Пепел и снег - Санчес Сильвана Дж. - Страница 55

– Снежка! – крикнул Эш. Его голос звучал глухо, словно издалека. А затем последовал удар металла, эхом разнесшийся по залу.

Чудовище не сводило с меня глаз, и я не могла пошевелиться. Магия этого взгляда прочно удерживала меня в своих тисках. Слезы наполнили глаза, когда я вдруг все поняла, и эта догадка была подобно удару кинжала в сердце. Она убила мою мать. Эти слова непрестанно крутились у меня в голове. Галхоэ убила мою мать!

Рычание дракона стало еще громче, страшнее и злобнее. Однако я не чувствовала страха – я замерла в оцепенении. И когда яростное пламя пронеслось по горлу чудовища и наполнило его ноздри, этот яркий свет показался мне желанным и теплым – это была моя дверь в загробный мир. Совсем скоро я снова встречусь с родителями. Мне так этого хотелось…

– Снежка! В сторону!

В ту же секунду передо мной возник Эштон со щитом фей в руках. Быстрым движением он отразил сноп пламени, который ударил в древний металл. Мимо нас промчался обжигающий ветер, а тронный зал наполнился ярким янтарным светом неумолимого пламени. Искры и пепел посыпались на пол с блестящего щита. Свет был настолько ярким, что я закрыла глаза и отвернулась, моля богов о скорейшем прекращении этой огненной бури. Казалось, что она не закончится никогда.

Наконец пламя погасло, и волна холодного воздуха наполнила зал. Сердце глухо стучало как будто у самого горла. Я открыла глаза. Пепел и снег смешались в воздухе, и среди дыма на землю падали мутные капли.

Кружевные снежинки облепили мне ресницы. Я моргнула. Передо мной на земле распластался Эш. Его оплавившийся щит лежал в стороне. От ужаса кровь застыла у меня в жилах.

Я вскрикнула и устремилась к нему, забыв обо всем на свете. Паника охватила меня, когда я обняла Эша. Он был без сознания.

– Эш! – с трудом выговорила я, задыхаясь, мне казалось, что моя душа летит в бездонную тьму. – Эш, пожалуйста! – Я гладила его по волевому подбородку, отчаянно желая, чтобы он все-таки открыл глаза.

Секунды тянулись мучительно долго. Наконец я осознала ужасную правду, и слезы хлынули у меня из глаз.

– Пожалуйста! – закричала я от горя. – Пожалуйста, не оставляй меня! – Я уткнулась лицом ему в грудь и разрыдалась. Мое сердце разбилось навсегда.

Но на слезы не было времени: пол подо мной задрожал, словно от сильного землетрясения. Я тут же подняла взгляд на ужасное огнедышащее чудовище, едва умещавшееся в зале. Дракон перевел взгляд с меня на полуразрушенную стену, а в воздухе раздался воинственный клич. Стены дрожали не из-за дракона, а от ударов стенобитного тарана внизу. Воины Багровой армии смогли сломать двери и ворваться в замок… А значит, всякая надежда была потеряна.

У меня не было королевства. Не было армии. Только немногочисленные соратники, численность которых уменьшалась с каждой минутой. На руках у меня лежала моя главная потеря в этом восстании, а корона казалась теперь чем-то туманным и недостижимым.

– Она – дракон, – прошептала я. – Как я смогу убить дракона?

Из груди огнедышащего чудовища снова донеслось рычание. Дракон повернул ко мне голову, его глаза опять запылали яростью и злобой.

Я заглянула в эти ужасные глаза, а потом увидела, как шея дракона засветилась, предвещая мою скорую гибель.

Глава тридцать девятая

– Если все пропало, то мне уже нечего терять… – в задумчивости произнесла я, положила ладонь на рукоятку меча и медленно поднялась на ноги.

Я направилась к помосту, крепко сжимая меч, и в этот жест я вложила весь свой гнев и отчаяние, переполнявшие меня в тот момент.

Дракон наклонил голову набок и с любопытством наблюдал за мной, словно пытаясь понять, что у меня на уме. Когда я остановилась перед ним, чудовище молниеносно щелкнуло челюстями, словно собиралось проглотить меня целиком. Но я успела уклониться от атаки и ударить его мечом по морде. Лезвие разрезало ноздрю зверя, не причинив ему особого вреда, однако заставило отпрянуть в сторону.

Неожиданно у меня возникла глупая мысль по поводу королевы Розлин. Сохраняла ли она свое сознание в облике дракона, особенно теперь, когда проклятие должно было окончательно сбыться и ей навсегда предстояло остаться чудовищем? С кем я сейчас сражалась: с ней или с огнедышащей тварью, завладевшей ее душой? И какой смысл был теперь в этой битве, когда бесчисленная армия восставших из могил солдат уже взбиралась по винтовой лестнице башни, оглашая ее своды своим тяжелым топотом?

– Я умру, сражаясь! – заявила я, собрав все свое мужество. Больше мне ничего не оставалось.

Топот на лестнице стих. Краем глаза я увидела, как в зал вошли солдаты Багровой армии и выстроились вдоль стен.

– Розлин – ты это или нет, – проговорила я, приближаясь к дракону, – но ты меня запомнишь.

Вопль разорвал тишину, и чудовище снова устремилось ко мне. На этот раз я была готова, и едва дракон открыл свою ужасную пасть, я нанесла точный удар. Лезвие меча разрезало надвое алый язык чудовища. Из глотки дракона вырвался хриплый визг. Он яростно мотнул головой и сшиб массивную люстру, которая упала на пол.

Я заслонила глаза рукой от облака пыли и пепла, ударившего мне в лицо. Когда же пыль осела, я, кашляя и хватая ртом воздух, стряхнула кровь с меча. Каждый вдох обжигал мне легкие. Боль безжалостной волной разливалась по всему телу и без того утомленному тяжелым сражением.

Зверь бросился на меня еще яростнее, чем прежде. Его пасть раскрылась, в горле возник новый огненный шар. Меч выскользнул из моих дрожащих рук и, упав на пол, зазвенел. Я судорожно вздохнула. Вот и наступил тот самый момент. В моей истории не будет счастливого конца. И все равно у меня не осталось никаких сожалений. Мой путь привел меня к жесточайшему поражению. Но само путешествие было прекраснее любой победы. Я любила, узнала, что такое настоящая дружба, и все это я готова была забрать с собой.

Я закрыла глаза, готовясь принять последний удар.

Когда горячее дыхание дракона коснулось моего лица, я подумала об Эше, о моих родителях. Я молилась о том, чтобы встретиться с ними, и вдруг почувствовала, как кто-то взял меня за руку.

Вздрогнув, я открыла глаза и встретилась взглядом с холодными синими глазами, смотревшими на меня с бесконечной добротой. На его губах появилась едва заметная улыбка.

– Леандр… – я тоже слабо улыбнулась в ответ, радуясь, что он здесь, рядом со мной. Леандр оказался не предателем, а самым верным другом.

Но когда маг повернул голову в сторону дракона, улыбка исчезла с его лица.

– Пришло время все исправить, – тихо произнес он. – Давным-давно я причинил тебе боль. – Леандр мрачно кивнул. – Галхоэ, я прошу тебя, прости меня.

Свет залил наши лица, раскрытая пасть дракона наполнилась горячим пламенем.

Нахмурив брови, я уставилась на него и в недоумении произнесла:

– Леандр?

Он искоса посмотрел на меня, его взгляд был спокойным и уверенным.

– Беги! – крикнул он, отталкивая меня одним сильным движением.

Я не удержалась на ногах, упала на пол и откатилась на несколько футов от них. Когда я снова взглянула на Леандра, из пасти дракона вырвался огненный шторм и обрушился на мага. Беспощадное пламя мгновенно заключило его в свои смертоносные объятия.

Мое сердце раскололось на тысячу осколков.

– Не-е-е-е-е-е-е-т! – в отчаянии закричала я, сжимая кулаки, лежа на пульсирующей земле. Я попыталась встать, но башня дрожала так, что мне это не удалось.

Когда же огонь погас, по залу разнесся пронзительный крик. Этот ужасный звук издавал дракон, забившийся в угол и рыдавший от отчаяния.

Слезы лились по моим щекам, с трудом, но я все же встала на колени. На моих глазах клубы черного дыма окружили чудовище, которое теперь ползло к распростертому на полу телу мага. Черный дым становился все гуще, пока полностью не заслонил от меня дракона.