Непримиримые разногласия (СИ) - Рудакова Наталия - Страница 14

Я на секундочку представила, как лежу на кровати с раскинутыми в стороны руками и ногами. Волосы разметались по подушке. Верёвки впились в запястья и лодыжки, что абсолютно не мешает предаваться отдыху и безмятежному сну. Вдобавок ко всему непотребству, у постели сидит и внимательно наблюдает за моим состоянием юный адепт ордена. Нет, к такому повороту событий жизнь меня не подготовила. Краска стыда залила лицо, уши нестерпимо запылали, тело пробрала нервная дрожь. Какое счастье, что о готовящемся унижении я узнала только сейчас, иначе истерики и обмороки преследовали бы меня вплоть до наступления темноты.

Об обряде изгнания я совсем ничего не знала. Как-то не принято было в обществе обсуждать данные темы. Теперь я хорошо понимала, почему. Крайнее неприличие вышеупомянутого ритуала накладывало вполне определённые ограничения для того, чтобы не упоминать его в обществе благовоспитанной фэйры. Однако все о нём знали! Значит, на меня неминуемо будут указывать пальцем и обсуждать за спиной пикантные подробности. Боги-супруги за какие прегрешения вы посылаете такие суровые испытания? Естественно, другим это было в наказание за какие-то греховные провинности. А меня то за что? Я слишком молода, чтобы успеть так прогневить богов. У меня банально не было на это времени!

– Симила, – служанка взяла меня за руки, привлекая внимание и заставляя посмотреть в глаза. – Дорогая, я сейчас пойду к твоей матушке и всё ей расскажу. Госпожа не позволит подобное бесстыдство в стенах своего дома. Мы сохраним твою репутацию и доброе имя, чего бы это ни стоило, – она легонько меня тряхнула, заставляя прийти в себя. – Слышишь? Всё образуется. Я туда и обратно. Пока буду отсутствовать, уверяю, ничего плохого не случится!

Я заторможено кивнула, показывая, что услышала слова Зарики. Удивительно, ей удалось немного меня успокоить. Насколько это вообще возможно, учитывая обстоятельства. Служанка отпустила меня, бросила недобрый взгляд на нарва и поспешила выполнять обещанное. Глядя ей вслед, я призадумалась. С какой такой радости она принялась за меня заступаться? Неужели всё дело в желании угодить маменьке? Ну а что ещё можно было от неё ожидать? Это надо же так усыпить бдительность, что я за несколько минут успела позабыть о нашей вражде, развесить уши и поверить в порядочность прислужницы. Вот дрянь! Наверняка у неё был какой-то хитроумный план, где, в конце концов, она с превеликим удовольствием подставит свою госпожу. А раз дело обстоит именно так, не стоит давать преимущество бесчестной интриганке. Безусловно, Зарика успела даже продумать, как именно будет распускать обо мне сплетни. Нет, нет и ещё раз нет! Не позволю делать из себя дурочку! Я не доставлю такой радости своему недругу. Уж лучше останусь наедине с молодым нарвом и будь что будет. Представила реакцию служанки, когда та поймёт, как её переиграли, и злорадно улыбнулась. Настроение всё же стало немного лучше.

– Эээ, как там тебя? Тахил вроде? – спросила у парня, продолжая улыбаться.

– Изыди, нечистая сила! – он осенил меня вранговым знамением.

– С ума сошёл? Это я, Симила!

– Да? А я уж было подумал, что демон пробудился. Больно у вас улыбка жуткая!

– Думай, что говоришь, – погрозила я пальчиком. – Ты же учёный? – парень нервно мотнул головой. – Тогда лучше расскажи, откуда берутся нечистые силы.

– Так, из царства тёмного. Там живут и размножаются.

– Подробности зарождения детей демонят меня мало интересуют, – отмахнулась я от тонкостей этого аспекта жизни нечистых. – Пожалуй, распиши, каков у них быт, чем интересуются по жизни, как внешне выглядят?

– Хорошо, – юноша закрыл глаза и начал повторять по памяти известные ему факты. – Демоны – трёх метровые создания, размах их крыльев достигает пяти метров, имеют красные глаза, способные отлично видеть в темноте и острые зубы, главное предназначение которых – рвать на части ещё живую добычу, – он открыл глаза и перевёл дух. – Что касаемо жизненного уклада, так не его. Это же дикари! А интересует их исключительно пропитание и продолжение рода. Чем больше рождённых демонят, тем сильнее демон.

– Как это связанно? – не поняла я логики.

– Дети составляют армию и свиту отца, таким образом, превосходят количеством своих оппонентов. Соответственно, чем многочисленней группировка, тем она сильнее.

– Понятно, – протянула я и задала следующий вопрос. – Как они попадают в наш мир и почему святые отцы это допускают?

– На первый вопрос ответить не могу, так как это секретная информация. Что касается второго вопроса, мы, к сожалению, не всесильны, – развёл он руками.

Короче, ничего толком не рассказал. Вообще, что за дурная привычка у людей не отвечать прямо на поставленный вопрос? Ладно, я почти смирилась с невезением, преследующем меня сегодня. Пусть будет так. Из полученных сведений тоже можно сделать кое-какие выводы. И должна признать, лично для моей персоны весьма неутешительные. Например: невозможно договориться со свирепым дикарём, и мне нечего ему предложить, чтобы он свалил по-тихому из моего тела.

– Как вселяются, тоже не расскажешь? – прозорливо осведомилась я.

Тахил поднял бровки, скорчил виноватую улыбку и шаркнул ножкой.

– Ясно. Тогда последний вопрос: если в ходе ритуала я умру, вы поймёте, что моё место занял нечистый?

– Тут без вариантов, – приободрился юноша. – Ваша смерть – верная погибель нечистого. Поэтому нам не придётся догадываться, кто из вас кто.

– Слышал? – обратилась я к демону, но он предпочёл промолчать. – Зачем тогда это чудище в меня вселилось?

– Это знают все! – гордо произнёс парень. – Главная задача нечистой силы – погубить вашу бессмертную душу.

– Каким образом? – деловито осведомилась я.

Ну а что? Мне же нужно знать, как с ним бороться. Святые отцы, это конечно, хорошее подспорье, но я то могу их подстраховать, так сказать, изнутри. Никто из нарвов не может быть заинтересован в сохранности одержимого больше, чем сам одержимый. Значит, мне и предстоит львиная доля борьбы за своё счастливое будущее. Интересно, демон всегда на связи или иногда отлучается по своим нечистым делам? Может ли он сейчас слышать, о чём мы общаемся с парнем?

– Поработить тело и умертвить! – последовал незамедлительный ответ.

Вот лучше бы он промолчал!

Глава 11 Панические настроения прислуги

Служанка, услышав наглое заявление юноши, вначале подумала, что ослышалась. Затем быстро сообразила – это не слуховые галлюцинации, и ужаснулась от услышанного. Как только посмел глава нарвов отдать столь возмутительный приказ? Оставить молоденькую девочку под присмотром сопливого пацана? Нет уж, увольте! Да её потом никто замуж не возьмёт! А Зарике очень не хотелось, чтобы фэйра оставалась до скончания жизни в этом доме. Главной мечтой женщины была наискорейшая свадьба госпожи со всеми вытекающими отсюда последствиями: кучей детишек и проживанием девчонки как можно дальше от неё. Идеальное место, с точки зрения служанки, было в чужой стране, желательно где-нибудь на краю земли. Или, на худой конец, будущий особняк должен находиться в достаточно большом отдалении от их города. Этого жаждала не только она. Вся прислуга втайне молилась Супругам в безумной надежде побыстрее избавится от несносной хозяйки, скверный характер которой с годами становился всё хуже. Страшно подумать, какие заскоки у неё начнутся через пару-тройку лет.

Зарику передёрнуло, когда вспомнился несчастный случай с запутавшимися волосами. Сколько она упрашивала фэйру заплести волосы на ночь, сколько умоляла, описывая все возможные последствия…но нет! Эта упрямица не желала ничего слушать и назло легла спать, распустив их. Наказание не заставило себя долго ждать. Девчонка проснулась с воплями. Только через четверть часа удалось понять, в чём причина истошных криков. Оказывается, во время сна волосы запутались. Пришлось их отрезать. Слава Врангу, прядь была небольшой и место незаметным: на затылке, возле шеи и под остальной копной волос срез не бросался в глаза. При умело зачёсанной причёске никто бы и в жизни не догадался, что там чего-то не хватает. Но сколько при этом было воя и слёз! По сей день она вспоминает, как тяжело переживала стрижку волос на целых тридцать сантиметров. Переубедить сумасбродку не удалось. Доказательство в виде пряди, показанной ей, тоже не дало никакого результата.