Личное дело майора Власовой (СИ) - Дибривская Екатерина Александровна - Страница 21

– И что же такое произошло, что тебе пришлось выйти на сцену? – мягко спрашиваю её.

Девушка смахивает слёзы и решительно спрашивает:

– Ваши моим родителям не доложат?

– Только если будут основания к задержанию, – честно отвечаю ей. – Но опыт работы в Следственном комитете мне подсказывает, что оснований у них не будет. Особенно, если вы не станете утаивать информацию от следствия.

– Понимаю… – девушка задумчиво кусает губу и начинает говорить: – Около четырёх месяцев назад я познакомилась с парнем, Даней. С однокурсницами пошли на концерт, рядом сидели… Ну и слово за слово, в общем. Обменялись телефонами, встретились раз, другой. Вроде как встречаться начали. Я не торопилась, мне хоть и девятнадцать, но ни с кем не было…

Алина тихо всхлипывает, отпивает немного воды и продолжает еле слышно.

– Три недели назад Даня пригласил меня на день рождения. Была суббота. Мы приехали сюда. Я удивилась, всё же ехать далеко, но ребята были на машине, сказали, что здесь будет играть диджей какой-то модный, в общем, приехали… Всё было хорошо, мы веселились и танцевали, стол ломился от еды, а коктейли в моих стаканах не переводились. В какой-то момент сознание словно отключилось, а очнулась я в Химках. Сидела на платформе в ожидании первой электрички.

– Ты не помнила, что произошло в тот промежуток времени, верно? Никаких звуков, образов, обрывков воспоминаний?

– Да, верно. – кивает она. – Конечно, я чувствовала, чтовсёне так, но боялась признаться в этом даже самой себе.

– Тебя изнасиловали? – спрашиваю прямо. Алина кивает.

– Он не брал трубку. В университете, где он сказал, что учится, не было такого студента, соответственно, в их общаге он жить не мог. Мать моей подруги работает в поликлинике, она помогла мне сдать анализы… на всякий случай. Но, слава богу, всё обошлось. Я просто хотела скорее забыть об этом инциденте… – Когда девушка замолкает, по её лицу начинают струиться слёзы. Я терпеливо жду развязки истории, лишь подливаю воду в стакан. Алина с благодарностью выпивает всё одним махом и продолжает: – Примерно дней через 10-12 он объявился. Как ни в чём не бывало! Я его увидела, хотела пройти мимо… Но Даня… Он сказал, что всё снято на видео, и если я не хочу, чтобы это попало в сеть, то мне нужно станцевать танец… Стриптиз, точнее. Тогда, когда мне скажут.

– И вы согласились?

– А что мне было делать? – с обидой спрашивает Карамзина. – Мой папа… Он, словом, выдвинул свою кандидатуру в депутаты нашей районной администрации… Если бы всплыло подобное видео с моим участием… Это уничтожило бы его карьеру, а он очень хороший и правильный человек с большими планами на улучшение уровня жизни. Он не заслуживает лишиться этого из-за того, что я такая дура.

Она замолкает. Я тоже молчу. Схема вырисовывается простая и понятная.

Парни – сейчас я не исключаю, что это были одни из вербовщиков Дуболомова Иннокентия – втирались в доверие к наивным девушкам, насиловали их и заставляли выступать на публике, шантажируя видеозаписями. Возможно, не только выступать, но и обслуживать клиентов. Вряд ли их использовали для съёмок снаффа, слишком много проблем с домашними девочками, а вот порнушку с такими снимать на продажу это запросто.

Я достаю из сумки блокнот и ручку.

– Значит так, Алина. Напишите мне, пожалуйста, всё, что вам известно о Дане. Начиная с его внешности и привычек и заканчивая всеми адресами и названиями, которые сможете припомнить. К сожалению, скорее всего вы не единственная жертва этого ловеласа. Я более чем уверена, что в похожую ситуацию попала и другая девушка, но ей повезло гораздо меньше. На днях обнаружили её тело…

Я достаю фотографии Анжелики Велегурской и выкладываю на стол.

Едва бросив взгляд на одну из них, Алина вздрагивает.

– Лику… убили?

– Вы знаете Анжелику? – мгновенно подбираюсь я.

– Ну, как знаю… Пару раз встречались. До того, как… всё произошло. Лика была девушкой Даниного друга, Тёмы. Пересекались пару раз в кафе. Потом как-то снова встречались компанией, но она не пришла. Я спросила у Дани: «Лика приедет?», он ответил, что они с Тёмой расстались. Помню, тогда я даже немного расстроилась – Лика мне понравилась.

Я постукиваю ногтем по столу. Значит, оба парня «встречались» с девушками, перед тем как привезти их на мероприятие в этот клуб, где с ними приключилось одно и то же: их изначиловали и сняли на камеру, чтобы шантажом заставить выступить на сцене. У обеих девушек высокопоставленные отцы, что делает дело ещё интереснее.

– Спасибо, Алина! Если ещё что-то вспомните или Даня снова выйдет на связь, позвоните, пожалуйста. – Я выкладываю на стол визитку и оставляю девушку подробно записать всю информацию, а сама обхожу с фото Велегурской все столики, занятые задержанными.

Никто из девушек больше не подкидывает мне интересных новостей, как и ощетинившийся бармен, который, по всей видимости, решил избрать тактику молчания. Несолоно хлебавши я снова возвращаюсь к Алине Карамзиной и дожидаюсь, пока Власов не вернётся.

Изучаю исписанные листы блокнота: описание внешности Дани и его друзей, номер телефона, адреса нескольких кафе, концертного зала, ночного клуба, университета, где якобы учится Даня. Только внутренняя чуйка подсказывает мне, что ребята, ловко представляющиеся студентами, гораздо старше по возрасту и, вероятно, работают на Дуболомова, а Лика и Алина вовсе не случайные жертвы, учитывая положение их отцов. Одно интересно, зачем всё это было нужно? Заказ конкурентов, чтобы убрать кандидатов с гонки? Не логичнее тогда отправлять видео сразу папенькам? А может, и отправляли? Не факт, что Карамзину и Велегурскому, но вполне могли другим… Вполне возможно, что таких случаев было больше, но как узнать наверняка, если ни одна из девушек не обращалась в полицию?

Я задумчиво кусаю ручку, снова и снова прогоняя в мыслях всё, что мне известно по делу. Картина вырисовывается непонятная. Я не вижу логики в убийстве Лики на основании тех данных, что имеются у нас на этот момент. Значит, мне не хватает нескольких деталей. Возможно, их смогут прояснить столичные ребята, Даня и компания, но найти их – всё равно, отыскать иголку в стоге сена. Если только Акманов не решит поделиться списком контактов дуболома Кеши.

Когда оба подполковника, негромко переговариваясь, появляются в общем зале, я прощаюсь с Алиной. Прошу Акманова, чтобы его спецы составили фоторобот и решаюсь ещё на пару просьб, раз уж он такой душка:

– Денис, задержанная гражданка Карамзина оказалась здесь случайно. Её вынудили выступать шантажом, угрожая опубликовать порнофильм с её участием, снятый в клубе. Всё то же самое, что произошло с нашей жертвой. – Всеми силами игнорирую взгляд Ярослава. – По возможности, не мучайте девушку сильно, она и так в ужасе от происходящего.

– Понял, постараюсь посодействовать, – коротко кивает Акманов. – Что-то ещё?

– Нам бы списочек контактов Кеши Дуболомова, – ослепительно улыбаюсь я мужчине.

– Власова! – шипит Ярик.

– Надеетесь найти там подозреваемого? – понимающе усмехается ФСБшник.

– Ага, по информации, полученной от Алины Карамзиной, обе девушки «встречались» с парнями из одной компании. Думается, они могли работать на Дуболомова.

– Ладно, – решается Акманов. – Идёмте, я дам вам копию контактов.

– Спасибо!

Я сияю почище новогодней ёлки, и даже пыхтение Власова чудным образом меня не раздражает. Надеюсь, в самые кратчайшие сроки нам удастся выйти на след Дани и Тёмы, узнать, какого чёрта им потребовалось снимать в роликах девочек из богатых семей и что именно произошло с Ликой Велегурской. А там уж я с чистой совестью выпну афериста Юджина из своей жизни прямо в руки федералов!..

10. Ангелина

Пока Власов устраивается за рулём, я занимаю пассажирское кресло и скидываю сапожки. Поджав под себя ноги, погружаюсь в записи, сделанные Алиной, и задумчиво протягиваю:

– В Москву надо ехать, Ярик. Парней из-под земли достать…