Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ) - Шорников Александр Борисович - Страница 73

Кроме того, ему полагался и солидный кусок сырого мяса для его семьи. Вождём в племени был Гел, крепкий сорокалетний мужик со шрамом на щеке, рядом с ним постоянно находились четверо сыновей от его пяти жён. Одному из них после его смерти, достанутся символы власти вождя — большой медный топор и короткий широкий медный нож. В дополнении к этому комплекту полагалась три копья с медными наконечниками и ещё один шрам на лбу.

Один горизонтальный шрам на лбу и ещё два небольших на щеках справа и слева, полагалось наносить в момент посвящения мальчика в охотники. Второй горизонтальный шрам на лбу полагалось наносить, когда охотник в одиночку убьёт десять крупных животных. Третий горизонтальный шрам полагался только вождю.

В следующую прослойку входили уже знакомый нам Мудрый Накси, шаман и целитель, хотя его целительские способности на взгляд Никитина не выдерживали никакой критики. Не меньшим влиянием в племени пользовались ещё четыре человека. Самым богатым считался уже знакомый ему Сим, который пытался выдать замуж за него свою дочь. Он и его жена кстати так и не оставили своих попыток.

Кроме него ещё были Дачи, Синно и Салиле за каждым из них горой стояло человек по сорок-пятьдесят родных и родственников их жён. Их слово тоже много значило в племени.

Отдельно в табеле о рангах шел кузнец, угрюмый рыжий детина лет тридцати пяти, которого племя приютило лет пять назад. Кроме него в племени было десяток мужчин, которые в силу преклонного возраста или по причине ранения, занимались гончарными работами, плели циновки и по мере возможности учили молодняк уму разуму.

В следующую прослойку входили женщины и добытчики и, наконец, на самой низшей, и бесправной, ступени находилось подрастающее поколение, куда до недавнего времени входил и Сергей.

Никитин в очередной раз откинул полог их жилища, от горизонта всё шли и шли тёмные тучи, похоже, дождь зарядил надолго. Землянин вновь уселся на койку и стал смотреть как капли воды медленно падали в грубый глиняный сосуд.

Дождавшись пока сосуд, наполнится, он в очередной раз выплеснул воду на улицу и стал рассматривать это нехитрое изделие здешних гончаров. Сосуд был грубой формы, немножко небрежно сделанный, но для повседневных нужд он вполне годился. Сергей задумчиво повертел его в руках, на память, почему-то пришли греческие амфоры и вазы.

— А что если мне попробовать заняться гончарным делом! — осенила вдруг его мысль.

Он задумался. В принципе ничего особенно сложного для этого дела не требовалось, надо было только изготовить гончарный круг и раздобыть глину. Глина, даже нескольких сортов, имелась поблизости в изобилии, а вот гончарный круг, как ни странно в племени не знали. Горшки и чашки просто лепились вручную и сушились или обжигались в костре.

Никитин напряг память своего предшественника, но Или только видел, как старик гончар именно лепит, из глины свои нехитрые изделия. Сергей ещё раз внимательно осмотрел чашки и сосуд, эти изделия явно делали не на гончарном круге. Интересно было то, что очень редко здесь встречались горшки емкостью более пяти литров.

Хотя, в селении имелась посуда хорошего качества, которую привозили торговцы для обмена, но хитрые торговцы так и не открыли племени секрет гончарного круга. Посуда стоила, конечно, не так дорого как изделия из меди и бронзы, но позволить её себе купить мог далеко не каждый.

Кроме того, глиняные изделия имели неприятную особенность — разбиваться вдребезги. Если он сумеет наладить производство в этой деревне, то от здешних покупателей не будет отбоя. Насколько Сергей помнил, о гончарном круге, это нехитрое сооружение состояло из двух кругов большого и маленького. Большой круг, располагался снизу и гончар ногой его крутил, на малый клалась глина, и дальше собственно шёл процесс изготовления глиняных изделий. Правда, для комфортной работы нужно было изготовить ещё и педальный механизм, но в здешних условиях это было очень сложно сделать, почти невозможно.

С гончарным кругом, самым примитивным, всё вроде бы просто и понятно берутся два деревянных круга, соединяются между собой и всё готово к работе. Вот только где в этом почти каменном веке взять два деревянных круга, которые надо предварительно отпилить и обработать и сколько времени на всё это нужно затратить!

Выход как всегда нашла Низа, которая как казалось ему временами, знает где, что и у кого в этой деревне есть и в каком тёмном чулане хранится. Скинув около печки мокрую баранью шкуру, которая служила ей зонтиком, она внимательно выслушала, что ему нужно. Сергею достаточно было показать ей размеры кругов, и девочка энергично принялась за поиски. Накинув на голову так и не успевшую просохнуть шкуру, она вихрем выскочила из хижины.

Через час она вся мокрая с ног до головы, но с азартно блестевшими глазами, ворвалась в дом, прижимая к груди маленький деревянный круг, в котором даже было сделано отверстие. Никитин только в восхищении, молча, развёл руками.

Низа хотела сразу же продолжить поиски, но Никитин, схватил её за руку и заставил её немного обсохнуть у печки. Обсохнув и высушив свою шкуру, Низа потрепала его по голове, и побежала искать дальше. Ещё через час она прибежала вновь и потащила его за собой.

Дождь к тому времени уже почти прекратился, но тучи всё шли и шли. Набросив на себя баранью шкуру, брат с сестрой, побежали босиком, по раскисшей земле весело прыгая через лужи, друг за другом.

— Радости детства! Второй заход! — весело подумал он, перепрыгнув через очередную лужу.

Его тело к этому времени стало чувствовать себя гораздо лучше благодаря лучшему питанию. Потихоньку наросла мышечная масса, ушибленная нога, теперь его не так сильно беспокоила, так что теперь во время бега он почти не отставал от названной сестры.

— Кто последний добежит до жилища Дини тот дохлая черепаха! — весело прокричала на бегу Низа и прибавила ходу.

Никитин прибавил скорости, стараясь обогнать быстроногую девчонку.

— Как быстро можно вернуться в детство! — думал он на бегу. — Вот я — солидный человек далеко за сорок, биологического возраста, вновь скачу как мальчишка.

Как всё-таки молодое тело и, ударные дозы гормонов, здорово действует на психику. Тело резвилось, как молодой щенок и Сергею часто приходилось себя сдерживать, что бы не выкинуть эдакий фортель, от которого все в этой деревне встанут на уши, но как это приятно — молодость! Они вихрем пронеслись по деревне. Их путь лежал на другой конец деревни.

— А я быстрее тебя бегаю! Черепаха, черепаха! — заскакала перед ним на одной ноге Низа.

— Быстрее, быстрее — с улыбкой, тяжело дыша, признал своё поражение Сергей, но он чувствовал, что ещё немного, и он вполне может тягаться со своей быстроногой сестричкой на равных.

Они быстро обошли юрту по ходу светила, соблюдая традицию, и откинули грязный полог. Второй большой деревянный круг оказался у Дини, ее покойный муж видимо хотел изготовить из него большой круглый щит, но чем-то он ему не понравился и, заготовка так и лежала без дела долгие годы. С хозяйкой брат и сестра договорились, что отдадут за него половину большой корзины сушёной рыбы, которой у них к тому времени накопилась в избытке.

На следующий день они вместе приволокли небольшое ровноё брёвнышко, которое по замыслу Никитина должно было быть осью этой конструкции. Теперь вроде бы всё было в комплекте, но что бы запустить этот нехитрый механизм Никитину понадобилась целая неделя подготовки и надо ещё учесть, что ему в мере сил помогала Низа и целая команда детей. Такая вот механика в каменном веке.

Сергей рукой резко крутанул нижний круг, с лёгким скрипом конструкция сделала десятка три оборотов вокруг своей оси и остановилась. Целый день ушёл у него, что бы отцентрировать эту конструкцию и вот теперь, она вращалась достаточно ровно и долго. В доме ощутимо попахивало тухлым жиром, который пришлось использовать для уменьшения трения.

Землянин одобрительно кивнул головой и махнул рукой Низе, которая быстро принесла заранее припасенную глину. Он размял глину и присев на тюфяк, резко крутанул колесо теперь уже ногой, потом ёщё раз, после чего он осторожно прикоснулся к глине. Их жилище тем временем заполнилось детьми, которые принимали участие в работе. Глаза девчонок и мальчишек с надёждой на чудо, глядели на комок невзрачной глины.