"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Брай Марьяна - Страница 660

Оборачиваюсь и вижу в десяти шагах Дмитрия с пистолетом в руке. Он бледен, руки и губы дрожат, ствол пистолета гуляет по всем направлениям. Понятно, как-никак, а с первого раза такое на многих действует не лучшим образом.

— Ты почему здесь? Я тебе что приказал?

— Да ну его, к лешему, этот лес! Когда ничего не видно, еще страшней. Я решил поближе к вам держаться. И, оказалось, не зря.

— Помог, и спасибо. Молодец! Только, — я двумя пальцами мягко отвожу в сторону дрожащий ствол пистолета, направленный прямо мне в живот, — только не надо направлять на своих оружие, особенно взведенное. Оно иногда стреляет, как ты только что видел. Кстати, а как это ты его так быстро освоил?

— Техника нехитрая, комп сложнее.

А в лесу уже тихо. Только гомонят перепуганные стрельбой птицы. Все кончено. Мы выходим на дорогу. Машины преследователей основательно изрешечены пулями. Замыкающая «десятка» разворочена взрывом и тихо чадит. Сергей не промахнулся. Везде валяются трупы. И в машинах, и рядом с ними. Вдоль дороги идут Петр с Анатолием и добивают раненых.

— Наше дело правое, мы победили, — говорю я. — Похоронами заниматься не будем. Много чести, да и некогда нам. Все по машинам! Едем дальше.

Выбираемся на шоссе и берем курс на Турчаново. Тут мне приходит в голову мысль, что я почти один к одному повторил маневр Матвея Кривоноса в операции, о которой нам рассказывала Кора. Что ж, все мы хроноагенты и мыслим немного одинаково; в смысле, правильно. Не доезжая до райцентра, вижу указатель «Грибовка — 30 км». Дорога на Грибовку еще лучше, чем шоссе. Сразу видно, хозяева аэродрома вложили сюда немалые денежки.

Аэродром тоже производит хорошее впечатление. Я ожидал увидеть грунтовую полосу, а перед моим взором предстает добротная бетонка. Ангары, диспетчерский пункт, стоянки; все сделано на совесть, по высшему классу. Вдали маячат ажурные антенны станций привода. Сюда вполне можно принять трансконтинентальный лайнер. Вот что значит частная собственность. На поле и возле построек никого не видно. Но должен же кто-то здесь быть. Подъезжаем к диспетчерскому пункту. Нам навстречу выходит знакомый мне летчик, который предлагал мне здесь работу.

— Здорово, Николаич! — приветствует он меня. — Я смотрю, ты к Герасимову нанялся.

— Считай, что так. Где его машины?

— Две в ангаре, а одна всегда в дежурном режиме. Вон стоит.

Он показывает на изящную, десятиместную «Сесну». Я прикидываю ее характеристики. Годится.

— А ты один сможешь нас выпустить? Где все остальные?

— А они в Грибовку на шабашку поехали. А что здесь делать? Машина готова. Только эшелон получить, да маршрут вам задать, чтобы вы куда-нибудь в запретку не вмазались.

— Ну, тогда ты этим и займись. Толя, укажи Филиппу Ивановичу пункт назначения. А я пока пойду проверю машину. Кстати, Иваныч, дай-ка ключи.

— А твои где?

— Были бы, у тебя бы не спрашивал.

Радушие на лице Филиппа Ивановича сменяется подозрением.

— А полетный лист у тебя есть? А другие документы?

— Вон мои документы. Видишь?

Я показываю на свою, вооруженную до зубов команду. Филипп Иванович еще раз меняется в лице. Сейчас он бледный и растерянный.

— Ну, Николаич, на скользкую дорожку ты встал. Никак не думал, что ты с бандитами свяжешься, да еще и самолеты угонять станешь. Это же статья. Да еще какая!

— Не переживай. Это будет моя головная боль. Давай ключи и делай нам маршрут.

— А нет у меня ключей.

— Это ты будешь рассказывать кому другому, только не мне. Не может машина оставаться на стоянке без второго комплекта ключей. Они у тебя в КДП, где-нибудь в сейфе. Пошли, и без дураков.

Мы проходим в КДП, где Филипп Иванович, вздохнув, Отдает мне ключи от «Сесны». Я оставляю его с Анатолием и ухожу к машине. Анатолию я тихо говорю, чтобы он указал точку на сто пятьдесят километров южнее или севернее нужной.

Снимаю струбцины с рулей, открываю входной люк и прохожу в кабину пилотов. Включив питание, проверяю показания приборов. Заправка полная. Отлично! Выглядываю в форточку и кричу своим:

— Грузитесь!

Машины подъезжают к «Сесне», и через несколько минут весь наш багаж уже находится на борту.

— Устраивайтесь, а мы с Леной сходим, побеседуем с Филиппом Ивановичем. Надо будет, Ленок, полностью отрубить ему память. Чтобы он тревогу не поднял раньше времени.

Филипп Иванович с угрюмым видом протягивает мне полетную карту. Ломаная линия проложена в обход запретных зон. Все в порядке, можно лететь.

— Спасибо, Филипп Иванович. А насчет самолета ты не беспокойся. Вряд ли Герасимов будет предъявлять тебе претензии. У него сейчас будут совсем другие заботы, на порядок круче, и надолго. Прощай, больше не увидимся. Тут Лена с тобой сейчас побеседует, а мы пошли.

Филипп Иванович с трепетом смотрит на мою подругу. Вид у нее, прямо скажем, не столько внушительный, сколько экзотический. Брючный костюм из голубой кожи, туфли на шпильках, и при этом на плече висит автомат Калашникова, а из-за пояса торчит пистолет.

Выходя, замечаю, как Лена одной рукой берет Филиппа Ивановича за левое запястье, а другую кладет ему на затылок и внимательно всматривается в глаза. Филипп Иванович покорно сидит в кресле. Анатолий беспокоится:

— Память-то ему Лена вырубит. Но ведь он делал запросы по маршруту. Его восстановят.

— Во-первых, неизвестно, когда его начнут восстанавливать. Он же сам так и не хватится, что «Сесна» Герасимова исчезла со стоянки. А сам Герасимов здесь долго еще не появится. А во-вторых, я же не случайно сказал, чтобы ты задал пункт на сто пятьдесят километров в сторону от истинного. Вот от этого разворота мы пойдем не сюда, а куда?

Анатолий показывает точку на карте. Я присвистываю.

— Это же в глухом лесу! Да еще и болото… Сесть будет не просто. Ладно. На месте сориентируемся. Убери колодки из-под шасси. Только смотри, чтобы винтами не рубануло, я сейчас запускаться буду.

Поднявшись в самолет, я прохожу в пилотскую кабину и один за другим запускаю двигатели. Из здания КДП выбегает Лена и направляется к самолету. Не успевает она захлопнуть за собой люк, как я начинаю рулить на взлетную полосу. Взлетев, ложусь на курс, набираю заданную высоту и программирую автопилот. Программу задаю до последнего разворота. Оттуда я поведу машину вручную к истинному пункту назначения.

Выхожу в салон и вижу, что пока я работал, Лена уже похозяйничала. Из богатого бара она извлекла бутылки с дорогим коньяком, виски и водкой. Небольшой столик посреди салона сервирован закуской. Тут и ветчина, и красная рыба, и банки с крабами, и еще что-то.

— Тебе налить чего-нибудь? — спрашивает Лена.

— Немного коньячку, и, если есть возможность, свари кофе покрепче.

— А тебе не опасно? — спрашивает Наташа, показывая на коньяк.

— Около двух часов машину будет вести автопилот. За мной останется только выйти на точку перехода и посадить машину. Так что, граммов сто не повредят.

Присаживаюсь на диван, делаю маленький глоток и закусываю консервированными крабами. Замечаю, что Дмитрий с Сергеем о чем-то перешептываются и посматривают на меня.

— А вы хорошо держались, — хвалю я их. — Сергей здорово разделал замыкающую машину. А Дмитрий… Вы знаете, он хоть и нарушил мой приказ, но тем самым помог мне ликвидировать одного из трех, что пытались уйти в лес. Вернее, он сам его ликвидировал. А ведь не признавался, что стрелять умеет.

Сергей присаживается поближе ко мне. Он наконец решается задать вопрос, не дающий им покоя:

— Андрей Николаевич, кто же вы такие? Только не говорите, что вы обычные искатели приключений. Думаю, раз мы попали в вашу компанию таким неожиданным образом и вместе с вами рисковали жизнью, мы имеем право знать: с кем мы имеем дело и чего ожидать дальше? Так КТО же вы такие? Террористы? Подпольные революционеры? Контрабандисты? Или еще кто?

— Да, сейчас вы, в отличие от господина Герасимова и его компании, получили полное право узнать: кто мы такие на самом деле. Мы не террористы, не революционеры, не мафиози. Мы — хроноагенты. За исключением Вира. Он, как и вы, оказался с нами случайно.