Я назову твоим именем сына (СИ) - Шолохова Ирина - Страница 50

ГЛАВА 15

«Рита! — написала сообщение Юлька, — почему не выходишь на связь? Отзовись! У тебя, говорят, бабушка умерла? Соболезную. Крепись, подружка. Что делать, пришло её время!» — сообщение улетело адресату. Нет, она не верила, что причиной внезапного исчезновения Риты стала смерть бабушки. «Ни разу не слышала, что у неё есть ещё одна бабушка, про ту, что умерла, Юлька знала, но это произошло давно, много лет назад. Ясно же, с Максом поссорились, психанула и умчалась домой - это и дураку понятно. Ну, и правильно сделала! — она решительно тряхнула головой, — пусть побегает, попереживает! Хотя, недолго, наверное, будет переживать, быстренько утешится с другой девчонкой, вон Милка - чудо природы рыжеволосое, глаз с него не сводит. Минут пятнадцать попереживает, максимум полдня и всё - перекинется на другую девчонку». Ей, вдруг, вспомнилась своя история. Ей четырнадцать и она беременна… Булькающий звук сообщения отвлёк от невесёлых мыслей. Она взглянула на экран - Ритка! «Спасибо, Юль! Потом, когда вернёшься из лагеря, поговорим. До встречи!» «Ок, — ответила Юлька, — Максим просил передать, чтобы ты ему позвонила или разблокировала его номер. Переживает! Очень! Мне так показалось, не знаю насколько это правда». «Вот именно, что показалось! Не верь ему, всё фальшь! Обман! Теперь уж, я точно это знаю! Подробности потом. Мне так тебя не хватает, Юль, ты просто не представляешь, как мне тебя не хватает!» «Эх, Ритка, Ритка! — Юлька уставилась в потухший экран телефона, — говорила я тебе: «Не связывайся с Максом», — как чувствовала, что добром это не кончится! Ну, да ладно, что теперь об этом говорить, произошло, так как произошло! Сейчас ничего не изменить.

— Юлия! — долговязая фигура, оказывается, уже давненько маячила у неё за спиной, а она и не заметила.

— Максимилиан! Ты читал мою переписку?

— Да, а чо? Нельзя что ли?

— Нельзя! Подкрался незаметно и читает! Как не стыдно!

— Не-а, не стыдно, ты же не расскажешь, что с Риткой произошло, вот и пришлось подглядывать.

— Теперь доволен?

Максимилиан сел рядом с Юлькой на скамейку.

— Доволен! Наконец-то она сообразила, что Максу верить нельзя. Ни под каким соусом! — он потёр колени длиннющими руками, покосился в сторону Юлькиного телефона, — дай вашу переписку почитать! Ну, пожалуйста - пожалуйста!

— Нет, уж и не надейся! Ты же подсмотрел! — она поднялась со скамейки, собираясь уйти.

— Да не с начала я прочитал, — Максимилиан взъерошил пятернёй правой руки волосы.

— Вот и хорошо! А то о чём прочитал - забудь!

— Ага! Ага! Конечно! Как там она? — он поднялся вслед за Юлькой.

— Нормально! О тебе, как ты понял, не спрашивала.

— Чё? Пошёл я? Труба зовёт! На работу!

— Не труба, а горн! Идите, молодой человек, работайте и другим не мешайте работать, — Юлька взглянула на взъерошенную шевелюру Максимилиана, — причешись хоть! Волосы дыбом, точно под высокое напряжение попал!

— С вами не то, что волосы дыбом встают, мозги закипают и из ушей дым валит! — Максимилиан закинул длиннющие руки за голову, потянулся, расправляя затёкшую спину, отчего казался длиннее, чем на самом деле.

— Курить меньше надо, дым из ушей не будет валить, — уже на ходу, беззлобно подшутила Юлька.

— Э! Мне нельзя бросать курить! — он, в два шага, догнал Юльку и пошёл рядом.

— Почему это!

— Ни-и-изя! Ещё длиннее стану! Выше уж некуда! — он, вдруг, почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Это Юрка - Юлькин белобрысый друг, недовольно смотрел в их сторону.

— Ревнует? — Максимилиан выразительно кивнул в сторону Юрки.

— Ой! И не говори, ревнивый ужасно! Я представить не могла, что существуют такие ревнивцы, как мой Юрка.

— Ты это! Поговори с ним!

— О чём поговорить? Максимилиан?

— Ну, это! Ну, чтобы не ревновал. Он тебя к фонарным столбам ещё не ревнует?

— Не поняла юмора. Причём тут наши с Юркой отношения и фонарные столбы?

— А столбы имеют фаллическую форму! Усекла?

Юлька прыснула, зажимая рот.

— Усекла.

— А это чё за явление Христа народу! — Максимилиан, откровенно, указательным пальцем, точно непосредственный трёхлетний малыш, ткнул в сторону проходившей неподалеку девушки. Иссиня-чёрные волосы безжизненно рассыпались по тоненькой спине почти до узенькой, по-мальчишески, заднице в обтягивающих бриджах из джинсовки. Бледное лицо, напоминающее белую прозрачную луну, меланхолично взирающую с небосклона на бессмысленно суетящихся людей, с их крошечными, по сравнению с масштабами вселенной, интересами и проблемами. Кроваво-красная помада, как обычно, расползлась по губам.

— Эй, как тебя там, женщина-вамп? Ты откуда и куда? — Тощая костлявая рука Максимилиана взметнулась вверх, приветствуя девушку.

Милка приостановилась, убирала с лица чёрную прядь волос, закрывающую глаза, тряхнула головой, распрямляя волосы за спиной. Юлька оглянулась, махнула Юрке рукой: «Я сейчас! Не волнуйся!»

— Мила! — всплеснула она руками, — тебя в крайности бросает, то рыжая, то чёрная! Свой-то у тебя какой цвет волос? Какой у тебя натуральный цвет? — уточнила она ещё раз и прикоснулась к безжизненным прядям Милкиных волос, — ты так и лысая можешь остаться, сколько можно над ними издеваться. Смотри, они больше похожи на паклю чем на волосы.

— Женщина-вамп! — Максимилиан сделал страшные глаза, — ты чё кровушки чьей-то напилась? Губы в кровище! И даже на щеке кровь! — он вытер подушечкой мизинца правой руки след размазавшейся помады на Милкиной щеке.

— Что обзываешься, Максимилиан! Сам же говорил, что надо перекраситься! Я перекрасилась - снова плохо! Снова никому не нравится! Может, на лысо побриться, чтобы всем угодить?

— Милая! — Максимилиан выделил голосом «и», — чё, нормальный цвет нельзя было купить? Или рука не поднялась? Мне бы сказала, у меня бы поднялась рука и не только она.

— Максимилиан! Кончай свои скабрёзные шуточки! — Юлька схватила его за предплечье и шутлив потрясла.

— Э, Юлия! Не забывай, что за твоими действиями следит твой белобрысый ухажёр! Тебе шуточки, а мне бошку открутит!

— Не достанет! Не беспокойся! — она ещё раз потрясла Максимилиана, потом отпустила, обернулась взглянуть, где Юрка - его уже не было.