"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Романов Герман Иванович - Страница 411

Машина наконец-то въехала в Москву и теперь неслась по многочисленным улицам. Движение по сравнению с довоенными временами было небольшим, ни пробок, ни заторов, ни бесконечных рядов разнообразных транспортных средств. Столица лишь приходила в себя, а уровень жизни явно упал, и далеко не каждый мог позволить себе кататься просто так. Не страшно. Есть общественный транспорт, то же метро, совсем не обязательно каждый день быть на колесах.

– Подожди. Останови. – Решение пришло, когда у одного подземного перехода Александр заметил бабуль с цветами. Откладывал уже один раз, хватит. Пока решимость есть…

– Что, товарищ капитан?

– Извини, Максим. Давай я встречусь с твоим отцом завтра. Или сегодня, но попозже, вечером. Надо мне кое-кого увидеть. Ненадолго. Час, два, не знаю.

Собственно, вечер уже приближался. Не поздний, летний, а осенний, когда по времени едва не день, а уже скоро нагрянет темнота.

– Я могу распорядиться. Машина подождет хоть до утра, – понимающе, серьезно, ответил Максим.

– Ну, до утра – вариант не тот. Мне только поговорить. Может, пройтись немного. Если не трудно, подбрось, а к вам я уже сам доберусь. Скажи куда?

…Как же стучало сердце, когда Александр застыл перед дверью! Хоть уходи, пока оно не разорвалось на куски! Пришлось пересилить себя, нажать на кнопку звонка, а потом напряженно вслушиваться в ожидании легких шагов. Да только можно ли их услышать за шумом в ушах?

Действительность оказалась намного прозаичнее. Никто не отозвался, дверь так и не открылась, и гадай теперь, то ли девушка сменила квартиру, то ли график работы у нее такой?

А потом вечер незаметно стал перетекать в ночь. Александр то сидел на лавочке у подъезда, то прогуливался вдоль дома, напряженно всматриваясь в любой появившийся в пределах видимости силуэт. Хорошо хоть, по привычке запасся сигаретами, но уже вторая пачка улетала, превращалась в дым, а время… Сколько его уже прошло?

Букет самому себе казался нелепым, кто-то невольно косился на бродящего вдоль который час мужчину, и, кажется, ожидание было напрасным. Пора уходить, пока еще открыто метро и есть возможность добраться до Максима. Александр несколько раз порывался сделать это и каждый раз не находил сил. Ну, еще одну сигарету, а там…

Стройная девичья фигурка вынырнула из-за угла неожиданно, когда Александр уже перестал ждать. Вглядываться не требовалось, сердце само подсказало: она! Фонари вокруг не горели, тьму нарушали только лампочки над подъездами да льющийся из некоторых окон свет, и забылось: вид спешащего навстречу мужчины мог вызвать у Дины тревогу. Лица не разглядеть, а мало ли какие люди могут попасться по ночам! И неважно, что с букетом. Букет ни о чем не говорит.

Они сошлись у заветного подъезда, и Александр увидел, как напряжено прелестное, часто снившееся ночами лицо. Откуда ей знать, кто ждет? Однако в следующий миг пришло узнавание, и выражение изменилось.

– Ты? Ты жив? Ты же тогда…

– Здравствуй, – выдохнул задохнувшийся от волнения капитан. – Тогда… Помнишь, я обещал тебе, что ничего со мной не случится? И еще сказал, что обязательно найду. Извини, что не смог сразу. Долго возвращался, вернулся, а тут дела…

А глаза манили к себе, казались двумя бездонными омутами, в которых хотелось навеки утонуть, и ради них было возможно совершить все, что угодно.

Да и что вообще может случиться с человеком, кроме самого великого чуда на свете: любви?

И ведром ледяной воды прозвучала фраза:

– Ты знаешь… моего Сережу убили…

– Извини, что остался жив…

И не было поблизости вражеского танка…

Владислав Жеребьев

НЕГОЦИАНТ

Тягостный жаркий вечер. Из тех, когда одни горожане расходятся по домам, где, сидя под вентиляторами и кондиционерами, тянут кислое дешевое пиво, а других жителей мегаполиса отчаянно гонит на речку, озеро или любой другой водоем, где можно окунуться. Я стою в пробке. Пятница, лето, стандартная ситуация для любого мегаполиса. Куда ни глянь, вереницы коптящих небо машин и асфальт, от которого поднимается прозрачное, колышущееся марево. Радио что-то бубнило, усталый диджей, бодрясь и страдая словесным поносом, нес какую-то околесицу, перемежая свой монолог прогнозом погоды и предупреждениями о пробках, о которых и так все знали, и, очевидно, думал, что делает что-то полезное. Я курил, свесив руку в открытое окно, и вяло давил на педали. Каждый раз я давал себе зарок никогда не садиться в автомобиль в пятницу, и уж тем более ни в жизнь не выезжать на дорогу в этот день недели летом. В эту самую пору оголтелые дачники заводят свои рыдваны, комплектуют их рассадой, садовым инвентарем и своими боевыми подругами сильно за шестьдесят и, усложняя и без того проблемный трафик, едут на свой садовый участок в Ново-Кукуево, чтобы ближайшие два дня провести над грядками не разгибая спины, на выхлопе получив с десяток банок огурцов и ревматизм на всю тушку.

В голове мелькнула шальная мысль — а не бросить ли мне машину у тротуара, поставить на сигнализацию, положить ключи в карман и прогуляться по набережной? Вон и место для парковки свободное есть, а метрах в трехстах вполне приличного вида ресторанчик с летней террасой и почти наверняка обширным баром с выбором прохладительных напитков. Телефон на торпеде подпрыгнул и стал выписывать причудливые па на гладкой кожаной поверхности. Поймав маленького бесенка, я с разочарованием отметил, что номер, высветившийся на экране, вовсе не стоял в списке долгожданных вечером перед выходными. Делать нечего, отвечать придется.

— Привет, босс, — как можно жизнерадостнее начал я. — Чем обязан?

— Всем, — лаконично заметил мой начальник.

— Так все-таки? — ничуть не смутился я подобной манере общения. Мой непосредственный начальник частенько любил включать «генерала» даже перед теми, кто стоит на пару ступеней ниже его на карьерной лестнице, а уж обо мне так и вообще говорить нечего.

— Для начала перестань называть меня боссом, — послышалось из трубки. — Больше похоже на мафиозный жаргон, чем на разговор начальника с подчиненным.

— Хорошо, команданте, — легко согласился я. — Не буду.

— Господи, — возопила трубка. — Ну с кем я разговариваю? Ладно, слушай. Сегодня в восемь вечера в «Пулково» прилетает курьер. Очень важная посылка, почте доверить не решились. Планировалось, что поеду я, но у меня срочные дела.

«Как же, срочные дела, — улыбнулся я про себя. — По девкам, небось, собрался или засел в пабе и надирается чем-нибудь холодным и темным».

— Ты слышишь меня, Митя?

— Да, Павел Константинович. — Я представил уже пропавший, буквально рухнувший в тартарары и рассыпавшийся в мелкое крошево вечер. А у меня на него были определенные планы. Начнем с того, что я собирался все-таки добраться до дома. Потом поставить машину на парковку, влезть в холодный душ и после позвонить своему старому приятелю по армии Славику, который в качестве основного заработка выбрал информационные технологии и потому бездельничал большую часть времени.

Я, к примеру, менеджер по продажам. Человек, работа которого заключается в том, чтобы доказать абсолютно незнакомой мне личности, независимо от пола, возраста, социального положения и кулинарных пристрастий, что им явно необходимо то, что я продаю. Продавал я лампочки. Самые обычные лампочки, из тех, что можно встретить в каждой городской квартире, даче или просто деревенском туалете, у хозяев которого дошли руки заняться электрификацией своих удобств.

— Ну, так вот, — продолжал вещать начальник. — Рейс таллиннский. Авиалинии их же. Встретишь некоего Артура Каппа, заберешь пакет и завтра привезешь на работу. Не вздумай только потерять или еще что с ним сделать, а то нам с тобой высокое начальство голову мигом отвинтит.

— Как же я узнаю, кто из них Капп? — растерялся я. — Там же уйма народу, и все, небось, не по-нашему лопочут.

— Артур знает русский, — успокоил меня Павел Константинович. — А как узнаешь? Да хоть возьми кусок картона в руки, напиши на нем имя с фамилией и стой себе спокойно. Курьер к тебе сам подойдет. Мне, к примеру, тоже его физиономических особенностей никто не расписывал. Дали только номер рейса, время и как зовут. Ну что, Дмитрий, не подведешь?