Адмирал: Сашка. Братишка. Адмирал - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 175

Генералы видели бойцов и командиров, да и летунов на барже, что составляли расчёты зениток, но вопросов не задавали, всех возможных подчинённых, даже по мизеру, они получили, добудут ещё, остановив любую колонну или устроив налёт на лагерь военнопленных. Как я уже говорил, метки на картах, где они находятся, у них были. До назначенного времени отхода первой группы мы, устроившись в кают-компании буксира, до самой темноты обсуждали методики подобной партизанской войны. Остальные отдыхали, отсыпались перед ночным рейдом. Я особый упор делал на засады. Не надо устраивать лихой наскок. Заметил противника раньше, успел подготовиться и замаскироваться, хвала тебе – удар в упор и вперёд на добивание. Они и сами всё это знали, но пообщались мы с немалым интересом. Чуть позже группа генерала Потапова ушла. А когда совсем стемнело, уже мы, снявшись с якоря, спустились чуть ниже, здесь был удобный пологий берег и глубины, позволяющие подогнать баржу к нему. Дальше была выгрузка группы генерала Рослякова. Когда колонна была готова к движению, мы попрощались, обнявшись, и разбежались. У каждого свои дела. Не скажу, что мы не обговорили частоты для связи, у обеих групп помимо того, что было по переносной радиостанции, Караулов починил-таки свою, ещё стояли на танках. Но у тех дальность была ниже. Так что в случае нужды, связь между нами и группами имелась.

Когда тёмные массы техники скрылись вдали, там был удобный выезд на дорогу, разберутся, а мы пошли вниз по реке в сторону Ростова. Там нас искать не будут. Я не думаю, что о нас быстро узнают, но мало ли какой боец случайно или нет попадёт в плен и от него информация уйдёт наверх. Нас же с собаками искать будут. Так что устроимся пока чуть ниже. Там разлив реки, широко в одном месте и, вплотную к берегу, нависая над водой ветвями, растут деревья, вот там к берегу и пристанем. Тем более судоходное русло у другого берега, тут мелко. Но нам хватило и подойти, и укрыться. До самого утра маскировку обновляли. Меня беспокоил тот шнелльбот, что поднялся вверх по реке и так не возвращался. Можно сказать, он перекрыл нам дорогу к своим, и с ним нужно было что-то делать.

К счастью, по моей просьбе Караулов оставил того разведчика, что умел так классно маскировать корабли, он и руководил снаружи работами, пока мы с Лазаревым заседали у меня в каюте. Иллюминаторы были закрыты заслонками, и свет наружу не вырывался. Поэтому в каюте был свет. Устроившись у карты с руслом Дона, просматривая его фарватер, гадали, где мог этот катер затаиться. Было несколько пристаней у разных прибрежных сёл и деревень, уже взятых немцами. Могут там отстаиваться, а может, где-то в другом месте.

– Всё же думаю тут, – указал лейтенант остро заточенным карандашом на точку одного из сёл. – Самое удобное место для стоянки. И встать на постой есть где, и к фронту близко. К тому же тут достаточно узко, пушки катера перекрывают всю акваторию вплоть до противоположного берега. Вряд ли он нагло у пристани стоит, скорее к берегу приткнули и замаскировали, но там он.

– Проведём разведку, и я с тобой соглашусь.

– А на рассвете, – с мечтой в голосе сказал Лазарев, – подойдём при утреннем тумане и в упор из пушек и пулемётов, а потом по экипажу, что попытаются спустить с тонущего бота.

– Чего это вы, товарищ лейтенант, собираетесь портить наш трофей?

Мои ехидные слова выбили лейтенант из грёз, тот удивлённо посмотрел на меня, после чего задумчиво посмотрел на карту и уточнил:

– Захват?

– Абордаж, – согласно кивнул я головой. – И провести его нужно на рассвете, пока самый сладкий сон и часовые клюют носом. Вы пока обдумайте, как нам не всполошить всё село, уверен, там комендатура имеется. Взвод или меньше, но должны быть. Да и полицаев уже наверняка набрали, времени хватало. Идёте вы, десять ваших моряков, именно они перегонят катер в отстойник. Если всё получится, он будет вашим, бронекатер своему заму сдадите, мичману Фадееву. Ладно, готовьте людей, я своих подготовлю. Выходим в два часа ночи.

– На катере?

– А вот тут вы не угадали. Свидетели будут, никак без них, значит, отправимся в село по суше.

– Семьдесят километров? – удивился лейтенант. – Не успеем.

– Всё уже продумано. Берём две канистры с бензином, я оставил пару с мотоциклов. Тут недалеко от нашей стоянки у дороги стоит шесть советских грузовиков, брошены из-за отсутствия топлива. Разведчики Караулова их осмотрели. Заправляем одну и за ночь проезжаем до села. Затемно штурмуем сонных немцев и уходим вверх по реке. Там найдём отстойник, воздушной разведки к тому моменту можно будет не опасаться, если у генералов всё получится, маскируем, а ночью на малом ходу идём сюда и соединяемся. Не всё генералам воевать. Тем более Потапову вон два аэродрома раскатать нужно, должен до рассвета к обоим успеть, если ночью не заплутает. Ну всё, занимайся подготовкой. И дай людям поспать, три часа до времени выхода.

– Сделаем, – кивнул тот и покинул каюту.

Я последовал за ним, пробежавшись к тем бойцам, что идут с нами, предупредил их, назначив одного сержанта-артиллериста старшим, именно на него и возложил подготовку к выходу. Потом сообщил вахтенному время, когда нас стоит поднять, и отправился спать. Остальные, кто с нами не идёт, продолжали заниматься маскировкой. Там дед командовал. Дед унтером десять лет отслужил, начиная с русско-японской, правда он её краем зацепил. Мичману я приказал взять на себя оборону стоянки, а общее руководство на деде.

Спустившись по сходням на берег, для этого пришлось проделать длинный путь, с баркаса на баржу, с неё на катер, и только с катера, тот боком прижимался к берегу, по сходням спускались на берег. Со мной было почти полтора десятка парней. Десять матросов, вооруженных СВТ и двумя ППД, пять красноармейцев, у троих МП, у пары, являвшейся пулемётным расчётом, МГ. Но ещё была Аня, девушка-снайпер, с которой у нас произошёл интересный разговор, когда было объявлено, кто идёт, а кто нет. Аню я брать не планировал, думал оставить её тут, на охране. Но она настояла на своём, и я её взял. Это всё, даже наши медички и телефонистка оставались на борту баркаса. Вот и получалось одиннадцать моряков во главе с лейтенантом, Аня двенадцатая, я и пять бойцов. Восемнадцать человек ровным счётом. Надо будет ЗиС искать, в «полуторке» будет очень и очень тесно, тем более с собой мы взяли один мешок с тротилом, а один из автоматчиков являлся сапёром и очень хорошо разбирался в этой кухне. По одному мешку с генералами уехали, на случай острой нужды. Подрывник Караулова, как в принципе и его старшина, то есть наш кок, ушли с группами. Правда, старшина перед уходом смог подобрать себе устроившую всех замену. Хирургическая сестра оказалась отличной поварихой. Вот, подготовила нам бутерброды с собой. Так как работы стало меньше, она с напарницей священнодействовала на камбузе. На всех готовила, и на экипажи других кораблей, это камбуз буксира вполне позволял.

Два моряка бегом следуют впереди в охранении, рядом с ними мелькает фигура Ани, следом общей колонной, идём мы. Я чуть сбоку шёл, поглядывая по сторонам. Почти полчаса бега, пока мы не выбрались на дорогу, ещё минут десять по ней, и вот они, тёмные массы крытых грузовиков, застывших на обочине. Всё правильно. Трофейщикам было много работы, и они не успевали всё освоить из брошенного. Правда, при осмотре выяснилось, что грузовиков не шесть, а пять. Одного не было. Я не поленился, подсвечивая фонариком, всё осмотрел.

– Заправили его, вон капли пролитого бензина и след поставленной канистры, и уехали, – сидя на корточках, подсветил я, чтобы лейтенант видел. – Трое было, двое в нашей обуви, армейские сапоги, ношеные, стоптанные. Вот третий, вернее третья, как-то в это не вписывается. Женские туфельки тридцать шестого размера. Или подросток, или девушка с маленькой ногой. Вот этот след сорок пятого размера имеет дефекты, похоже, обладатель сапог хромает. Даже не хромает, скорее, подволакивает ногу.

– Хм, что нам это даёт?