"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Брай Марьяна - Страница 645

Та сразу тушуется, а я поясняю:

— Да если бы он был фальшивомонетчиком, он бы вам такие купюры подсунул, что вы бы их сами никогда от подлинных не отличили. Разве не так?

В толпе раздается смех. Агрессивность окружающих быстро затухает. Я пользуюсь этим моментом, беру мужчину под локоть и строго говорю:

— Пройдемте.

Толпа расступается, и мы выходим из магазина. Мужчина идет за мной безропотно, даже охотно. Он явно рад оказаться подальше от агрессивной толпы и злобной продавщицы, бросившей ему такое страшное обвинение. Постепенно он приходит в себя, и я отпускаю его локоть. Он останавливается и спрашивает:

— Куда вы меня ведете?

— Здесь, недалеко.

— В отделение?

— Нет. Нам туда ни к чему. Впрочем, мы уже пришли. Я приглашаю его в небольшое кафе, расположенное в полуподвале рядом с продовольственным магазином. В этот час в нем почти никого нет. Только за одним столиком сидят за стаканчиками с водкой и немудреной закуской двое мужчин неопределенного возраста. Это кафе понравилось мне тем, что в нем, в отличие от многих других заведений, пиво наливают в классические стеклянные кружки, а не в пластиковые одноразовые стаканы. Я беру две кружки пива и два пакетика соленой соломки из кальмара, и мы усаживаемся за столик в углу.

— Ну, рассказывайте, — предлагаю я.

— А почему я вам должен что-либо рассказывать? — спрашивает мужчина настороженно.

— Ну, хотя бы потому, что я помог вам выбраться без особых осложнений из весьма неприятной ситуации. И я имею право знать, кому я помог. И потом — меня не покидает ощущение, что с вами произошло нечто необычайное, странное и необъяснимое, я бы сказал. Вполне возможно, что я могу вам в этой ситуации или помочь, или, по крайней мере, разъяснить ее для вас.

— А кто вы такой? Сотрудник этой, как ее, налоговой полиции?

— Нет. Я так назвался, чтобы остудить пыл продавщицы. Они только налоговых органов и боятся. А кто я на самом деле? Хм! Как бы вам это объяснить, чтобы вы поняли? Ладно, оставим это, пока. Скажем так: относительно недавно я был капитаном ВВС, летчиком-истребителем. Фамилия моя Коршунов, зовут Андрей Николаевич. Судя по выправке и манере держаться, вы тоже военный. Так?

— Угадали. Я — танкист, командир батальона. Майор Демидов, Петр Иванович.

— Что ж, будем считать, познакомились. Расскажите мне, Петр Иванович, что с вами произошло. Почему вы вдруг оказались в этом магазине, где пытались расплатиться деньгами, вышедшими из обращения?

— Я и сам ничего не могу понять. Только вчера эти деньги принимали, а сегодня уже нет. Кстати, а какие деньги я должен был предложить?

Я достаю из кармана несколько монет и две купюры. Демидов с изумлением разглядывает двуглавых орлов на монетах и рисунки купюр и недоуменно пожимает плечами. А я продолжаю:

— Вы говорили, что еще вчера расплачивались советскими банкнотами. Значит, между вчерашним днем и сегодняшним что-то произошло. Расскажите мне все, и я постараюсь найти этому объяснение.

— Да я даже не знаю, о чем говорить, с чего начать. Это все так странно.

— Начните сначала. Как вы оказались здесь? Что и когда делали? А я буду задавать вам уточняющие вопросы. Постарайтесь не упускать мелочей. Ну?

— Хорошо, — Демидов задумывается на пару минут, отхлебывает пиво, еще раз пожимает плечами и начинает: — Живу здесь я давно. Неделю назад мы вернулись с больших учений, и я ушел в отпуск. Мы с Верой, это моя жена, сделали в квартире ремонт и собирались завтра уехать на три недели, сначала к ее родителям, потом к моим. Ничего особенного не происходило до сегодняшнего утра.

— А что произошло сегодня утром? Я имею в виду, что особенное произошло?

— А вот это и произошло, что вы видели.

— Так вот сразу и произошло? Вы проснулись утром и увидели себя в этом магазине? Или этому что-то предшествовало?

— Я вас не понимаю.

— Хорошо. Опишите сегодняшний день по порядку. С того момента, как вы проснулись.

— Ну, проснулся как обычно, в шесть часов. Сделал пробежку, принял душ, позавтракал. Когда завтракал, слушал новости по радио…

— Ничего вам в этих новостях странным не показалось?

— Нет. Все как обычно, ничего экстренного. Потом стали с сыном вещи в дорогу собирать. Затем сын попросил включить телевизор, какая-то детская передача должна была начаться…

— Подробнее.

— Что именно?

— Что за передача?

— Не знаю. Он эту передачу уже полгода смотрит. Там какой-то детский конкурс проводят. Так он всегда меня от телевизора гонит, чтобы я ему ответы на вопросы не подсказывал.

— А может быть, что-то другое заметили? Ну, к примеру, передача была другая? Ведущий сменился?

— Нет. Все было как обычно. Да я и не присматривался, меня Вера в магазин спровадила, продукты в дорогу купить. Вот тут все и началось.

— Что именно?

— Ну, прежде всего, магазин, куда мы обычно ходим, стал какой-то не такой. Я еще подумал, когда они успели все так изменить? Потом товаров стало больше, я некоторые из них и не видел никогда.

— А цены вас не смутили?

— Честно говоря, я на них и внимания не обратил. Только когда продавщица сумму назвала, мне показалось, что она или шутит так, или обсчиталась раз эдак в пятьдесят. Я просто достал деньги, и тут начался скандал.

— Так. А вы далеко от этого магазина живете?

— Нет. В соседнем доме.

— Понятно. Значит, пока шли, могли никаких перемен и не заметить. А когда выходили из дома, ничего необычного не заметили?

— А что я должен был такого заметить?

— Ну, к примеру, какую-нибудь дымку необычную. Или свечение. Ничего такого не было?

— Свечение, говорите? — Демидов задумывается. — Свечения не было, а вот освещение в подъезде, на первом этаже было какое-то необычное. Я еще подумал, где это они такую лампочку нашли?

— А какого оно было цвета? Желтое, розовое?

— Нет. Не желтое и не розовое. Скорее лиловое.

— А не сиреневое?

— Точно! Сиреневое. А вы откуда про это узнали? И что это означает? Что с этим освещением связано?

Ну, как ему это объяснить? Он и так выбит из колеи, а я ему сейчас про межфазовые переходы буду мозги кочкать.

Да он подумает, что либо я чокнутый, либо у него крыша поехала. Я сразу предположил, что он, как и Наташа в свое время, угодил в переход. Сейчас же я убежден в этом бесповоротно. Вопрос только в том: угодил он в этот переход один или с кем-то за компанию? И второе, нет ли там поблизости обратного перехода?

— Петр Иванович, вы можете назвать свой адрес?

— Улица Блюхера, дом шестнадцать, квартира тридцать два. А в чем дело?

— Понимаете, положение, в котором вы оказались, весьма сложное. Мне надо сходить туда и выяснить на месте, смогу ли я вам помочь.

— Так пойдемте вместе.

— Лучше я пойду один. Я вам возьму еще кружечку пивка, и вы подождете меня здесь. Да, на всякий случай, как зовут вашу половину?

— Вера Павловна.

— И еще вопрос. Это сиреневое освещение было только на площадке первого этажа или еще где-то?

— Я бы сказал, что оно скорее было на лестнице при выходе из подъезда.

— Понятно. Вот вам пиво и ждите меня. Я вернусь минут через десять, пятнадцать.

Как я и ожидал, никакого свечения в подъезде уже нет. Значит, обратный переход в этом месте исключен. Тем не менее я решаю расставить все точки над i, и поднимаюсь на третий этаж. Дверь открывает пожилая женщина. Сразу выясняется, что майор Демидов здесь не проживает. Точнее, он проживал здесь лет пятнадцать назад, до того времени как погиб в Афганистане. Его жена, Вера Павловна, продала эту квартиру ее нынешним владельцам и уехала к родителям. Все понятно.

Демидов ждет меня в кафе с плохо скрываемым нетерпением. Увидев меня, он вскакивает.

— Ну? Что вы там выяснили?

— Выяснил все, что нужно.

— И вы можете объяснить мне, что произошло?

— Могу. Только не здесь. Нам придется пройти к моим товарищам. Это тоже недалеко. Не скрою, Петр Иванович, положение, в котором вы оказались, мягко говоря, гуановое. Чтобы в нем разобраться и попробовать вам помочь, если такая возможность еще существует, мне надо посоветоваться с друзьями. Так что, пойдемте.