Алхимия желаний (СИ) - Мелова Дара - Страница 28

Если внешне здание не отличалось от соседних, то внутри было на что посмотреть. Стены были покрыты сотней надписей на нашем языке. Потолки расписаны изображениями великих магов. Вся библиотека состояла из множества маленьких залов, где каждый вход — арка, над которой был изображен смотритель в виде зверя. В одном из таких залов стояла колонна, которую, словно какое-то сокровище, обнимал каменный дракон. В другом — колонн пять и на каждой — тысячи нарисованных глаз, которые следили за каждым твоим движением. Но больше всего меня поразил зал, на потолке которого была изображена сама Удача. Её представляли как синюю птицу, своевольную и гордую. Крылья раскинуты, клюв раскрыт, длинный хвост расправлен. Ей молились, приносили дары во все времена, мечтая, чтобы она обратила на них свое внимание. В наше время редкие маги почитают её как персонификацию, скорее, видят в ней символ и чтят благо, пришедшее в их жизнь.

Но сегодня я не была настроена разглядывать библиотеку, как музей.

Я уходила все глубже, следуя табличкам и указателям, пока не замерла прямо под аркой. Секция истории и культуры. Меня охватил трепет: лёгкий страх и волнение, вперемешку с воодушевлением закрутили и сводили живот. Я судорожно выдохнула.

Нужно отыскать всё про древние традиции. Да и вообще, изучить бы основательно историю магов. Возможно, мне удастся найти более детальные сведения о зарождении магии. И информацию про мир Хранителей.

Вокруг стеллажей маячили только смотрители. И библиотекари, которые проверяли полки, хмурились, что-то бубнили и уходили. Самое приятное — никаких квиточков. Только магические метки и защитные заклинания от повреждений на каждой книге.

Если ты забираешь книгу с собой, при выходе из здания, сразу, как только пересекаешь защитную завесу, на ней срабатывает маячок. И когда срок возврата истекает, она сама возвращается на свое место на полку в библиотеку. Правда, срок у всех книг разный. Чем древнее экземпляр, тем меньше срок. Что-то выносить нельзя вообще.

Все книги привязаны к месту, где они хранятся. Чтобы что-то перевезти, нужно изменить плетения на каждом фолианте, отвязать книгу от «дома» и привязать к новому. Трудоемкий процесс.

Я оглядела стеллажи, пробежалась по полкам глазами. Тут можно застрять надолго. Я рассматривала разноцветные корешки, скользила взглядом по названиям, открывала талмуды, читала содержание. Мимо. Сложно. Ничего выдающегося. Большая часть информации была мне знакома еще по учебникам. Но мы не изучали древние ритуалы магов, тем более ничего касательно секса. Зачем придавать этому значение в учебном процессе, когда доказано, что это не влияет на развитие магического потенциала? Нами занимались основательно, без старинной ерунды.

Мне нужно было найти что-то про магический блок, о котором говорил Ник. Мне нужно убедиться, что это не правда или… А что будет, если окажется, что отец Ника прав? Я зажмурилась. Нет, не хочу думать об этом!

Я остановила выбор на двух экземплярах, обещающих ответы на мои вопросы. Поглядим.

Зашла в большой двухуровневый читальный зал со стеклянным куполом. По вечерам люстры отбрасывали зыбкие отблески на полированный белый мраморный пол. А сейчас дневной свет лился со всех сторон.

На втором этаже, на толстых перилах сидели четыре горгульи — по сторонам света, лицом к лицу. Внизу, в самом центре зала стояли низкие диванчики бордового цвета. Под окнами живые растения в горшках и особые их подвиды, ползущие по стенам, как лианы.

Я не стала задерживаться в общей зале и проследовала в дальнюю. Мне стало некомфортно — слишком открытое пространство, шум болтающих людей по углам, обсуждающих понравившуюся книгу. Я пересекла большие коричневые двери и оказалась в тишине. Никого. Несколько белых одиночных столиков для чтения, такие же диванчики под окнами. Здесь я почувствовала себя в безопасности, даже несмотря на присутствие смотрителей, которые тихо приходили и уходили.

Я погрузилась в транс, читая сводки и изучая иллюстраций в книге о традициях магов с начала времён. Чего здесь только не было: молитвенные жесты, семейный быт, благоустройство земель. Что надевать в дни Солнцестояния. Целая гла1ва была посвящена свадьбам. Как правильно складывать пальцы…

— Привет.

Я резко подняла голову и со свистом втянула воздух, будто забыла, как дышать, пока читала книгу. Смотритель оказался симпатичным юношей. Я замерла. Он был мне откуда-то знаком.

Коллин!

— Смотрю, у тебя интересная тема для изучения, — кивнул он в сторону раскрытой книги.

Невольно всплыли воспоминания о вчерашнем вечере. Внутри все встрепенулось. Сердце забилось быстрее.

Он положил ладонь на белую поверхность столика и наклонился ко мне.

— Неожиданно, — выдохнула я. — Не думала, что встречу тебя снова. Да ещё и так быстро.

От него всё ещё пахло лимоном. Очки в черной оправе едва могли скрыть его яркие медовые глаза — настоящее жидкое золото, окаймленное тонким черным ободком по краю радужки. Понятно, зачем ему нужны были вчера голубые линзы — ходить по городу и демонстрировать людям свою исключительность опасно. Но такую красоту не скрыть ничем!

— Может, это судьба? — усмехнулся Коллин. А у меня в голове что-то щёлкнуло. Какие-то неведомые мне механизмы внутри отозвались. Я вспомнила каждый свой вчерашний шаг рядом с Коллином, каждое прикосновение. — Кажется, я снова попал в капкан…

— Я…

Только и могла, что хлопать ресницами, пытаясь понять, что между нами происходит.

— Ты много из этих экземпляров не узнаешь. Я принесу тебе нечто древнее и гораздо увлекательнее этого перевода. — Коллин поправил очки указательным пальцем и собрался было уходить.

А у меня как крышу сорвало. По телу пробежала волна мурашек. Я ощутила терпкий пряный привкус на языке. А ещё бурлящее желание, возвышенное чувство эйфории, всего на секунду, которое перекрыло глубокое чувство безнадёжности. Чужое.

Я схватила Коллина за руку, крепко сжав пальцы на его запястье.

— Чего ты хочешь? — сорвался с моего языка вопрос.

Мой жаркий допытливый шепот заставил его замереть на месте. Мы смотрели друг на друга неотрывно, боясь разрушить звенящее напряжение. Медовые глаза Коллина превратились в чистое переливающееся золото. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он открыл рот в немом ответе:

— Я… — это всё, что успело сорваться с его уст.

Шум. Громкие, словно набат, шаги по твердому каменному полу разрезали тишину дальнего зала. Стремительно, как необузданный вихрь, подлетел к нам маг в темном пальто… В котором я узнала Шанара. Он схватил Коллина за плечи и резко отстранил от меня.

— Отдохни, — грубо велел ему Шанар, прозрачно намекая, что он тут лишний.

Парень оторопел, распахнул глаза и едва мог дышать. Магия Шанара сняла с него шоковое состояние и привела в чувство. Коллин заморгал, пошатнулся и растерянно оглядел нас, затем помещение. Хорошо, что мы находились в дальнем читальном зале, и никто не стал свидетелем этой сцены!

— Да, — испуганно произнес золотоглазый парень, продолжая озираться вокруг.

Я нахмурилась и суровым взглядом проводила парня, который поспешил к тяжёлым дубовым дверям на выход. Шанар продолжал стоять рядом, закрывая своим телом свет от окна и создавая массивную тень над моим столом.

— Забирай свои пожитки и проваливай отсюда! — приказал мне целитель. Да ещё и таким тоном, слово я пришла к нему домой без приглашения.

Я выпучила глаза. Внутри что-то закипело.

— Чего?! Тебя сюда никто не звал!

Шанар громко ударил по столешнице. Я аж подпрыгнула и решилась посмотреть в его глаза. Маг был непреклонен.

— Собирай свои книжки, — прошипел он. — Быстро! И вали отсюда.

От добродушного Шанара не осталось ни следа. Хотя я была уверена, что он просто был не рад оказаться здесь. И я почему-то была тому причиной и… помехой.

— Я никуда не пойду!

Я откровенно не понимала, что с ним происходит. Почему он меня выгоняет? Обращается ещё в таком тоне! Я успела нарушить какие-то правила? Правила Ника? Шанар же на него работает, и тот вполне мог поручить что-то эдакое! Быть может, библиотека тоже по удивительному совпадению принадлежит Николасу? А мне здесь появляться нельзя?