Измени со мной (СИ) - Мишина Анна - Страница 3

– Очуметь, – тут же высказывается Седой. – Вот это она тебя раскатала. Чего ты ей сделал?

– Да место на парковке подрезал. Вот она и опоздала из-за этого. Но я, @лять, не знал, что она препод. Да и у преподов своя парковка на территории. Да и пошла она лесом, – злюсь и сбегаю по ступенькам на первый, пересекаю просторный вестибюль и толкаю дверь, выхожу из здания.

– Ну и куда ты? Забей! Новенькая. Поставят ее еще на место, – плетется за мной друг.

– Да похер на нее, – отмахиваюсь и сбегаю по ступенькам. – У меня дела.

– Дела у него, – фыркает Седой, оставшись позади.

Я торможу, оборачиваюсь.

– Слушай, реально дела. Я на связи, – показываю телефон. – Держи меня в курсе, что тут да как.

– Ок, – усмехается, качнув головой, и, крутанувшись, заторопился внутрь здания.

Я же ускорился в сторону парковки, пересекая территорию института. Заостряю внимание на недалеко припаркованной красной тачке, уже мне знакомой. Оглядываюсь по сторонам. Стоит тачка так себе. Можно прикопаться. Рядом пешеходник. Она вплотную к нему. А недалеко работает эвакуатор. Бля, извини, как там тебя?

Торможу и, резко меняя траекторию, направляясь к водиле эвакуатора.

– Бог в помощь, – протягиваю руку, и мужик отвечает пожатием. – Есть дело.

– Какое? – тот, не выпуская сигареты изо рта и не смотря на меня, пакует машину.

– Вон там, – показываю направление. – Стоит красная тайка. Рядом пешеходник. Дистанция не соблюдена. Забери, а?

– Тебе-то это зачем? – прищуривается.

– Да наказать одну дамочку хочу.

Усмехается. Но продолжает выдерживать молчание. Понимаю, к чему.

– Сколько? – спрашиваю и тут же лезу за телефоном.

– Пять.

– Чего? Пять косарей? – усмехаюсь. – Ок, без проблем. Диктуй номер.

Перевожу ему деньги, и мужик обещает мне, что тачку следующей заберет.

– Фотоотчет по номеру мне скинешь, – предупреждаю и, получив кивок от него, тороплюсь обратно к парковке.

Снова проходя мимо красной тайоты, стараюсь не пялиться на нее и прямиком направляюсь к своей.

Глава 2

Ждана

С самого утра этот день мне подкидывает неприятные сюрпризы. Хотя все начинается как всегда. Подъем, уже даже раньше будильника. Привычка вставать вместе с мужем. А еще нервы слегка шалят. Раньше никогда за собой не замечала такого. А тут разве что руки еще не трясутся, но в груди что-то сжимается.

Готовлю завтрак, пока муж собирается на работу.

– Все хорошо? – подходит со спины и, обхватив мои плечи, целует в висок.

– Да, – натягиваю улыбку и, переложив яичницу в тарелку, ставлю ее на стол.

Антон садится.

– Кофе сейчас сделаю, – суечусь вокруг турки.

– Может, все же вызвать водителя? – спрашивает, будто чувствует мое состояние.

– Нет-нет, – снова виноватая улыбка. Вздыхаю. – Я справлюсь. Подумаешь, первый день на новом месте.

– Тебе вообще не обязательно выходить на работу. Уже говорил, – звучит строго.

– Я знаю. Но мне это нужно, – выдыхаю, понимая, что сама себя намеренно загнала в эту ситуацию. Но я не могу сидеть на шее мужа. Я люблю свою профессию. Мне нравится преподавать. И мне нужно выйти в люди, иначе я сойду с ума.

– Только представь, что там мажористые пижоны, которых мало интересует образование. Просто папочка запихал любимое чадо в престижный ВУЗ. Они задиристые и наглые.

– Не все такие, – возражаю.

– Девяносто девять из ста, – хмыкает.

– Ты был из их числа? – усмехаюсь, но, поймав его взгляд, замолкаю.

Отставляет недоеденный завтрак, что раздражает.

Спокойно! Вдох-выдох. Я же не истеричка.

– Бросай затею эту, – промокнув салфеткой упрямо поджатые губы, поднимается из-за стола. Подхватывает пальцами чашку с кофе и, сделав пару глотков, возвращает ее на стол. – Не майся ерундой, – и выходит из кухни, направляясь в прихожую.

Я за ним.

– Да и чем мне заниматься дома? Что мне делать?

– Мы уже говорили на эту тему.

– Говорили, – соглашаюсь, но я начинаю закипать от злости. – Но мне неинтересно с женами твоих друзей. Они все какие-то… – ловлю его взгляд и, пфф, сдуваюсь. – Я не могу. Не могу подвести профессора. Я обещала, Антон.

– Вот увидишь, как после сегодняшнего рабочего дня ты будешь плакаться, как они там все невыносимы, – легкая усмешка. – Все, мне пора, буду поздно.

Делаю шаг к нему, чтобы поцеловать на прощание, но муж разворачивается, будто не заметив моего жеста, и покидает квартиру, закрыв за собой дверь.

В груди что-то неприятно шевельнулось. И так на протяжении всего последнего месяца. И все то время, когда я пыталась доказать, что мне нужна работа. Мне двадцать семь, у нас нет детей, что мне делать дома? Гулять по магазинам? Тратиться на ненужные шмотки? Сидеть в кафе-ресторанах и тратить свое время на бесцельные разговоры с женами его друзей и партнеров? Обсуждать пластику? Подтяжку? Да боже упаси!

Тряхнула головой и вернулась в кухню. Опираюсь руками о стол и закрываю глаза. Все хорошо. Ничего страшного же? Да, не первый раз уже замечаю, как муж игнорирует мои порывы к нему прикоснуться. Мне безумно нужна его поддержка, его доброе, ободряющее слово. Но имеем то, что имеем. Он очень занятой человек, очень важный. И часто пребывает в своих мыслях, поэтому он может просто не замечать моих метаний. Все это глупости.

Поэтому решаю выпить чашку зеленого чая и привести свои мысли в порядок. У меня сегодня первый рабочий день после почти годового перерыва. Мне нужно сделать все, что от меня зависит, и вернуться в продуктивное состояние. Мне это очень нужно. Иначе я совсем потеряюсь и стану истеричкой обыкновенной, как вид, который распространяется не размножением, а воздушно-капельным путем.

Ну и кто сказал, что утро не задалось только с разговором мужа? Парковка, где плюнуть негде. Одна машина дороже другой. Мажоры… так и крутятся слова Антона. И один из них решает меня подрезать. Чтоб его!

Когда все-таки удается припарковать машину, взглянув на часы, ахаю. Опаздываю на свою первую пару! Тороплюсь в здание, где меня в вестибюле встречает Симкина Лариса Ивановна.

– Опаздываете, – показывает пальцами на часы у себя на запястье.

– Прошу прощения, – виновато улыбаюсь.

– Забегите на кафедру, – напоминает.

Я киваю и тороплюсь на второй этаж. А после чуть ли не бегом к двести второй аудитории.

В чем-то муж оказался прав. Студенты молодые, наглые, дерзкие. Но не все. Из всей выпускной группы человек пять. Это на первый взгляд. Но по словам секретаря, тут скучно не будет. Войдя в аудиторию, мой страх куда-то улетучивается. Я уже преподавала и достаточно успешно. Пришлось уйти по просьбе мужа. А теперь вот, готова снова преподавать. Спасибо профессору, помог.

Решаюсь провести опрос. Чтобы немного понять, чего вообще ждать от студентов. И надо было наткнуться именно на того парня, с которым столкнулась на парковке. Он вальяжно сидит на скамье и с легким прищуром на меня смотрит, будто выжидает. Его товарищ, сидящий рядом, да и все остальные студенты, наблюдают за нашим разговором. Кто-то из девочек даже заступается за него. Значит, парня уважают. От признания, что его не интересуют финансы ловлю секундный ступор. Но, кажется, я справляюсь, и до конца пары он сидит тихо. Уже хорошо.

– Как прошла ваша первая пара? – стоит зайти на кафедру, как на меня налетает с вопросом секретарь.

Рядом стоит блондинка, примерно моих лет, что-то пишет в журнале. Прислушивается.

– Нормально, – пожимаю плечами и прохожу к свободному столу.

Здесь я немного ориентируюсь. На днях была тут.

– А вы у нас за кого? – подает голос блондинка.

– За профессора Лужникова. Он приболел, – отвечаю.

– Ах да, а то думаю, почему вас раньше не видела, – улыбнулась и подошла ко мне, протянула руку. – Вероника Серова, тоже преподаю, – пожимаю в ответ ее прохладную ладонь.