Беглянка для наследника (СИ) - Мариенко Дарья - Страница 33

Правда, мой взгляд то и дело, косился в сторону кажущейся близкой и такой желанной свободы, ведь и людей мы на дороге почти не встречали, но поглядывать в сторону я перестала, как только Булакарамэ резко остановил меня и отбросил змею, оказавшуюся прямо под ногами. Она практически слилась с землёй, и я бы с лёгкостью на неё наступила и получила укус, если бы не островитянин. После этого происшествия мой пыл заметно поугас и пришлось смирится с тем, что Булакарамэ меня не просто пугает, одна я действительно не выживу. Насколько же жизнь рабыни окажется лучше смерти, было ещё не известно. Но пока ты живешь, есть хотя бы шанс, у мёртвых нет и этого.

Под такие нерадостные мысли я шла уже три часа. Ноги оказались сбиты в кровь. О нормальной обуви для рабыни никто не позаботился, а тонкие, полностью открытие сандалии, не спасали ступни, от мелких камней, и острой, как бритва, травы, изредка попадающейся на пути. От солнца помогала тень от деревьев, но влажность была такой высокой, что одежду можно было выжимать, а во рту поселилась пустыня. Я очень хотела пить, очень, но… воды мне никто не дал. После моей просьбе, островитянин проворчал, что пить я буду только по прибытию на место и больше не разговаривал. Умолять же мне не позволяли остатки гордости, которая все ещё жила во мне, несмотря ни на что.

Ещё через час, я ждала прихода в племя ни как наказание, а как награду. Жажда сильнейший мотиватор пересмотреть свои убеждения. Почти четыре часа в изнуряющей жаре, без воды, под писк насекомых и еле идущих ног, от мелких травм и порезов, превратились для меня в бесконечность. Но вот, наконец, из-за растительности показались первые лачуги. Точнее, я ожидала, что это будут лачуги, но нет, скорее жилища напоминали, маленькие, сделанные из глины, но все же дома. И их было много. Такие домики образовывали небольшие улочки, и я поняла, что племя действительно большое и богатое.

К нам на встречу выбежала ребятня, с громким гомоном тыкая в мою сторону пальцем и кричащая на непонятном языке. Булакарамэ что-то недовольно сказал им, и ребятня притихла, но не отстала. Почти все мальчики были одеты в замысловатые штанишки, но без рубашки, а девочки в нечто, напоминающее платье, только самого простого кроя, без рукавов и длиною до колена. Женщины тоже вышли из своих домов и с интересом разглядывали меня. Откровенной враждебности в их взглядах я не видела, впрочем, как и жалости. Думаю, примерно так же бы смотрели, приведи Булакарамэ новую корову в племя. Интересно, но не более того. И тут, подумаешь, ведут рабыню вождю, делов то…

Мы прошли по одной из маленьких узких улочек к единственному дому с дополнительными пристройками и выкрашенному в белый цвет.

— Дом вождя, — подтвердил мои догадки островитянин.

Глава 21

21.1

Я считала, что за прошедший день устала так сильно, что сил на эмоции уже просто не осталось. Но стоило оказаться перед домом вождя, как сердце снова истошно затрепыхалось.

К моему облегчению Булакарамэ повёл меня не к центральному входу, а к одной из пристроек.

— Ты всего лишь рабыня, входить через главные двери, права не имеешь. И тебя надо привести в порядок, прежде чем показывать вождю, — пояснил островитянин. Я же радовалась очередной отсрочки. К слову, дверей как таковых в домах и не было. Их заменяли сплетенные между собой толстые прутья, которые покрывала плотная ткань. На чем держалась эта конструкция, в проёме, я не рассмотрела.

Это не имело никакого значения в данный момент, но мозг упорно цеплялся за этот нюанс, и думал, как же они, демон побери, держатся… со мной иногда такое бывало, так психика спасалась от срыва, заставляя переключать внимание на что-то несущественное.

Как только меня завели в пристройку, на встречу выплыла женщина островитянка, среднего возраста и необъятных размеров. Ее лицо носило отпечаток вечного недовольства, но стало куда более подобострастным стоило ей увидеть Булакарамэ.

Они общались между собой на местном языке, который я не понимала. Женщина кидала на меня во время общения с островитянином неприязненные взгляды и снова возвращала внимание собеседнику. Моя интуиция подсказывала, что с этой женщиной надо быть острожной. Я ей не нравлюсь, и она занимает какое-то определенное место в иерархии племени, ведь живёт в доме вождя. Возможно, не очень высокое, раз так расшаркивается перед племянником, но явно выше меня. Хотя… тут все статусом выше рабыни.

Украдкой осмотрелась, куда меня привели. Эта пристройка была жилой. Мы стояли в небольшой прихожей, а чуть позади виднелись проёмы в комнаты. Дверей, даже таких примитивных которые я уже видела, внутри не предусматривалось. Я не ошиблась, дома действительно были из глины, особенно это стало заметно изнутри. Глина была с какой-то примесью, но с какой, я понять не могла. Свет давали небольшие окна расположенные гораздо выше, чем я привыкла и круглой формы. Мебель тоже присутствовала, большая часть была привычного вида и куплена скорее всего в том портовом городе из которого мы с Булакарамэ пришли. Правда взгляд зацепился и за несколько предметов, предназначение которых было не известно мне.

Ощущение нереальности вновь затопило. Я уже оказывалась одна в сложной ситуации, когда, после побега, очутилась в Ангере, но там был знакомый, хоть и опасный мир. Здесь же я была в чужой реальности. И моё место в этой реальности ужасало.

— Это Кэржтина, — обратился ко мне островитянин, — она обеспечивает вождя ежедневными бытовыми нуждами. Ты должна ее слушаться беспрекословно. Кэржтина не знает общий язык, так что придётся постараться. Я дал ей указание привести тебя в порядок, напоить, накормить, и показать место где будешь жить. Если вождь решит не оставлять тебя в своей спальне. Он сейчас в соседнем племени. Завтра будет дома, и я тебя подарю.

Глава 21 21.1

Я считала, что за прошедший день устала так сильно, что сил на эмоции уже просто не осталось. Но стоило оказаться перед домом вождя, как сердце снова истошно затрепыхалось.

К моему облегчению Булакарамэ повёл меня не к центральному входу, а к одной из пристроек.

— Ты всего лишь рабыня, входить через главные двери, права не имеешь. И тебя надо привести в порядок, прежде чем показывать вождю, — пояснил островитянин. Я же радовалась очередной отсрочки. К слову, дверей как таковых в домах и не было. Их заменяли сплетенные между собой толстые прутья, которые покрывала плотная ткань. На чем держалась эта конструкция, в проёме, я не рассмотрела.

Это не имело никакого значения в данный момент, но мозг упорно цеплялся за этот нюанс, и думал, как же они, демон побери, держатся… со мной иногда такое бывало, так психика спасалась от срыва, заставляя переключать внимание на что-то несущественное.

Как только меня завели в пристройку, на встречу выплыла женщина островитянка, среднего возраста и необъятных размеров. Ее лицо носило отпечаток вечного недовольства, но стало куда более подобострастным стоило ей увидеть Булакарамэ.

Они общались между собой на местном языке, который я не понимала. Женщина кидала на меня во время общения с островитянином неприязненные взгляды и снова возвращала внимание собеседнику. Моя интуиция подсказывала, что с этой женщиной надо быть острожной. Я ей не нравлюсь, и она занимает какое-то определенное место в иерархии племени, ведь живёт в доме вождя. Возможно, не очень высокое, раз так расшаркивается перед племянником, но явно выше меня. Хотя… тут все статусом выше рабыни.

Украдкой осмотрелась, куда меня привели. Эта пристройка была жилой. Мы стояли в небольшой прихожей, а чуть позади виднелись проёмы в комнаты. Дверей, даже таких примитивных которые я уже видела, внутри не предусматривалось. Я не ошиблась, дома действительно были из глины, особенно это стало заметно изнутри. Глина была с какой-то примесью, но с какой, я понять не могла. Свет давали небольшие окна расположенные гораздо выше, чем я привыкла и круглой формы. Мебель тоже присутствовала, большая часть была привычного вида и куплена скорее всего в том портовом городе из которого мы с Булакарамэ пришли. Правда взгляд зацепился и за несколько предметов, предназначение которых было не известно мне.