Гамбит искусного противника (СИ) - Тес Ария - Страница 42

Полчаса назад

— Тема закрыта. Ты не пойдешь.

Я смотрю на него, как на дебила, а внутри медленно, но верно просыпаются чувства настолько далекие от «теплых», что это расстояния может занять вся Китайская стена при желании. Меня бесит. Дико бесит эта вольность!

«Как он смеет?!»

Еще и при всех…

Крис странно хмурится, переводя взгляд с меня на Алекса и обратно, словно стараясь что-то понять, а вот Араю стараться нет нужды. Он уже все понял, вон как давит лыбу, пряча ее за ладонью, только глаза выдают. Они хитрые, блестят, как у кота при виде сметанки, смеются. Я прямо кожей чувствую, как еще секунда и он заржет в голос, поэтому краснею так густо, что, если рядом положить помидор, вряд ли нас можно было бы различить.

— Что ты себе позволяешь?! — шиплю, делая небольшой шаг в сторону этой наглой морды.

Алекс не отступает, а делает ответный шаг, сурово смотря мне в глаза. Он не тушуется, ему плевать, что мы не одни, ему плевать, что сегодня мы вообще оборвали все свое «наедине». Нас больше ничего не связывает! А у него как будто случился приступ амнезии.

— Мне повторить в третий раз, или ты начнешь соображать быстрее?!

— Не смей разговаривать со мной так!

— Прекрати истерику, дура, и не смей орать на меня!

Как два быка мы стоим друг к другу впритык, сверлим взглядом, дышим часто, разве что огонь не испускаем. Я его в этот момент прямо ненавижу, очень хочется вцепиться ему в рожу, но и он не уступает. Думаю, что Алекса одолевают похожие чувства, но самое до боли раздражающее — я не могу отделаться от мысли, как классно было бы сейчас оказаться в его постеле…

«Наверно, это был бы классный секс…» — «О чем ты думаешь?! Прекрати!»

Мотаю головой, чтобы отогнать наваждение и возбуждение, которое пришло следом аж до покалывающих пальцев, и отстраняюсь, сложа руки на груди.

— Я буду делать все, что посчитаю нужным. И, поверь мне, мой милый, я не считаю нужным спрашивать у тебя разрешения. Уяснил?!

— Уяснил, моя милая, но уясни и ты: можешь делать все, что считаешь нужным в своей комнате, потому что из квартиры ты не выйдешь.

— Что ты себе позволяешь?! — срываюсь на крик, тыкая ему в грудь, — Ты мне никто!

— Закрой рот, Амелия, — предостерегающе тихо говорит, пока у самого аж челюсть от злости сводит, а глаза горят.

Кажется, я действительно хожу по тонкому льду…

— …Я не твоя сестричка, и если у нее кишка тонка тебя угомонить — у меня нет.

— Ты не имеешь никакого права…Кем себя возомнил?!

— А кем ты себя возомнила, а?! Хочешь подергать льва за усы?! Давай будем честными. Не надо быть гением, чтобы понять — ничем хорошим это не кончится!

— Ты не знаешь меня…

— А что тут знать?! Он — миллиардер, а ты глупый, неразумный ребенок. Сиротка…

Правда, но эта правда из его уст да еще и таким тоном кидает на глаза красную пелену, как по щелчку пальцев. Я сама не до конца понимаю, что делаю, меня отрезвляет только боль в ладони, и только после этого приходит осознание: я зарядила ему пощечину.

Я. Пощечину.

Капец.

Алекс стоит передо мной, отогнув голову в сторону, часто дышит. Кажется, лед под моими ногами треснул, и мне вот-вот грозит искупаться в ледяной воде, а это очень страшно. Я тушуюсь, немного ежусь, но тут же бью себя по рукам: нет, не сметь сдавать позиции! Расправляю плечи и гордо вздергиваю носик, когда он медленно переводит на меня горящие глаза. Алекс просто в ярости! А на щеке отметина — моя первая. Это даже забавно, я почти улыбаюсь, еле удаётся сдержаться, и вместо какого-то продолжения, понимаю, что все это вообще не имеет никакого смысла. Разговор «ни о чем», какой-то глупый, непонятно откуда взявшийся героизм — все это маразм, не иначе как. Осматриваю его презрительно, потом закатываю глаза и щелкаю языком — ну не могу удержаться от хотя бы такой маленькой, невербальной шпильки. Хочу уколоть его перед тем, как развернуться и пойти своей дорогой, но…я, видимо, не до конца оценила всю степень опасности маразма. Стоит мне направить корпус в сторону двери, как руку тут же хватает знакомая до боли горячая пятерня, а дальше, не успеваю я это понять, как оказываюсь прижата к двери ванной. Алекс нависает сверху, как громовая туча, хватает меня за подбородок так, чтобы я смотрела ему в глаза, и повышает голос.

Он впервые на меня орет…

— Ты не поняла меня что ли?! Ты не выйдешь из этой квартиры!

— Убери от меня руки, чертов псих!

Я пытаюсь сбросить медвежье хватку, но не тут то было — это отнюдь не так просто, как когда он этого сам хотел. В этот момент я впервые понимаю, насколько он шел мне на уступки, насколько контролировал свою силу, насколько много мне позволял. Сейчас Алекс не настроен ни на один из вышеперечисленных пунктов — он злится и готов стоять на своем до конца. Я было надеюсь на помощь «извне», когда Арай делает к нам шаг, но Алекс тут же обрубает и его попытки, и мои надежды.

— Не лезь! — рявкает, бросая всего один взгляд, от которого его брат отступает.

Я краем глаза ловлю непонимающий взгляд Кристины, который смешивается и с негодованием, и с волнением, а вот Арай себе не изменяет. Ему несказанно весело, он снова еле сдерживает смех, обращая внимание на свою девушку, и коротко мотает головой, мол, все нормально, не волнуйся.

«И это все?! Ну класс! Кажется придется спасаться самой…»

— Убери от меня руки, Алекс, — тихо говорю, возвращая взгляд серых, сейчас огненных глаз, обратно к своей персоне, — В последний раз предупреждаю по-хорошему.

— Как интересно… — тихо, ядовито усмехается, — А как же будет по-плохому, дочка психопата-убийцы?

«А вот как!» — не даром я прихватила свой шокер.

Разряд не особо сильный — у меня аппарат из «золотой середины», чтобы не совсем жестко, но и не «вариант для клатча». Проще говоря, он не вырубит, не заставит биться в конвульсиях, но у того, кто захочет испытать на вас свою «физику» быстро отпадет желание продолжать. Так и получилось.

Алекс не успевает сообразить и выдать еще одну остроумную фразочку, я уже сжимаю в руках холодный корпус. Дальше стрекочущий звук, а еще через миг прихожая взрывается какофонией разных звуков. Первым был удар — Алекс отлетел от меня, как ошпаренный и врезался в дверной косяк гостиной. За этим последовал благой мат, шипение от боли и дикий ржач Арая, который согнулся в три погибели. Крис тоже смеялась, но в руки, закрыв ими свое лицо, а я кайфовала. О этот сладкий миг, когда я наконец за себя постояла! Такой потрясающий, лучший из всех, что были между нами…и я не могу, да и не хочу скрывать победной ухмылки, когда наклоняюсь так, чтобы поймать его взгляд.

Он все еще меня бесит. Я его убить готова, и мне нравится тот факт, что каких-то пару секунд и я окончательно утру ему нос!

— Еще хочешь?!

Алекс смотрит волком, но молчит, однако взглядом буквально сжигает меня до костей. Думаю, что в этот момент он безумно хочет не «еще раз», а свернуть мне шею, но я лишь усмехаюсь, делая «холостой» залп в воздух. Как бы показательно. Ему это не нравится еще больше, и Алекс шумно выдыхает, словно обещая мне скорую расплату, но получает до боли говорящий знак — мой средний палец прямо себе в лицо.

— Не смей меня больше трогать, мудак — первое. Второе — никогда не вставай между мной и тем, что я хочу, а то в следующий раз получишь заряд прямо в свой член. И третье — ты всего лишь трахал меня, пока я позволяла, а теперь и на этом крест. Или ты что думал, что я шутила?! Тогда подумай еще раз!

Голос срывается на крик, и я не могу это контролировать — он так меня вывел, как даже Элай никогда не мог со всеми его припадками. А эмоции — все еще зло. Я сама того не ведая, раскрыла все карты, и теперь, сообразив, медленно смотрю на парочку. Они, как один, застыли. Кристина расширила глаза и открыла рот, Арай же опять не отличается от своего обычного состояния: втянул губы внутрь, чтобы не заржать в голос, весь красный от натуга, вот-вот лопнет. Я тоже краснею, густо так, наверно даже пятнами пошла, как леопард, и это бесит меня еще больше. Алекс тем временем отошел от разряда, плавно разгибается с улыбочкой победителя, которая окончательно сносит весь самоконтроль — я его просто убить готова и теперь не метафорически. В следующую секунду, отключенная от разума напрочь, я с размаха и с душой заряжаю ему аккурат между ног.