"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Брай Марьяна - Страница 721

—А может быть, он прав? — задумчиво говорит Кабан. — Пока ты мне глаза отводишь, нас обкладывают.

—Дурак ты, Кабан. Загнал людей в ловушку. Чтобы отсюда выбраться, полчаса надо, не меньше. Да и оборону вы занять не успеете. Ты ко мне сюда две минуты поднимался. Вас и обкладывать не надо. Убирайтесь отсюда, пока настоящие волки не подошли.

Я хочу задать Кабану еще несколько вопросов, но раздаются звуки выстрелов. Началось.

—Так. Быстро уводи своих людей. Вон, в той стороне волков нет. Это точно.

—Ну нет, Иван! Мы сюда пришли не для того, чтобы убегать. Мы драться пришли. Сейчас ты увидишь. Увидишь, чего стоят рэфы. Мы здесь в засаде. Волки сами в ловушку залезут.

—Тогда поднимай своих людей наверх. Вы сейчас сами в ловушке. Две гранаты, и привет. — Я беру свой автомат, поднимаюсь и кричу своим: — Уходим! Быстро!

Со стороны фермы бежит, отстреливаясь на ходу, большая толпа рэфов. Их преследуют четыре группы людей в красных комбинезонах. Волки загоняют овец. Мы в этом увеселении участвовать не намерены. Отходим от развалин и с холма наблюдаем за развитием событий.

Группы «волков» развернулись цепью и автоматными очередями отсекают попытки рэфов уйти куда-нибудь в сторону. Я понимаю, куда они гонят толпу. На дороге, где мы оставили мотоциклы, ждут в засаде пулемётчики. Но толпа рэфов, вроде бы неуправляемая и охваченная паникой, движется так, что «волки» неизбежно попадут под огонь группы Кабана. Господин Мирбах явно недооценил противника. Иначе он обязательно организовал бы фланговое охранение.

Сзади гремят выстрелы. Пули свистят над головами и шлёпаются в землю. Лена, вскрикнув от боли, хватается за левый бок и падает. Сзади нас атакует еще одна группа рэфов. Человек тридцать, не меньше. И они уже близко, не далее пятидесяти метров. С этими в переговоры не вступишь. Вместо слов уже говорят ружья. Придётся защищаться.

Четыре «калаша» (Лена временно выбита) длинными очередями в упор останавливают атакующих. Но они не обращаются в бегство, как я надеялся. Верно сказал Кабан: «Мы за жизнь не цепляемся». АКМ на такой кинжальной дистанции — страшная штука. Тем не менее рэфы не бегут, а вступают в бой. Нам приходится быть внимательными. Они не просто залегли и ведут огонь. Отдельные группы рэфов пытаются обойти нас. Я держу правый фланг, Пётр — левый. Сергей с Дмитрием работают по центру. Лена пока участия не принимает. Она лежит на правом боку и массирует левый. Сертон, конечно, пулю отразил, но отоварило её неслабо. Возможно, и ребро сломано.

Мне тоже достаётся. Винтовочная пуля ударяет в шлем и рикошетом уходит в небо. Впечатление такое, словно меня хватили по голове оглоблей, никак не меньше. В ушах звенит, из глаз сыплются искры. Трясу головой, но перед глазами только разноцветные круги расплываются. Заметив моё состояние, Сергей переносит огонь на правый фланг.

А я, перевернувшись на спину и глядя в небо, мобилизую всё, чему меня учили и тренировали в нашем Медицинском Секторе. Надо поскорее восстанавливаться. Втроём ребята долго не продержатся. Особенно когда выбыла ударная сила. Поворачиваю голову налево и вижу забавное зрелище. Толпа рэфов прекратила «бегство», развернулась и огнём прижала «волков» к земле. А из развалин фланговым огнём их обрабатывает группа Кабана. Я уже понял замысел неведомого мне стратега рэфов. Те, кого мы сейчас сдерживаем, должны были ударить на «волков» с тыла. Тогда вряд ли кто-нибудь из них сумел бы уйти. Это была бы та еще охота!

Отворачиваюсь от сцены побоища и присоединяюсь к друзьям. Теперь, когда работают уже пять автоматов, наши рэфы оставляют свои замыслы выйти в тыл «волкам». Они плотнее прижимаются к земле и отползают назад. Но огня не прекращают. Обернувшись, вижу, что и «волки» тоже отступили, оставив на прежних позициях несколько неподвижных фигур в красном. А может быть, послать всё в Схлопку и пропустить на оставшихся «волков» наших рэфов? Нет, нельзя. Кто тогда организует мне встречу с альтами? Впрочем, может статься, что её уже некому организовывать.

Неожиданно картина боя резко меняется. На господствующий над местностью холм поднялись оставленные в засаде пулемётчики. Три пулемёта бьют по рэфам, атакующим «волков», а два работают по развалинам, где засела группа Кабана. Я вижу за одним из пулемётов прекрасную Лолиту.

Пулемёты — они и на Таити пулемёты. С ними не поспоришь. Рэфы и не собираются этого делать. Они прекращают огонь, рассредоточиваются и быстро исчезают в разных направлениях. Наши противники тоже покидают поле боя. Мы, естественно, не преследуем их.

Закуриваем и наблюдаем, как вся ярость «волков» обрушивается на сидящую в развалинах группу Кабана. Этим бежать некуда. Теперь они действительно в ловушке. По ним бьют все пять пулемётов. От старых стен летит пыль и мелкий щебень. Высунуться практически невозможно. Группа Кабана прекращает огонь и скатывается на дно котлована. Оттуда они отстреливаются от «волков», которые быстро появляются в проломах стен. Но теперь они открыты со всех сторон и через пять минут избиение завершается.

Пленных сегодня нет. Раненных рэфов «волки» безжалостно добивают. После бойни, которую устроили пулемётчики, тела рэфов местами сплошь устилают землю. Но я вижу, что этот жуткий ковёр довольно густо разбавлен телами в красных комбинезонах. «Волки» понесли довольно большие потери.

Обхожу развалины и нахожу лежащее в проломе стены тело Кабана. Очевидно, он попал под пулемётную очередь. Здесь же нахожу и Мирбаха. Вернее, он находит меня. Его тоже пометило. Левый рукав комбинезона разрезан до плеча и болтается. А рука обмотана бинтами и висит на перевязи. Мирбах взбешен и набрасывается на меня с упрёками:

—Андрей! Где ты отсиживался со своими профессионалами, когда мы попали в засаду?

—Мы отсиживались там, за холмом, — я показываю пальцем через плечо. — И должен заметить, что если бы мы там не отсиживались, вряд ли кто из вас ушел бы сегодня живым. Впрочем, можешь сам посмотреть.

Мирбах поднимается на невысокий холм, за которым мы держали оборону. Увидев, что мы там натворили, он только качает головой и свистит.

—Они готовились выйти к вам в тыл и захлопнуть ловушку, — поясняю я.

—Ничего себе! Здорово они сегодня всё продумали! Но я смотрю, у вас даже раненых нет.

—Ну мы всё-таки, как ты верно заметил, профессионалы. А потом, Лену зацепило, — я показываю на порванный пулей левый бок Лениного комбинезона и на царапину на своём шлеме. — И меня слегка приложило тоже. А насчет того, что они сегодня всё здорово продумали, ты прав. Ты не находишь, что твой осведомитель снабдил тебя не совсем достоверной информацией? Но вы-то тоже хороши. Надо сказать, Пол, воюете вы безграмотно. Как-никак, они тоже люди и имеют головы на плечах. Это вам не стадо овец. В отличие от вас, они настоящие волки. И сегодня они показали вам свои зубы. — Вижу, что Мирбах собирается мне возразить, и резко обрываю его: — Всё! Поговорили! Лучше займитесь своими ранеными, а то многие из них до города не дотянут.

Возвращение «красных волков» во главе с Полом Мирбахом имеет мало общего с триумфальным шествием римских императоров, возвращающихся с очередной победой. Скорее оно вызывает ассоциации с «парадом» немцев по Москве в 1944 году. Или с «шествием» французской армии зимой 1812 года. Что ж, спорт есть спорт. Вчера тореадор убил быка, а сегодня бык тореадора. Кто любит смотреть, как другие люди проливают свою кровь, должен быть готов к тому, что когда-то придётся пролить и свою. Поэтому я не испытываю сострадания к раненым и не скорблю по убитым. Жаль только рэфов, которых мы перестреляли. Но тут уж ничего не поделаешь, мы защищались. Либо мы их, либо они нас.

Глава 8