"Вельяминовы" Книги 1-7. Компиляция (СИ) - Шульман Нелли - Страница 782

— Кто это так далеко на запад забрался? — прищурился Яков. «Поневоле начинаешь верить в то, что Северо-Западный проход — существует».

— Мы могли бы, — сказал Питер, — кладя руку на карту, — основать еще одну торговую компанию.

Закрытое общество, разумеется, — он тонко улыбнулся, — нет смысла кричать на весь мир о том, что мы начали осваивать северные широты. Используя Мыс Надежды в качестве нашей базы, мы будем двигаться дальше. И, разумеется, — он взглянул на короля, — ваше величество будет держателем половины доли акций.

— У него вечно не хватает денег, — подумал Питер, — герцог Бэкингем и его развлечения — дорого стоят.

— Семидесяти долей, — Яков потрепал его по щеке. «Не мелочись, Кроу, ты отсюда, — он указал на карту, — меха будешь караванами судов вывозить. Ладно, — король сцепил пальцы, — приступайте. Молодцы, отличное дело предлагаете. А кто тот смельчак, что нашел Гудзона? — поинтересовался король.

— Тот же, кто зимовал вот здесь, — Волк положил ладонь на искусно вычерченные очертания берегов. «Дальше всех к западу. Он назвал эту землю вашим именем».

— Надеюсь, он в Англии? — спросил Яков. «Я бы хотел его увидеть».

— В Лондоне, ваше величество, — ответил Питер и, мысленно перекрестившись, добавил: «Это капитан Николас Кроу».

В наступившем молчании было слышно, как охотничьи собаки под столом хрустят костями.

Яков позвонил в серебряный колокольчик и сказал появившемуся на пороге пажу: «Найдите мне герцога Экзетера. И быстро».

Ему снилась река. Медленная, широкая, она текла среди плоских берегов, между поросшими густым лесом островами.

— Отличная гавань, — подумал Николас, стоя на корме, разглядывая чаек, что кружились над серой водой. «А если вон на том острове, маленьком, крепость поставить, — сюда вообще никто не сунется».

— Шестидесятый градус северной широты, — раздался сзади смешливый голос. Запахло апельсином, рыжие, теплые волосы легли ему на плечо, и капитан, не глядя, поцеловал ее куда-то за ухо. «Во льдах, — хмыкнул он, — на такой широте, в это время года — уже надо вставать на зимовку».

— Тут море мелкое, — она потянулась и взглянула на запад. «И река с сильным течением. Вряд ли этот залив вообще замерзает».

Николас посмотрел на флаг, что бился под влажным, сильным ветром и удивленно подумал:

«Я такого и не видел никогда, с голубым крестом святого Андрея».

Она привстала на цыпочки, нежные губы коснулись его уха и капитан услышал: «А если проверить — может быть, тут, на островах, есть какая-то дичь? Пополнить запасы, так сказать».

— Пополним, — согласился он, улыбаясь, обнимая ее, не в силах отпустить. «А то давно этим не занимались».

Он проснулся, и, не открывая глаз, почувствовал свежий ветер с Темзы, что доносился из открытых ставен камеры.

— Завтра, — подумал Николас, забрасывая руки за голову. «Конечно, можно и бежать — башня выходит прямо на реку, решетку можно выломать.

Они услышат всплеск, но я под водой могу долго продержаться. Спрячусь на южном берегу, доберусь до Дувра, а там…, Не хочется, — он выругался сквозь зубы.

— Всю оставшуюся жизнь прожить в изгнании и прятаться от наемных убийц его светлости герцога Экзетера? Угораздило же Беллу выйти замуж за самого неприятного человека в Англии. А убийцы будут — уж слишком я много знаю о северных водах, те же французы меня примут с распростертыми объятьями. И с тетей Мартой нельзя так поступать, король ей не простит моего побега.

Мужчина поднялся и, прислонившись к стене, посмотрел на Темзу. Вдали, на южном берегу, мерцали слабые огоньки. «Какая ночь звездная, — подумал Николас. «И ясно так. Она, наверняка, за телескопом сидит. Да что это я — сны снами, а я ее больше никогда не увижу.

Жалко, — он закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Ну что ж, раз уж я проснулся, надо садиться и писать. Полли, Мирьям, Белле, и, — Николас потер лицо руками, — о Майкле. Вряд ли ко мне кого-то еще пустят перед казнью, кроме священника. Передам записки этому Экзетеру, ну не такая же он скотина, чтобы не выполнить предсмертную волю человека.

Он встряхнул головой и услышал скрип двери.

— Пойдемте, капитан Кроу, — спокойно сказал Джон. Николас посмотрел на него и усмехнулся:

«Выглядит так, как будто это он проводит ночи в тюрьме. Бледный, как призрак, а глаза — красные».

— Что, — сказал Николас, — садясь на койку, натягивая сапоги, — теперь в Тайберне и по ночам вешают? Надеюсь, вы привезли достаточно факелов, добрая лондонская публика вам не простит, если не будет видно, как я дергаюсь в петле.

— Не говорите чуши, — устало отозвался Джон. «Нас ждут, быстрее».

— У меня, — Николас встал и посмотрел на него сверху вниз, — нет двух пальцев на ноге, прострелено колено, и еще есть ран пять. Или шесть. Так что простите, если я не поспеваю за человеком, который всю жизнь провел, разбирая бумаги.

Джон покраснел и Николас усмехнулся: «А шпага моя вам зачем? Я не герцог, она у меня простая, без позолоты».

Мужчина ничего не ответил и распахнул перед ним дверь камеры.

— Не знал, — заметил Николас, садясь в седло, — что к месту казни можно ехать с такими удобствами. Я рассчитывал на телегу, ваша светлость. Не боитесь, что я сбегу?

— Не боюсь, — хмуро ответил Джон, трогая своего коня.

— Кофе, — сказал Яков, поднося к губам серебряную чашку, — напиток будущего. И чай — тоже.

Не зря, — король усмехнулся, — вы за него дерете такие деньги, Кроу. Расскажите мне о Марокко, кстати, что нам за прибыль от вашей поездки?

Питер сложил смуглые, изящные пальцы и кивнул в сторону Волка.

— Майкл был там, два раза. Меня, собственно, не Марокко интересует, ваше величество, а весь африканский континент. Торговые пути вглубь материка.

Яков отставил чашку и потер нос. «Гм, я слышал, что прибрежные области, по крайней мере, те, что на западе — уже опустошены работорговцами, им приходится заключать союзы с местными дикарскими вождями, чтобы те им доставляли товар откуда-нибудь подальше».

— Я не занимаюсь торговлей людьми, — Питер на мгновение вскинул голову. «Я о другом товаре, ваше величество. Корабли Ост-Индской компании сейчас огибают Африку с юга, не делая там остановки. Однако если бы у нас там был торговый пост, фактория, как в Индии — мы могли бы оттуда пойти на север».

— А что на севере? — заинтересовался король.

— Алмазы, — просто ответил Волк. «Сейчас европейский рынок получает драгоценные камни из Нового Света и Индии. С Новым Светом все понятно, — он хмыкнул, — тут пока мы не можем соперничать ни с испанцами, ни с португальцами…»

— А Индия, — Питер потер подбородок, — вы сами знаете, ваше величество, мы закупаем камни у местных торговцев, у нас нет доступа к местам их добычи. А в Африке мы сможем сами заложить рудники — столько, сколько нам надо.

— Приходите ко мне, как вернетесь из Марокко, — велел Яков, — об этом надо говорить серьезно.

Дверь отворилась и холодный голос сказал: «Капитан Николас Кроу, ваше величество».

Мужчина обвел глазами стол, на котором горели свечи в золотых канделябрах, и подумал:

«А ведь это моя карта, я ее узнаю. Господи, да о чем они тут разговаривают, уже за полночь».

Он поклонился и Яков, осматривая его, хмыкнул: «Разукрасили вас удачно, капитан. Мне говорили, что у вашего отца не было глаза, хорошо еще, что вы после такой раны остались с двумя. Садитесь, на ужин вы опоздали, но кофе еще остался. И ты, Джон, садись. Не спал, что ли?»

— Много работы, ваше величество, — Джон бросил один взгляд на спокойное лицо Питера и подумал: «С другой стороны, они правы. Николас Кроу полезней Англии живым, а не мертвым. Не знал, что Питер может так рисковать, если бы Яков был в плохом настроении — не сносить бы им обоим головы».

— Я тебя, Джон, — сказал король, откидываясь в кресле, — хочу поблагодарить. Ты отлично подбираешь людей, мистер Майкл, — он кивнул на Волка, — знает свое дело. А что, — Яков усмехнулся, — все-таки Квебек не похож на Париж, не скучно вам там будет?