Развод. Как уйти и не вернуться - Карма Элис - Страница 6

– А я тебе говорила, Яна, надо учиться, дипломы получать, – снова заводит старую шарманку мама. – С корочкой-то бы всяко больше было шансов найти поприличнее работу.

Я привычно отмахиваюсь от её ворчания. Но дома, в очередной раз оставшись наедине с собой, начинаю думать, что, может быть, не так уж она и не права. Понимаю, что надо хотя бы колледж закончить, чтобы не позориться перед будущим работодателем со своим аттестатом.

3.2

– Максимова, вы что же думаете, что у нас богадельня какая-то?! – отчитывает меня декан моего факультета. – С начала семестра не появлялись, значит, а теперь резко решили за ум взяться? Или думаете, раз в положении, то вам все предметы автоматом проставят?

– Нет, конечно, – отвечаю, не поднимая глаз. – Но всё же, может быть можно хотя бы прошлую сессию закрыть.

– С вашей посещаемостью всё, что я могу вам посоветовать – написать заявление на академический отпуск. Осенью, если вам это ещё надо будет, придёте и восстановитесь на тот же курс.

Тяжело вздыхаю и киваю смиренно. Секретарь деканата Алёна, с любопытством глядя на меня, даёт бланк заявления и указывает на образец. Что ж, теперь сокрушаться о прошлой своей недальновидности глупо. Надо как-то последствия исправлять. Хотя что-то мне подсказывает, что до осени всё может много раз измениться. Тревога появляется в душе. Гоню дурные мысли прочь. Нет, всё должно быть хорошо. Осенью малышу будет пять месяцев. Смогу его с бабушкой оставлять или с тётками, сёстрами Вадима. Надо настраиваться на позитив.

– Ты, кстати, фамилию менять не думаешь? – вдруг спрашивает меня Алёна. Я даже теряюсь на минуту, не понимая, что она имеет в виду.

– Да нет, вроде, – отвечаю неуверенно. Внутри появляется какое-то гадкое чувство.

– М, понятно, – бросает она снисходительно, а потом косится на мой живот. Ощущаю себя очень странно. И что бы означали эти её взгляды?

В смятении возвращаюсь из колледжа домой и по дороге решаю зайти к маме Вадима. Он в последнее время остаётся в городе на всё более длительный срок. И пусть я доверяю ему, мне всё-таки немного тревожно. Хочется убедиться, что у него всё идёт по плану. Сам-то он мне ничего толком не рассказывает. Как не позвоню, он всё занят.

– Здравствуйте, Валентина Ивановна, – произношу я, робко переступая порог родительского дома.

– Привет, Яна, – бросает та, выглядывая из кухни. – Случилось чего, или так, гуляешь просто?

– Гуляю, – отвечаю с улыбкой. – Хотела узнать, вам Вадим не говорил, когда вернётся?

Она смотрит на меня с какой-то даже жалостью. Потом приглашает меня жестом на кухню и придвигает табурет. Наливает чай в большую кружку, ставит на стол корзинку с булками. Мне становится неспокойно от этой её молчаливой любезности. Она меня никогда особо не привечала. Даже когда про ребёнка узнала не сказать, что сильно смягчилась. А тут вдруг мы с ней как будто даже родственницы стали.

– Вадим мне нечасто звонит, – наконец произносит она. – В основном с отцом общается. Советуется по разным вопросам.

– Ясно, – тяжело вздыхаю я и отвожу взгляд. И что я вообще надеялась от неё услышать?

Я некоторое время ещё остаюсь для приличия, а потом собираюсь домой. Уже в дверях Валентина Ивановна останавливает и с серьёзным видом говорит:

– Ян, ты если хочешь жить с Вадимом, тебе придётся проявить нечеловеческое терпение.

Не знаю почему, но в этот момент мой мозг не воспринимает её слова как предупреждение. Скорее как угрозу от злой свекрови. Ещё и взгляд этот её сердитый и холодность. Она ведь даже не спросила, как я себя чувствую или когда на УЗИ пойду опять, как малыш растёт и развивается – все эти простые и понятные любой женщине вещи. Мне обидно, что ей совсем не интересно. Кажется, будто она не воспринимает меня ни как сноху, ни как мать её будущего внука.

В расстройстве прихожу домой и, чтобы хоть как-то самоутвердиться, берусь убирать с пола брызги шпаклёвки в одной из только что отремонтированных комнат. Неудобно – живот мешает. Воды много в ведро не наберёшь, чтоб отмыть как следует. Приходится елозить шваброй по одному и тому же месту бесконечно и то и дело менять грязную воду. Употев и умаявшись, мне всё же удаётся закончить. Надо ли говорить, на кого я похожа?

К моей неудаче именно в этот момент Вадим заходит в дом и окликает меня. Я бегу к нему со всех ног. Хочу обнять, но он уворачивается.

– Ян, ты мне костюм испортишь, – замечает чуть раздражённо. Потом смотрит на меня напряжённо пару минут и спрашивает с подозрением: – Ты чем это занималась?

Меня его вопрос ставит в тупик ненадолго. Вроде же очевидно – в данный момент в этом доме есть два занятия: ремонтировать и убираться.

– Да так, – отвечаю в смятении. – Полы мыла просто.

– А, – кивает Вадим. – Ну, иди тогда приведи себя в порядок.

Становится неприятно и горько. И не только от того, что Вадим отнёсся ко мне брезгливо, но и потому, что он воспринимает абсолютно все перемены к лучшему в этом доме как должное, не замечая или не желая замечать, сколько усилий было вложено, чтобы эти перемены осуществились. В моменте это кажется мне чудовищно несправедливым. Вот только я зачем-то проглатываю обиду и иду отмываться и переодеваться. Пытаюсь мысленно убедить себя, что он тоже участвует в ремонте. Только я физически, а он материально. И вообще, если бы не Вадим, то никакого бы дома вообще не было.

– Завтра утром поедем к Лерке с Максом, – говорит он, когда я вновь выхожу к нему после душа. – Они расписаться решили.

«А мы когда решим?» – хочется спросить мне.

Но едва я открываю рот у Вадима звонит рабочий телефон. Он ослабляет галстук и уходит в гостиную. Я же остаюсь с его дорогим пиджаком на кухне. Аккуратно беру его в руки с намерением отнести в гардероб, но тут во внутреннем кармане начинает вибрировать второй телефон. Я прислушиваюсь к голосу Вадима и понимаю, что он скорее всего не слышит. Вижу на экране имя контакта «Милана» и замираю в нерешительности. Среди наших общих знакомых точно нет никого с таким именем. Значит, это кто-то с его работы. Но почему тогда звонит на личный? Я набираю воздуха в лёгкие и принимаю вызов.

– Кто это? – спрашивает нагловатый женский голос. Я теряю дар речи от такого напора.

– Это жена Вадима, – отвечаю опомнившись, чтобы эта хамка не думала о себе много.

– Жена? – искренне удивляется девушка. – Что-то я не замечала кольца у него на пальце.

У меня холодная дрожь проходит по телу. Почему уже второй раз за день какая-то лахудра пытается мне намекнуть, что наши с Вадимом отношения ненастоящие?! Меня охватывают обида и злость.

– А оно у него не на пальце! – произношу я в трубку тем же грубым и хамским тоном, что и эта девица.

– Да я вроде везде посмотрела, – только усмехается в ответ она.

У меня вдруг резко заканчиваются слова. И кислород. Я неподвижно сижу с полминуты, будто рыба хватая ртом воздух, и, в конце концов, не нахожу ничего лучше, чем просто бросить трубку. В голове пульсирует вопрос: «Что всё это значит?»

3.3

Пару минут я сижу в оцепенении. Пытаюсь как-то успокоить подступающую истерику. Кто эта девушка? Почему она так разговаривает со мной? Это из-за неё Вадим так изменился в последнее время?

Слышу тяжёлые шаги в коридоре – Вадим возвращается. Наверное, надо вернуть телефон на место, но у меня нет сил даже пошевелиться. Он открывает дверь и замирает в проёме. Его взгляд прикован к мобильному в моих руках.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.