Моя Женщина (СИ) - Ласт Эммануэль - Страница 11

Инна цокала каблучками по ступеням, ее идеальная попка покачивалась при каждом шаге, кожаные штанишки обтягивали сочные формы.

Эта девочка сегодня планировала остаться до утра.

Что ж, я тоже планировал знатно поразвлечься и проснуться один.

Уже в квартире, Инна первым делом пошла на кухню.

- О, миленько, - она обвела взглядом фасады и, пристроившись у плиты и соблазнительно покрутив бедрами, добавила: - Нравится?

Нравится ли мне, что метишь стать хозяйкой на моей кухне?

Нет.

Нравится ли мне, какая ты мокрая и узкая, когда я беру тебя сзади?

- Конечно, кошечка!

Мы разбираем пакеты и я откупориваю бутылку вина. Легкий ужин из полуфабрикатов и Инна убегает пудрить носик в ванну. Я сижу на мягком диване в гостиной и потягиваю виски.

Хорошо.

Чертовски хорошо знать, что все здесь - твое. И ты можешь распоряжаться и менять то, что надоест по своему усмотрению. А, зная свой характер, что-то или кого-то менять я буду часто.

Инна возвращается в гостиную при полном параде.

Космической высоты каблуки, белое кружевное боди с открытой спинкой, подведенные алой помадой губы. Она красуется передо мной, купаясь в желании.

- Потанцуй для меня, детка, - я осушаю виски и закидываю руки за голову. Эрекция давит, голова легкая и я с удовольствием наблюдаю за эквилибристикой черноволосой Ведьмы.

Ха, не даром выбрала белый комплект, замуж хочет, а я не зову.

И не позову.

Инна садится на шпагат спиной ко мне. Прогибается в пояснице. Папа отрывается от пола и я наблюдаю просто восхитительную картину.

А может и позову? Лезет же по пьяни всякая хрень в голову!

Встаю с дивана и, подняв пьяную гимнастку с пола, несу в спальню. На ходу она расстегивает на мне джинсы и запускает руку в штаны. Голодная Ведьма. Я смеюсь и медленно обнажаю ее, наслаждаясь мягкой, упругой плотью в своих руках.

Девочка, сегодня ты будешь кричать для меня.

Инна опытная, игривая и не знает, что такое стеснение. Она тонко чувствует мои желания и, что самый кайф - всегда готова. Сегодня мы не просто занимаемся любовью, мы трахаемся.

И, вколачиваясь в нее, я почему-то думаю об алом платье на запахе и мягкой светлой ложбинке между грудей.

ГЛАВА 11. Сон

Летчики взяли плац в кольцо. В синих парадных мундирах с золотым аксельбантом и поясом в тон, низко надвинутых на глаза фуражках, они смотрели прямо на Веру, от чего той делалось не по себе. За плечами первого круга она видела лица второго, а за их спинами третьего - и так без конца, сколько хватало глаз.

Вера подошла к одному из ребят, ища знакомые черты и не находя их. Двинулась вдоль первого рядя в поисках выхода, но бойцы стояли плотно и поворачивали головы вслед, по мере ее продвижения.

Заиграл гимн и мужчины разом вытянулись по струнке, черты их лиц изменились и Вера с ужасом обнаружила, что стоит в окружении Костиных копий.

Они больше не смотрели на нее. В усиливающемся гуле оркестра, находившегося вне поля ее зрения, появились фальшивые нотки и постепенно величественную мелодию сменил бойкий, трескучий бит чарльстона.

Вера обернулась и зажала рот ладонями.

В обрисованном белой краской круге в центре плаца танцевали двое мужчин. В шляпках-котелках и платьях, как у героев фильма «В джазе только девушки», в таких же париках и с обведенными красной помадой губами.

Ноги отбрасывали коленца так высоко, что Вера различала подвязки на мускулистых, покрытых волосами бедрах. Короткие каблучки цокали по асфальту и, когда танцоры, взявшись за руки, повернулись к ней лицом, Вера узнала сыновей.

- Нет! - крикнула в сердцах и первый ряд сделал шаг вперед - за ним последовали остальные и от шума бряцающих по асфальту сапог у Веры заложило уши.

Паша и Вова самозабвенно танцевали, не замечая никого вокруг. Кольцо солдат с лицами бывшего мужа сжалось еще и Вера запаниковала. Бросилась к сыновьям, но не успела сделать и пары шагов, как чьи-то руки схватили ее и потянули вглубь строя.

Вера проснулась, глотая слезы. Шея затекла и домашняя одежда пропиталась потом. Посмотрела на часы - половина второго.

Это всего лишь сон! Ей просто приснился кошмар. Вера приняла душ и пошла на кухню заваривать чай. Город, укрытый пушистым белым одеялом, спал. Только где-то наверху заунывно пел Армстронг.

Интересно, ее сосед вообще когда-нибудь спит?

Допив чай, Вера вернулась в спальню, но сон не шел. Вызванное видением беспокойство сжимало материнское сердце и ей стоило больших усилий сдержать порыв и не набрать сыновьям тут же. Вместо этого она отправила Вове короткую смс с вопросом про Новый год и забылась тревожным сном без сновидений.

Уже утром, садясь в машину, Вера приняла входящий от сына.

- Алло! Вовчик, привет!

- Привет, мам, у тебя все в порядке?

Вера виновато улыбнулась, но забота сына была ей приятна.

- Все хорошо, просто соскучилась...

- Ну, ясно. Мам, у меня пять минут до первой пары...

- Вы где Новый год собираетесь отмечать, с увольнительной решили вопрос? - выпалила Вера, пока сын не отключился.

- Да, приедем тридцать первого... что? Да, сказал я, Пашок, отвали!

- Вова!

- Извини мам, от брата привет, все, надо бежать, скоро увидимся!

И Вовка отключился. Вера закрыла глаза и прижала телефон экраном к губам.

Скоро увидимся...

Радость, приправленная горечью, сменилась ужасом - как она объяснит им отсутствие Кости? Скажет, что у него дежурство? Или внеплановая операция? Вера дернулась набрать бывшему мужу, чтобы обрисовать проблему и найти решение вместе, но вдруг передумала.

За все время он ни разу не побеспокоился о ней или ее делах, даже из дружбы, в которой так горячо клялся. Он самоустранился, так почему Вера опять предусмотрительно решала его проблемы?

Ответ нашелся быстро - потому что всегда так делала. Окружала заботой, авансом раздавая то, что у нее не просили. Конечно, она исходила из самых благих побуждений, но не это ли воспитало в Косте равнодушие к некогда близким людям?

Хотя, в сложившейся ситуации упреки бесполезны. Она была хорошей, верной женой, готовой подставить в трудную минуту плечо и делавшей все, чтобы трудной минуты не случилось. И не ее вина, что Костя это не ценил.

Вера решила не упрощать ему жизнь. Будь что будет. Если сыновья спросят об отце, она не станет покрывать его и лгать.

Больше не станет.

ГЛАВА 12. На тропе войны

Конец года в любой организации превращался в ад, но для работников муниципальных учреждений - это был ад в квадрате.

Квартальные отчеты сменили годовые, а расчет тринадцатой зарплаты и ведомостей по выполненным закупкам и освоенному бюджету свели в могилу не одного бухгалтера.

Вера работала на износ. Домой приходила поздно, утром, наоборот, приезжала в офис пораньше, чтобы хоть в обед поесть спокойно и не за компьютером.

Мысли о Косте и грядущем празднике отошли на второй план. Как и любимые Верой веселые посиделки женского кабинета в столовой.

- Девочки, обед, - Лена встала из-за стола и кивнула Вере. - Пошли, сделаем перерыв, пока взгляд окончательно не замылился.

Вера, сводившая в этот момент отчет, отстраненно кивнула и продолжила стучать пальцами по клавишам.

- Сегодня без меня, девчат, - Зоя достала из ящика бутыль и порошок для приготовления коктейля. - У меня с собой еще два есть, угостить?

Лена отмахнулась.

- Нет, спасибо, хочу прогуляться. Вер, пойдешь со мной?

Она, наконец, оторвалась от монитора и кивнула. Марина с понедельника ушла на больничный и Вере пришлось взять на себя и ее часть работы

- Пойду, дай только отдышаться, - она потянулась, захрустели суставы и Вера встала. - Зой, тебе взять что-нибудь?

Красотка с розовой челкой отсалютовала им выпитым наполовину коктейлем и от человеческой еды отказалась.

- Ну, как знаешь.

Столовая пустовала и, выбрав дальний стол у окна, они сели и какое-то время ели молча.