"Фантастика 2023-139". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Павлов Вел - Страница 432

Хм, с нашей последней встрече парень кардинально модифицировал свои орудия.

Я же по-своему принципу обошелся лишь джадами и обычной тренировочной экипировкой. Ведь смысла затягивать спарринг я не видел от слова совсем.

Стоило же барьеру захлопнуться над нашими головами, как тут же раздался громкий, но мелодичный голос Прасковьи.

‒ Начали!..

……

Первое кольцо. Москва.

Московский Кремль.

Личные покои цесаревича Ростислава.

‒ Дрянь! Аргх! Проклятье! Вот же… твою мать!!!

Именно с такими криками и негодующими воплями взъерошенный будущий император Российской Империи ворвался в собственное крыло Кремля, не только попутно с этим переполошив весь личный гвардейский конвой, но и знатно напугал оторвавшую ошеломлённый взгляд от рабочего ноутбука Голицыну.

‒ Задерите его черти!!!

Однако тщательнее присмотревшись к своему господину, регацце удалось понять, что тот был не зол, а лишь оказался чем-то сильно, точнее очень сильно, раздосадован.

‒ Его императорское высочество может объяснить, в чем дело? ‒ вкрадчиво осведомилась женщина, медленно снимая с переносицы очки. ‒ И кого вы хотите, чтобы задрали черти?

От подобного обращения парень тотчас впал в ступор и остолбенел, а затем с обидой взглянув на Голицыну, продолжил мерить покои рваными шагами. Верная регацца всегда знала, каким именно образом утихомирить воинственный нрав разбушевавшегося Романова. И в данном случае подобное обращение подействовало как нельзя лучше.

‒ Захара, чтоб его! ‒ после затянувшегося молчания, тихим голосом отчеканил парень. ‒ Этот… этот… дурак в своём репертуаре! И куда только сестра с Алиной и Прасковьей смотрят?..

‒ Что стряслось на этот раз? ‒ со слабой улыбкой поинтересовалась девушка. ‒ По моим данным, многие неприятности вы норовите учудить вместе. Он тебя чем-то обидел на ваших занятиях? ‒ предположила невольно Голицына.

‒ Что?! Обидел? Скажешь тоже! ‒ вдруг скривился юноша, словно отведал дольку лимона. ‒ Нет. Вовсе нет…

‒ Тогда что случилось?

‒ Я и Веймин… бросили ему вызов на спарринг… ‒ отрывисто начал говорить парень, продолжая своё великое шествие по покоям. ‒ Точнее… попросил это сделать Веймина… сам же шел довеском. Я хорошо изучил Захара. Я тебе говорил, что он всегда платит по счетам? Так случилось и в этот раз…

‒ Не хочу вас переоценивать, но мне кажется, что вы зря это сделали, ‒ со скептическим выражением лица заключила Марина. ‒ Дай угадаю. Вы с треском проиграли. Так ты из-за этого так расстроился? Только не говори мне, что ты и Тан хотели его одолеть?..

‒ Ты считаешь меня настолько недалёким? ‒ вдруг возмутился недовольно цесаревич, но вдох спустя показал довольную улыбку и, приблизившись к регацце, прилёг подле неё на постель. ‒ Конечно у нас не было ни шанса. Он разобрался с нами как со слепыми щенками за несколько секунд. Мне вообще показалось, что он совершил всего два шага. Миг же спустя Тан оказался впечатан в барьер полностью беззащитный, попутно с этим разрушив своим телом один из слоёв купола, а следом… следом за ним и я оказался на заднице рядом с Веймином в непотребном виде.

‒ Закономерный итог, ‒ усмехнулась Голицына. ‒ Так что тебя так огорчило? Поражение?

‒ Ты говоришь сегодня прямо, как сестра! ‒ вновь скорчив кислую гримасу, тихо пробурчал юноша, подминая девушку под себя. ‒ Да плевать на этот спарринг! Меня злит и выводит из себя то, что за оружие он взялся только тогда, когда мы вынудили его это сделать. Он больше месяца ничего не делал. Ни тренировался, ни упражнялся. Ни-че-го! Только ждал и помогал мне с Калирой. Этот… этот сукин сын ведёт себя так непринужденно и спокойно, будто завтра хольмганг не у него, а у какого-нибудь… Брюллова! ‒ раздраженно прошипел Романов. ‒ Вот что за дурак, а?

Девушке хватило нескольких секунд кратких созерцаний, чтобы разобраться в ситуации, а еще миг спустя её лицо озарилось понятливой и тёплой улыбкой.

‒ Ты за него переживаешь, не так ли? ‒ мягко спросила регацца, с нежностью поглаживая Ростислава по щеке.

‒ Да, переживаю… Мариша, ты просто не в курсе насколько может быть силен Балинт… Оттон кусок дерьма рядом со своим отцом! ‒ полностью сдался цесаревич, протяжно выдыхая и прикрывая устало веки. ‒ Сама знаешь, что он единственный человек после моих родичей, кому я могу доверить собственную жизнь. Захар совсем не похож на некоторую зажравшуюся знать. Его не интересуют ни власть, ни деньги, ни влияние. Если бы он не женился, я подумал бы, что его и девушки не интересуют! Мне порой кажется что всё, что он делает, он делает нехотя и мимоходом. Будто его кто-то или что-то вынуждает так поступать. А ведь он еще не знает о том, что дед пророчит ему кресло тайного независимого советника. Вот будет потеха! ‒ вдруг хохотнул довольно тот, обнажая зубы. ‒ Да и эта скотина несколько раз спасала мою шкуру. Благодаря ему и альвам я избавился от проклятия и вернул утраченные годы жизни. А теперь он ведет себя как сумасшедший! Он даже… даже…

‒ Так ничего и не потребовал взамен, кроме скромной части от той злополучной гидры, ‒ расплылась в широкой улыбке Голицына, закончив предложение за своим господином. ‒ Ростик, а ты не думал, что ему всё это не нужно? Ты ведь его друг. Разве так познаётся дружба? Считаешь, он будет что-то требовать от тебя или Романовых? Мне кажется, что нет. К тому же я думаю, Захар как никто другой догадывается о силе Габсбурга. И если по твоим рассказам он смог одолеть ту колоссальную гидру, то и с Австрийским… должен как-нибудь справиться.

‒ Захар конечно же сумасшедший ублюдок, я до сих пор считаю его поступок с судебным поединком безумным, ‒ шепотом произнес Романов с печальной улыбкой на лице. ‒ Но я… Я в него верю.

Первое кольцо. Москва.

Наистарейшая в Российской Империи магическая арена «Вавилон».

Утро. 27 февраля 2025 год.

Ложа императоров.

День хольмганга…

С момента прошлого столпового магинария и впервые за долгое время власть имущие различных королевств, империй и государств собрались в одном месте. Императоры и императрицы. Короли и королевы. Правители и правительницы. Унция могущественной и невероятной силы на один квадратный метр на данный момент попросту зашкаливала в ложе Романовых.

‒ Что ж, ‒ спокойно хмыкнул Габсбург-Австрийский, стоя у наблюдательного окна и периодически поцеживая из бокала отменное вино, одновременно наблюдая за собравшейся знатью на арене и время от времени бросая взоры в левую и правую часть ристалища, откуда должны будут появится противники. ‒ Вынужден признать, что у Лазарева, как это сейчас принято говорить среди молодежи… есть свой хребет. Сказать честно, я думал, что ближе к поединку он замолит о пощаде у моего сына. Его самоотверженность похвальна. Глупа и наивна, конечно, но похвальна. Видимо смерти он не боится.

‒ Глупость и наивность — это то, к чему так сейчас подвержено молодое поколение, ‒ пробасил утвердительно Фридрих. ‒ Для многих оно губительно!

‒ Губительно? Да будет Катаклизм мне свидетелем! ‒ вдруг ни с того ни с сего рассмеялся весело Гуань-ди, смерив насмешливым взглядом обоих Габсбургов. ‒ Мне кажется, что я уже слышал похожие заявления раньше. Можно сказать, что относительно недавно. На столповом магинарии вроде бы. Помнится, тогда была аналогичная ситуация. Тогда твой покойный внук и внучка Франца могли распрощаться со своими жизнями. Вы развлекали народ такими же речами.

‒ Достаточно! ‒ прошипел резко Рудольф. ‒ Это уже в прошлом!

‒ А мне так не кажется, ‒ фыркнул вполне серьезно Амрит, привлекая к себе всеобщее внимание правителей. ‒ Я вообще не понимаю, почему Лазарев принял этот неравный хольмганг. Он мог без раздумий от него отказаться. Всем прекрасно известно, что во всём виноват твой внук, Рудольф. Всем также хорошо понятно, почему он полез в смежную стигму и для каких целей пленил двух аристократок. Да и еще война с древними кланами. Так что…