Безжалостный соперник (ЛП) - Шэн Л. Дж. - Страница 13

— Это так?

Я стала чуть прямее.

— Я не позволю, чтобы это превратилось в медийный цирк. На кону слишком много.

Не может быть, чтобы Аманда Гиспен действительно думала, что у нее есть шанс. Она явно охотилась за папиными деньгами. Мы собирались отослать ее с солидным чеком и железным соглашением о неразглашении и сделать вид, что этого никогда не было. Папа не виноват, что нанял кого-то, кто выбрал этот путь, когда уволил ее. Теперь все дело было в том, чтобы свести к минимуму огласку этого дела. К счастью, адвокат Гиспен, этот Кристиан Миллер, не обратил никакого внимания на судебный процесс. Пока что. Просчитанный ход с его стороны, без сомнения.

— Мне жаль. — Его улыбка из приятной превратилась в откровенно леденящую. Тут я поняла, что у него острые зубы. Что нижние передние два перекрываются. Небольшой недостаток, который подчеркивал его восхитительные черты. — Кажется, я не расслышал твоего имени.

— Арья Рот. — Я повернулась к нему, давление на мою грудину стало более заметным. Мое тело покалывало от опасности. — А ты?

— Кристиан Миллер. — Он взял мою руку в свою, уверенно сжав ее. — Приятно познакомиться с вами, мисс Рот.

Мое дыхание выбилось из легких. Я распознала катастрофу, когда увидела ее, и, глядя на проницательную ухмылку Кристиана, я точно знала, что меня разыграли. Только один из нас был удивлен раскрытием своей личности, и этим кем-то была я. Он уже одержал верх, когда вошла в приемную десять минут назад. И я глупо — невероятно — сыграла ему на руку. Показала ему свои карты.

— Администратор назвала тебя своим боссом. — К счастью, мой голос оставался ровным. Невозмутимым.

— Сэнди любит прозвища. Очаровательно, правда?

— Ты сказал, что не был партнером, — настаивала я.

Он пожал плечами, как бы говоря:

— Что ты можешь сделать?

— Ты солгал? — подтолкнула я.

— Ну, это было бы не очень спортивно. Я старший юрист.

— Значит, ты… . .

— Адвокат Гиспен, правильно, — закончил за меня Кристиан, сняв бушлат и выставив на всеобщее обозрение свой серый костюм-пятерку.

Двери распахнулись, как по команде. Кристиан жестом показал мне выйти первой, его манеры были безупречны, а ухмылка невыносима. Это было одновременно и странно, и удивительно, как он превратился из потенциального отца моих гипотетических детей в большого злого волка менее чем за шестьдесят секунд.

— Третья дверь справа, мисс Рот. — Я буду через минуту.

— Не могу дождаться. — Я мило улыбнулась.

Я позволила своим ногам нести меня к месту назначения, не смея оглянуться назад, пока собиралась с мыслями. Я все время чувствовала дымчатый взгляд Кристиана, покалывающий затылок. Оценка, расчет, схема.

Я знала, что этот человек воспользуется каждой слабостью, которую я ему покажу, и воспользуется ею в своих интересах.

Один-ноль в пользу хозяев.

***

— Большое спасибо, что нашла время быть здесь, дорогая. Я знаю, как занят твой день, и я, ну. . . смущен. — Папа сжал мою руку, когда я села рядом с ним. Мы сидели за овальным столом в Cromwell & Конференц-зал Трауриг. Потолки с фонарями в небе, церемониальные лестницы, итальянский мрамор с прожилками из розового золота и латунные держатели для ручек говорили мне, что Аманда Гиспен не балуется. Вероятно, она продала несколько внутренних органов, чтобы получить удовольствие от того, что ее представляет мистер Миллер.

— Не будь смешным, папа. — Я провела большим пальцем по внешней стороне его ладони. — Через пару часов все это станет древней историей, и мы сможем вернуться в наши дни. Я ненавижу, что тебе приходится иметь с этим дело.

— Это часть работы, — вздохнул он.

Терренс и Луи, папины адвокаты, сидели справа от него и уже делали записи в своих блокнотах. Они оживленно переговаривались между собой, не обращая на нас внимания. Когда все это началось, они объяснили, что против моего отца была подана жалоба в Комиссию по равным возможностям трудоустройства. Очевидно, это посредничество было частью процесса примирения КСРТ.

Посредник, строгая седовласая женщина в черном платье и белом воротничке Питера Пэна, печатала на своем ноутбуке, уже ожидая истца и ее команду.

Миниатюрная привлекательная женщина в вязаном бежевом платье неторопливо вошла в комнату, сжимая iPad и планшет, в сопровождении ассистента, который балансировал на подносе с напитками. Модная блондинка представилась Клэр Лесавой, младшим юристом. По тому, как она полностью проигнорировала мое существование, я поняла, что Кристиан еще не рассказал ей о моей оговорке. Я задавалась вопросом, наполнил ли он ее чем-то еще, и ненавидела себя за то, что мне было все равно. Он был придурком. Она могла иметь его.

— Что за задержка? — Терренс, у которого было морщинистое лицо броненосца, смотрел на Клэр так, будто она сама виновата в задержке. — Ваш клиент опаздывает на тридцать пять минут.

— Я считаю, что мистер Миллер сглаживает разногласия с мисс Гиспен перед встречей. Это не должно занять много времени. — Клэр ослепительно улыбнулась, наслаждаясь очевидным нетерпением Терренса. Она села перед нами. При ближайшем рассмотрении я решила, что Кристиан определенно общался с этим персоналом. Она была по-журнальному красива.

Через пятнадцать минут вошли Кристиан и Аманда Гиспен. К тому времени собрание опоздало почти на час. Я посмотрела на время на своем телефоне. У нас с Джиллиан была назначена встреча с потенциальным клиентом в Бруклине менее чем через два часа. Из-за дождя и пробок я никак не могла успеть вовремя.

— Простите за опоздание. Нам с мисс Гиспен пришлось еще раз просмотреть заявления о предварительном посредничестве. — Ухмылка Кристиана была так ослепительна, такой добродушной, что не было абсолютно никаких шансов, что этот человек не нуждается в глубоком, длительном психологическом лечении. Кто получал такое удовольствие от рассмотрения дела о сексуальных домогательствах? Даже фиктивных? Юрист. Вот кто. Мой отец предупреждал меня о них. Адвокаты, а не психопаты, хотя и тех, и других следует по возможности избегать. Как человеку, которому за свою жизнь пришлось иметь дело с множеством адвокатов, он мог сказать о них только плохое. Конрад Рот принадлежал к той школе, которая считала, что тонкая грань между юристами и преступниками — это возможность и стипендия. Он страстно ненавидел юристов. Я быстро начала понимать, почему.

— Все в порядке, Кристиан, дорогой. — Посредник тепло похлопала его по руке. Ну, дерьмо. У него уже было то преимущество, что его любили и уважали. Аманда Гиспен и Клэр Лесавой тоже с обожанием смотрели на него.

Кристиан сидел прямо передо мной. Я не сводила глаз с Аманды, которую знала всю свою жизнь. Неверяще моргая, я пыталась примирить человека, с которым я выросла, и женщину передо мной.

Было трудно переварить то, что она была женщиной, которая подсовывала мне печенье, когда я пряталась за ее столом в те дни, когда папа брал меня на работу. Это она дала мне книгу о птицах и пчелах, когда мне было двенадцать, потому что моя мать относилась к моей сексуальности как к единорогу, который никогда не появится. Тот самый человек, который сидит здесь и требует от папы оплаты за то, чего он не делал.

Посредник начал с краткой презентации того, что можно ожидать в ходе процесса. Я бросила взгляд на папу, который выглядел бледным, и его слегка укачивало. Мой отец всегда был больше, чем жизнь. Видеть его таким было ошеломляюще. Когда нам впервые позвонили по поводу обращения Аманды в суд, реакция моей матери была, мягко говоря, странной. Я ожидала хлопанье дверью, крики и театральную постановку. Вместо этого она восприняла эту новость с тихой покорностью. Она отказалась снова обсуждать эту тему и, конечно же, заказала двухнедельное уединение на Багамах, чтобы уйти от всего этого. Она никогда не была ни партнером для него, ни матерью для меня.

Папа нуждался во мне. Сейчас больше, чем когда-либо.

Я сунула свою руку в его руку под столом и нажала.