Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II (ЛП) - Жоу Жоубао Бучи - Страница 57

Лицо Жун Цзю сияло. Пусть в прошлом из-за слабого тела его презирали и оскорбляли, сейчас он гнался за Чу Ваньнином и Мо Жанем с упорством голодного шакала, преследующего смертельно раненного зверя. От ощущения значительности собственного вклада в поимку этих двоих, он преисполнился гордости и самоуверенности, почувствовав себя бесстрашным мстителем и героем.

— Хватайте их!.. Схватите этого живого, что посмел нарушить границы Призрачного Царства!..

Он уже довольно долго бежал, когда вдруг почувствовал, как его схватили за руку. В гневе Жун Цзю обернулся и увидел того самого офицера, который его когда-то выбрал. Сердце тревожно екнуло, но он проигнорировал его и прикрикнул:

— Меня-то ты зачем хватаешь?! Сначала поймай вон тех двоих!

— Они нарушили закон и сбежали, но ты тоже сбежал без разрешения? – прищурясь, офицер уставился на него, и намерения у него были явно дурные.

Изумленный Жун Цзю ответил:

— Я сбежал только для того, чтобы схватить этих людей для Четвертого Призрачного Князя. Это я обнаружил живого человека… Я выяснил, что Мо Вэйюй не призрак! Вы не можете арестовать меня! Вы не можете вот так взять и отнять мои заслуги[118.11] перед Четвертым Князем!

Сначала призрачный стражник был даже изумлен его наглостью, но когда до него дошел смысл этого заявления, то он расхохотался:

— Ты первым его обнаружил? Заслуги? Ха-ха-ха, я отнимаю твои заслуги?

Насмеявшись всласть, он отпустил руку Жун Цзю:

— По-моему, ты не в себе, раз решил использовать эту историю как повод, чтобы выделиться! То, что этот человек жив, уже давно выяснил сам Четвертый Князь! Ты что, в самом деле решил, что ради такой мелкой сошки, как ты, наш князь накрыл магическим барьером всю территорию дворца? Ха, значит мы тут отнимаем у тебя заслуги? А может сам Четвертый Призрачный Князь отнимает твои заслуги?!

Испуганный Жун Цзю отступил, запнулся и упал на землю.

Мимо него огненным потоком текла огромная армия призраков, которые гнались за Мо Жанем и Чу Ваньнином. Губы Жун Цзю дрожали вместе со всем телом, зубы выбивали дробь. Он пробормотал:

— Уже давно обнаружили? Призрачный Князь уже давно… он сам обнаружил? Я… я не первый? Значит, не будет никакой награды? Я…

Треснули и рассыпались его стеклянные мечты о красивой жизни в богатстве и почете, и сапоги призрачных солдат втоптали осколки в грязь.

Жун Цзю сбросил оцепенение и вдруг, словно обезумев, вскочил на ноги и вырвавшись, бросился бежать. Пусть у него всегда было слабое тело, но он не желал примириться с судьбой. В погоне за мечтой был готов словно мотылек броситься в огонь свечи.

Его жизнь никогда не была легкой. Все, что он в ней видел — узкая кровать и его «любимые клиенты», обычно респектабельные мужчины лет за тридцать. Маленькая комнатка, в которую никогда не заглядывало солнце, курильница с благовониями, в дыму которой и не отличить день от ночи, и так всю жизнь.

Он был обречен жить в ночи, но мечтал когда-нибудь увидеть рассвет. Ради того, чтобы иметь шанс дожить до завтра, Жун Цзю был готов отказаться от своего достоинства, тела, лица, человечности и совести. За этот маленький лучик надежды он был готов отдать все… ведь это единственное, что у него в итоге осталось.

И теперь, чтобы сохранить этот луч надежды, ему осталось только добровольно броситься в огонь.

— Подождите! Подождите меня! Господин бессмертный Чу, спасите меня!..

— Держите его! Ловите беглеца! На допрос его к Четвертому Князю!

— Я не… хочу! – бледные пальцы Жун Цзю царапали землю, когда-то красиво уложенные волосы растрепались, женственно изящное лицо в холодном свете луны выглядело по-настоящему жутко. Выпучив глаза, он громко вопил:

— Не хочу! Бессмертный Чу, спасите меня! – через пару секунд этот крик отчаяния перешел в истерику. — Я нашел их первым! Я первым обнаружил живого человека! Это был я! Вы не можете так поступить со мной! Если бы не я, вы бы никогда не нашли их! Вы все хотите воспользоваться мной, хотите лишить меня моих заслуг!

Его подхватили под руки и потащили прочь, и постепенно безумный вой потерялся в топоте тысяч сапог.

Автору есть, что сказать:

в ближайшем будущем мы покинем Призрачный мир.

Что касается судьбы Жун Цзю — это история с открытым концом. Этот парень с самого начала был в отчаянном положении, и рядом не было никого, кто мог бы указать ему путь, так что у него просто не было шанса стать хорошим человеком, поэтому он и пришел к такому концу. Жун Цзю, твоя старшая сестра переживает за тебя. Пусть ты схвачен этими демонами, у тебя все еще есть шанс обаять Четвертого Призрачного Князя. 23333 [ха-ха-ха].

Как насчет маленького представления на эту тему?

Рядовой солдат Призрачного войска:

— Великий князь, мы поймали перебежчика! Он донес на своих подельников!

Четвертый Призрачный Князь: — Ик-ик-ик! — смачно отрыгивает, начинает «сидя на корточках» засовывать в себя рис, сало и пибимпап, запивая соевым соусом, иными словами, принимать вкусную и здоровую пищу! [навылет]

Рядовой солдат Призрачного войска:

— Великий князь, прервите трапезу, еще только полнолун…

Четвертый Призрачный Князь: — Ик! — в приступе гнева бросает в него тарелку. — Кто полный?! Этот князь просто очень внушительный! Могущественный! Понял!?

Жун Цзю: «Я не хочу терять свою душу, хочу взлететь по карьерной лестнице и разбогатеть, так что…»

— Если вы хотите знать мое мнение, великий князь, вам не кажется, что вы все же недостаточно внушительны и могущественны? Разве вес вашего таланта и добродетели поспевает за вашим телесным воплощением? Если вы хотите обрести истинную мощь, разве не должны ваша рука быть толщиной с ногу, а нога в обхват талии? Так что, почему бы вам не есть побольше?

Системное напоминание игроку Жун Цзю:

[Найдите способ при помощи лести развести зажравшегося Четвертого Призрачного Князя на большой заказ[118.12]].

Глава 119. Четыре души Учителя собираются вместе

Хотя Чу Ваньнин не слышал, что именно кричал им в спину Жун Цзю, однако после случившегося и так все было ясно. До него быстро дошло, что на складе Жун Цзю специально спровоцировал его, чтобы он сорвался на Мо Жаня, предоставив ему шанс улизнуть и донести на них.

А ведь обычно, сталкиваясь с проблемами, он трижды подумал бы[119.1], прежде чем что-то предпринять. Но, когда дело касалось Мо Жаня, весь его хваленый самоконтроль и способность мыслить здраво улетучивались, и было достаточно пары слов[119.2], чтобы обмануть его. От этой мысли Чу Ваньнин испытал острый приступ удушья.

Он взглянул на Мо Жаня, который бежал совсем рядом, чуть впереди него и, не удержавшись, спросил:

— Ты после... после того случая бывал в том Тереме Бессмертного Персика?

Услышав полузабытое название, Мо Жань даже споткнулся.

— Жун Цзю, этот скот! — выругался он. — Это он сказал вам, что я ходил в Терем Бессмертного Персика?! Как я мог снова туда пойти?! Учитель, вы из-за этого злились и обвиняли меня в обмане?!

— …

— После Платформы Шаньэ я никогда не бывал там… в том месте. Я не обманывал Учителя. Если не верите, то можете связать меня Цзяньгуем и допросить.

— … Это ни к чему.

Чу Ваньнин опустил глаза и посмотрел на Цзяньгуй, который все еще сжимал в руке. И тут он понял, что даже не вливая духовные силы, он смог им воспользоваться, чтобы до мяса рассечь кожу[119.3] Мо Жаня… И правда…

Погоди-ка, божественное оружие?!

Огненное сияние Цзяньгуя освещало его лицо, отражаясь в глазах. Чу Ваньнин молча уставился на казавшееся особенно ярким в сумерках божественное оружие Мо Жаня, и почувствовал, как в сердце его поднимается девятый вал[119.4]. Он попытался направить энергию Цзяньгуя в свою ладонь и тут же ощутил колоссальную неукротимую мощь, устремившуюся от лозы в его тело.