Адмирал: Сашка. Братишка. Адмирал - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 58

Подойдя, осмотрел картину и нашел подпись мастера. Не копия, реально Айвазовский. Интересно, продавец знает, что он продает? Оказалось, нет, цена небольшой была, так что я приобрел картину. Даже если копия, мне все равно понравилась, повешу у себя в комнате. Мне тряпки дали, чтобы я замотал ее, рама тяжелая, хоть и простая, но донес до повозки. Наказав Валентине хранить ее как зеницу ока и кусать всех, кто подойдет, направился к своим. Она похихикала и обещала присмотреть, и тут же сунула нос под тряпки, пытаясь понять, что я принес.

Когда я своих нашел, оказалось они уже накупили подушек и одеял, там Марина стерегла, они оплаченные, а мама с Таней и бабушкой были у прилавка, где продавались разные нитки и иголки. Все для портняжного дела. Все же им самим многое шить придется. Тут я никого не нанимал, пока Марина стерегла покупки, в два приема все переносил. Причем, когда отнес последние, Валя на них развалилась и млела, на обратном пути снова заглянул к продавцу картины с парусником. У него еще разные были. Взял натюрморт и вид пруда с гусями. Рисовали талантливые художники, они мне понравились, поэтому их и выбрал. Парусник мне, но и остальных обделить не хочется. Думаю, натюрморт на кухню, а с прудом в окружении деревьев, это маме в комнату. Сам на стену повешу.

Все, что нужно, бабушка с мамой накупили, это не первый наш набег, еще будут, но самый важный, так что мы отправились обратно. Остальные покупки уместились в Танину сумку, это я про иголки и нитки. Запас немалый взяли, сумочка у сестрицы заметно распухла. Кстати, тут же решили прикупить такие же сумочки для Марины и мамы, это я их увидел. Подошли и после довольно долгих изучений и колебаний их приобрели. Бабушке тоже взяли, чтобы не обделить, чуть больше, кошелка называется. По пути завернули к продавцу, у которого швейные машинки были, мама тут же стала изучать набор ниток и приобрела несколько мотков. Я же взял иголки, запас для швейной машины, изрядный запас иголок для нее же, ну и мы с продавцом, он кликнул соседа, чтобы присмотрел, отправились к повозке. Там сели и покатили к тому месту, где у продавца был нужный нам товар. Кстати, действительно недалеко было ехать. У двухэтажного деревянного дома, у хозяев квартир были свои сараи, тут же вот он открыл замок одного из сараев, и мы с трудом выволокли сначала чугунную тумбу, а потом и машинку. Продавец ловко собрал все, подсоединил, принес из сарая уже всю прошитую нитками тряпицу, заправил, причем показывая маме и Марине с Танюшей, как это делается, нитки и сделал шов. Женщины наши были в восторге. Так ровно получается. В общем, все работало, что не могло не радовать. Получив деньги (ох и солидная сумма), тот разобрал машинку, пока он это делал, я практически полностью освободил повозку от груза, и мы все перенесли на ее дно. Потом он запер сарай и поспешил на рынок, ну а мы стали аккуратно грузить все покупки обратно. Обкладывая тумбу и машинку, последняя имела деревянный чехол ко всему прочему, что их не стало видно. Так осторожно и поехали, поскрипывая кузовом повозки.

Можно было и задержаться на рынке, было видно, что у женщин буквально глаза разбегались от того разнообразия, что мы видели, но повозка уже была переполнена, тем более я место выделил для швейной машинки, а также время подходило для возвращения. Киру раз в три-четыре часа кормить надо, а мы уже и так опаздывали. Особо я лошадей не погонял, но все же ехал быстрее, чем обычно, а когда подъехали к воротам со стороны квартиры мамы, она соскочила и убежала на участок, оставив калитку открытой. Я же распахнул ворота и, взяв под узду лошадей, завел их во двор. Все уже разбежались, в основном в огород, к Кире. Мы когда подъехали, его рев было и на улице хорошо слышно. Лука его никак не могла успокоить, еще бы, тот проголодаться успел.

Фактически я остался один. Мама кормит, бабушка и Таня у летней печи. Пока малые работали по огороду, Лука картошки начистила, одним глазом приглядывая за Кирой, так что обед готовили. Маринка, осмотрев, что сделала малышня, отпустила их купаться, грядки пропололи, молодцы. Те с визгом в сопровождении Вали и Луки унеслись вниз, ну а я потихоньку все носил. Начал с картин. Две отнес в мамину комнату, пока они завернуты в тряпки, не понятно, что это, а с парусником уже к себе. Красота. Потом повешу. Следом стал носить матрасы и сразу раскладывать их по кроватям. Молодец мама, подбирала именно то, что нужно. Два самых тяжелых матраса отнес в свою комнату, расстелил на кроватях. Кстати, а мамина кровать была точно такой же, размер совпадал, и той же фабрики. Насчет второй кровати у меня я передумал, будут гости вроде Тани, смогут спокойно ночевать, в маминой квартире все места заняты. Ну а Марине купим новую кровать, как Луке или Вале. То есть одной из последних. Нам две кровати нужно приобрести и кроватку для Наташи, ей тоже ничего не досталось. Димка без кровати остается, он себе место для сна нашел уже.

Закончив с матрасами, начал носить подушки. Тут Марина подошла и помогала, все мы перенесли, даже две бабушке с дедушкой на печь закинули. Кстати, надо будет шкуру купить на печь, чтобы зимой на ней лежали, это необходимость, чтобы тепловой удар не получить, лежа на печи, обычное дело, надо сказать. Несколько шкур я видел в продаже на рынке, так что есть что брать. Потом мы достали из повозки кроватку для Киры. Мама еще не закончила кормить, так что мы оставили ее на крыльце, она хотела посмотреть, что мы приобрели. Там у сараев, где швейную машинку осматривали, глянула лишь мельком, а тут досконально хотела осмотреть.

Теперь и сама машинка. Сначала я ее унес в деревянном чехле в мамину комнату, там напротив кровати у стены самое место для нее будет. Слева от двери. Марина переносила узлы с нитками и иголками. На кровать все складывала, мама сама разберется, куда что убирать. У нее вон, в комнате единственный нормальный шкаф на всю квартиру был, там ящиков и полок хватало. Есть куда убрать. Кстати, тут же на весь дом и единственное зеркало, на всю дверцу было. Марина, проходя мимо, не забывала глянуть в него, тут челку поправить, там складку на платье пригладить. Женщина, хоть и маленькая.

Потом, кликнув Таню, мы втроем донесли, именно донесли, чтобы пол не царапать, тумбу до комнаты мамы. Девчонки даже ворчать начали, что у мамы комната самая дальняя, могла и поближе выбрать. Сбегав и забрав остальную мелочь для швейной машинки, я стал сразу ее собирать. Тумбу мы уже поставили, где надо, тут действительно было самое место для нее, и свет от окна падал и лампочка под потолком рядом. Проверив, как она работает, правда без нитки, хотя иголка была, стучала, я занялся остальными делами. А именно, проверил, все ли мы забрали, поправив фуражку, меня уже все звали «наш адмирал», и вывел повозку со двора. Женщины мне уже были не нужны, сами справятся. Правда от Марины отбиться не удалось, когда ворота закрывал, выбежала и попросилась со мной. Знала, что я снова на рынок еду. А, ладно, пусть будет, постережет покупки. Ту это в восторг не привело, но согласилась. Все равно кто-то же должен охранять их.

Вернулись нормально, время обеденное, так что работал рынок, как и прежде. Поставив повозку почти на том же месте, там, где раньше оставлял, какой-то водитель «полуторку» припарковал, и, оставив Марину, двинул на рынок. Первым делом пробежался к тем местам, а их два, где видел шкуры в продаже. После тщательного осмотра купил две, обе медвежьи, большую и поменьше. Дело в том, что у мамы на кухне тоже печь была, заметно, что ее перекладывали, уменьшали, и спальное место сократили. Для взрослого да, там не уляжешься, а для малышни натуральный аэродром. Димка уже забил печку за собой, вот ему в качестве лежанки и взял вторую шкуру. Однако и тяжелы же они были, пришлось человека нанимать, чтобы донес. Марина тут же стала придирчиво осматривать покупки, а я вернулся. Пока нес, много что приметил. Например, разобранную кроватку для Наташи, моей двухлетней сестренки. До пяти лет спать в ней сможет. Потом передаст дальше, Кире тому же.