорил размеренно, как и подобает вождю. — Авангард полностью уничтожен. Обоз тоже. А мы не знаем, кто это сделал. Все наши разведывательные группы или возвращаются ни с чем, или вообще не возвращаются. Причем они пропадают, уходя в рейды в разных направлениях. У меня сложилось впечатление, что нас окружили. Я потерял больше сотни своих воинов, а противника так и не увидел. Кто-нибудь скажет мне, что это за враг и где его искать?

В большом походном шатре собрались все вожди оседлых племен, выступившие против последователей Худжгарха. Пять племен собрало семь тысяч воинов в священный поход. Пять пророков Отца всех орков, доказавших свою силу и творивших чудеса, возглавили его. Сейчас они молчали.

— Не один ты, Кургун, понес потери, и я потерял почти сотню, — произнес вождь племени чишрак, пожилой, но еще крепкий мураза Рынг. — И я хотел бы знать, что происходит. Скоро мы будем есть своих боевых быков. А потом сдохнем здесь, как трусливые шарныги. У меня припасов осталось на два круга.

— Что ты предлагаешь? — спросил его другой вождь, моложавый и жилистый, словно корни дерева, Ырнаг, сын муразы племени ворск. Он повел вместо отца своих воинов в поход. Несмотря на молодость, он был неспешен в словах и пользовался уважением остальных вождей. Если говорил, то говорил по существу.

— Я ничего не предлагаю, — ответил Рынг. — Решать должен совет вождей. А он ничего не предпринимает. Мы сидим и только протираем штаны. Может, проводники воли Отца скажут, что нам делать?

Все устремили взоры на шаманов.

— Воля Отца уничтожить еретиков, — скрипящим голосом проговорил самый старый и сильный шаман Чумбак. — Все остальное в ваших руках. Пропитание можно найти у племен по дороге. Идите и отнимите его. Если вы настолько слабы, что не можете дойти даже до врага, то как вы будете с ним сражаться? Он сам пришел к вам. Вы привыкли к спокойной жизни, отправляете десятки на разведку, их уничтожают. Отправляйте сотни, ищите противника, ищите кочевья со скотом. Разве степь оскудела?

— Если мы будем грабить кочевья, нас возненавидит вся степь, — ответил Ырнаг. — Слухи о разорениях кочевий дойдут до отдаленных племен, и назад мы не вернемся.

— Кто может осудить святое воинство? — надменно произнес Чумбак. — Мы проводники его воли. И все, кто против нас, те против Отца нашего. Не надо бояться смертных, бойтесь гнева бессмертного бога. Орки еще наплодятся. Так было и так будет всегда.

— Я думаю, это дельный совет, — согласно кивнул Рынг. — Кто не с нами, тот против нас. Надо разослать сотни воинов и выследить врага, потом собраться и напасть на него. Часть сотен надо отрядить для того, чтобы они пригнали скот. Здесь много мелких кочевий.

Он оглядел присутствующих вождей, они кивали, соглашаясь с ним.

— Пусть будет так, — согласился Ырнаг. — Свою сотню я поведу сам.

На закате сотня, ведомая Ырнагом, выступила из лагеря и направилась в сторону, куда ушли и пропали их разведчики.

Ырнаг отобрал самых умелых воинов своего отряда. Впереди сотни рассыпался десяток следопытов, следуя на отдалении лиги от основного отряда. С темнотой они остановились в балке. Костры не разжигали и соблюдали тишину. Ночь прошла спокойно, а утром через час пути они увидели кружащих в небе степных орлов. Те почуяли падаль и слетелись со всей округи. Скоро орки наткнулись на место небольшого сражения.

— Ырнаг! Там наши, — доложил следопыт. — Тебе это надо видеть.

Ырнаг пришпорил быка и поспешил за разведчиком. Его глазам предстала картина, которую он долго забыть не мог. Оседлые орки были хлебопашцами, не такие воинственными, как кочевые, и смерть своих соплеменников переживали сильнее, чем кочевые орки, привыкшие смотреть смерти в глаза. На траве, бурой от запекшейся крови, лежало два десятка воинов вместе с лорхами. Тела убитых соплеменников располагались на небольшом пятачке, словно они сбились в кучу и были порублены вместе с животными.

— Ырнаг, ты на это посмотри. — Следопыт слез с быка и подошел к одному из трупов. — Видишь?

Ырнаг наклонился. Воин был разрублен косым ударом почти напополам.

— Мураза, это мой брат Чурпык, он сильный воин, и у него отменная броня. А его рассекли надвое одним ударом. Даже наплечник и грудную пластину рассекли. Ты представляешь, какой силы должен был быть удар! И они почти все так посечены. И воины, и лорхи. Им досталось по одному удару. Вот еще, смотри. — Разведчик поднял перерубленный кривой меч. — Чурпык им попытался защититься. Его меч перерублен как соломинка. Ырган, это колдовство. Простой орк, какой бы сильный ни был, не может рубить с такой силой.

Вождь согласно покивал и устремил взгляд вдаль.

— Плохи дела, — тихо произнес он. — Но назад нам не повернуть. Поэтому оставим тела не погребенными и двинемся дальше. Если встретим этого врага, отомстим за наших братьев.

Разведчик с сомнением покачал головой, но не осмелился возражать.

Светило клонилось к закату, когда разведчики донесли, что видели десяток всадников. Чужие воины спокойно стояли на вершине холма и смотрели на приближающуюся сотню.

— Пошлите к ним двоих и узнайте, кто они такие, — приказал Ырнаг.

Спокойствие воинов передалось и ему. «Может, это кто-то из местного кочевья и они знают о том, что здесь происходит?» — подумал он. Чужаки наблюдали, как к ним скачут разведчики, и, когда те приблизились почти вплотную, сняли луки и расстреляли воинов Ырнага.

Видя такое кощунство, мураза рассвирепел.

— Поймать мне этих ублюдков, что не могут называться орками! Так ведут себя лишь разбойники! — заорал он, показывая плетью на лучников. — Я сдеру с них шкуру живьем!

Полсотни воинов, развернувшись в лаву, поскакали на чужаков.

— Обходите их с тыла! — прокричал мураза остальным воинам. — Не дайте им уйти!

Но чужаки спокойно наблюдали, как к ним скачут всадники. Когда воины Ырнага приблизились к подножию холма, из-за него с двух сторон выметнулись всадники. Они обходили воинов оседлых с флангов.

— Это ловушка! — прокричал Ырнаг. — Назад! Все назад!

Но все было тщетно, и бег быков было уже не остановить.

Они влетели с разгона на склон и стали тормозить. А из-за холма влетали все новые и новые воины, их были сотни. Они окружали сотню Ырнага, заставляя его воинов сбиваться в тесную кучу. Вскоре они уже не скакали, а медленно взбирались вверх плечом к плечу.

«Может, там удастся вырваться», — с надеждой думал Ырнаг. Он уже жалел, что поддался гневу и завел свою сотню в такую простую ловушку. Но его надеждам не суждено было сбыться. На вершину холма и на его склоны выехали еще всадники, достали луки и стали обстреливать оседлых. Все стрелы были зачарованы на разрыв — это Ырнаг сразу понял, когда его воины стали падать с лорхов, пораженные одним выстрелом. Со всех сторон на них летела оперенная смерть, и спасения не было нигде. Понимая, что все они неминуемо погибнут, Ырнаг поднял на копье свой шлем и высоко вознес над головой. Это был знак, что они сдаются на милость победителя. Но когда стрела убила рядом одного из его воинов, а град стрел не прекратился, он с тоской понял, что их брать в плен не собираются.

Степь. Лагерь оседлых орков.

— Мы сидим здесь второй круг, а враг смеется над нами! — с яростью говорил Рынг. — Вернулись разведчики Ырнага. Его сотня и он сам погибли, попав в ловушку. Их окружили и всех перестреляли из луков. Другие сотни, отправленные на поиски кочевий, сообщили, что те снялись со своих мест и ушли. Еще один круг, и мы будем голодать. Что еще мудрого придумает совет? — Он злобно оглядел собравшихся. Старые бараны, решившие сходить в поход и испугавшиеся собственной тени. — Разве непонятно, что врагов мало и они не могут быть повсюду? Нужно идти на соединение с кочевыми племенами. По дороге будем забирать провиант и скот у тех, кого встретим. Если враг нападет, то мы его разобьем.