Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II (ЛП) - Жоу Жоубао Бучи - Страница 283

В ярко сияющих в лунном свете белоснежных одеждах Чу Ваньнин спокойно взирал на него со скучающим выражением лица:

— В разных обстоятельствах и положении люди могут мыслить по-разному. Сидящие на циновке в зале видят лишь кукол на сцене, но те, кто могут смотреть представление только из-за кулис, видят сидящих на корточках под столом обычных людей. Образцовый наставник Хуа, вы понимаете, что я хочу сказать?

— Прошу прощения, ваш покорный слуга — глупый человек, которому все нужно растолковывать, — все так же улыбаясь ответил Хуа Биньань.

— Мо Жань имеет свою точку зрения, — холодно продолжил Чу Ваньнин, — он один из моих учеников, поэтому, я надеюсь, впредь вы будете осторожнее в словах и не будете строить на ровном месте столь смелые предположения.

От такой поддержки и безоговорочного доверия у Мо Жаня сдавило горло.

— Учитель… — пробормотал он.

Хуа Биньань какое-то время смотрел на Чу Ваньнина, словно желая что-то сказать, но, в конце концов, все же промолчал и все с той же улыбкой на губах растворился в группе адептов Гуюэе.

За это время Цзян Си смог придать своему лицу обычное надменное выражение, но его дурное настроение никуда не делось:

— В любом случае сначала мы поднимемся на вершину, а уж потом вернемся к этому вопросу, — холодно постановил он.

Когда они достигли вершины горы, то нашли там только громадный барьерный массив с огромным количеством дыр, через которые непрерывно лился красный свет.

При виде этой формации сердце Мо Жаня тут же ухнуло вниз, а пальцы похолодели.

Это и правда было Формирование Единого сердца… Этот массив был необходим для лучшего совмещения пешек Чжэньлун с жуками-шихунь и позволял значительно облегчить управление созданным боевым порядком.

Глава Дворца Тасюэ, нахмурившись, окинула взглядом этот, похожий на тотемный столб, магический массив и спросила:

— Это же что-то вроде формации? Никогда такого не видела. Глава Сюэ, у вас больше опыта, может вы встречали что-то подобное?

Сюэ Чжэнъюн подошел поближе, чтобы лучше рассмотреть странное формирование, но в итоге лишь покачал головой:

— Нет, не встречал.

В темно-карих глазах Цзян Си появился мрачный блеск. Какое-то время он внимательно изучал похожие на сверкающие глаза дыры в массиве, и, наконец, вытянув руку, попытался ментально прощупать его. В конце концов, это был его долг, ведь он лучше большинства присутствующих разбирался в магии, связанной с магическими насекомыми и ядами. Закрыв глаза, он полностью погрузился в исследование духовного потока, но спустя приблизительно пять минут внезапно убрал руку и обернулся к Мо Жаню:

— У тебя есть еще какие-нибудь идеи?

Учитывая их более ранние дебаты, подобная реакция с его стороны была равносильна почти безоговорочному признанию правоты Мо Жаня!

— …Есть, — ответил Мо Жань.

— Говори, — сказал Цзян Си.

— Поскольку данная техника завязана на сцепке, отцовская особь под сценой, а мать и дитя на сцене, то сколько мы видели здесь людей с шашками Чжэньлун внутри, столько Сюй Шуанлинь сможет поднять трупов там, где ему это нужно, — Мо Жань сделал паузу, перед тем как перейти к главному, — вот только если здесь нам встретились трупы обычных людей, которые сами не могут даже курицу связать, то там, боюсь, мы столкнемся с сильнейшими, прославившимися еще при жизни, заклинателями.

Шокированный Сюэ Мэн не удержался и переспросил его:

— Выходит, именно поэтому Сюй Шуанлинь убил так много простых людей? Чтобы лучше контролировать трупы заклинателей?

— Боюсь, что так и есть.

— …

Сюэ Мэн обернулся, чтобы взглянуть на пройденный им путь от подножия до вершины, который был буквально усеян мертвыми телами, и в один миг вся кровь отхлынула у него от лица. Возможно, из-за этого отвратительного зрелища он почувствовал дурноту или в этот момент представил другое место, где им предстоит встретиться лицом к лицу с таким же количеством трупов сильнейших совершенствующихся, но, скорее всего, по совокупности этих причин, Сюэ Мэна немного повело в сторону.

Внезапно кто-то громко крикнул:

— Скорее, смотрите сюда! Здесь еще одно мертвое тело!

На голой вершине горы не было иных укрытий, кроме зарослей кустарника, в которых чей-то острый глаз разглядел кусок белых одежд.

Автору есть что сказать:

Ха-ха ~ Есть ли среди вас те, кто так и не смог понять принцип Формирования Единого сердца? Так, иди-ка сюда, я объясню еще раз на пальцах:

А — очень хорошо управляемый объект, Б — объект, манипулировать которым очень трудно. Поэтому тот, кто применяет эту технику, использует жука-шихунь, чтобы установить связь между объектами А и Б.

Главная роль жука-шихунь — подражание.

Манипулятор отдает приказ объекту А, и подчиненный через жука-шихунь объект Б копирует все действия объекта А.

Маленький спектакль:

«Какой аспект в глазах окружающих для вас наиболее важен?»

Цзян Си: — Поддержание лица главы.

Чу Ваньнин: — Поддержание лица образцового наставника.

Мо Жань: — Поддержание лица Учителя.

Хуа Биньань: — Поддержание лица божественного мастера.

Сюэ Мэн: — Поддержание лица молодого господина Пика Сышэн.

Сюй Шуанлинь: — Вы можете перестать думать только о сохранении своего лица, а? Тем более, что я даже не знаю, что такое это ваше «лицо»! Так, давайте быстрее уже организуйте доставку тумаков и еды мне прямо на дом. Я мечтаю хорошо поесть и умереть. Побыстрее бы уже отсняться в этой мелодраме, наконец, отмыть ноги от блевотины и послать вас всех нахуй с самой высокой пагоды, мать вашу[204.7]!

Глава 205. Учитель, надвигается страшное бедствие

Несколько человек подошли и вытащили тело из кустов. Этот труп буквально обгорел с головы до пят, но даже так с первого взгляда становилось ясно, что человек до последнего сражался за жизнь, барахтаясь в безбрежном огненном море. Лицо спеклось настолько, что черт было не разглядеть, и только судя по костяку и уцелевшей в огне сетке из серебряных нитей, можно было предположить, что при жизни это была женщина.

Чу Ваньнин закрыл глаза и провел рукой над трупом, после чего уверенно сказал:

— Нет следов присутствия камня Вэйци Чжэньлун.

Кто-то пробормотал:

— Не так уж это и странно. На этой горе Сюй Шуанлинь использовал такое огромное количество трупов для своих шашек Чжэньлун, что мог ведь кого-то и пропустить.

Немедленно нашелся тот, кто поспешил ему возразить:

— Думаете, если бы этот труп был пропущен, он бы остался вот так лежать в одиночестве на самой вершине?

Мо Жань тоже слонялся поблизости, то и дело поглядывая на этот женский труп. Как человек, который в прошлой жизни в совершенстве овладел Вэйци Чжэньлун, он знал некоторые слабые места и ограничения этой техники, поэтому у него уже были некоторые догадки относительно того, кем при жизни была эта женщина. Однако, чтобы что-то утверждать, ему требовалось найти доказательства своей теории и очень скоро ему это удалось.

Мо Жань снял с обгоревшей руки обугленную цепочку и, стерев темно-серый налет сажи, обнаружил под ним кроваво-красные духовные камни.

Вручив браслет Цзян Си, он назвал имя:

— Сун Цютун.

— Откуда ты… — начал было говорить Цзян Си, но замолк на полуслове, когда рассмотрел браслет, после чего спросил о другом, — тебе знакома эта цепочка?

— Это мой свадебный подарок, — кратко пояснил Мо Жань. — Сун Цютун — прямой потомок выходца из клана прекрасных костяных бабочек — Сун Синъи, который когда-то смог укротить злой дух Феникса. Именно поэтому Сун Цютун была использована как ключ для открытия свободного прохода в запретные земли горы Хуан.

— Сюй Шуанлинь убил Сун Цютун, чтобы использовать ее как ключ к барьеру горы Хуан? — переспросил кто-то.