Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович - Страница 524

Бултых был недостаточно высокомерен. Старый эльф отобрал у вошедших в раж барабанщиков палки и наорал на них. Сам он возвращаться к музыкальной карьере не стал, но взял процесс обучения в свои руки, так что цели я добился.

Привлечение эльфа к обучению неожиданно дало еще один результат. Гобой решил поделиться приемами из своего арсенала рукопашного боя. Его инициатива напомнила мне, что я так толком и не пообщался с будущим замом декуриона разведчиков и инструктором в одном флаконе.

– Гобой, зайди ко мне, – позвал я эльфа, который жестами и скупыми фразами что-то втолковывал Коту.

Дождавшись эльфа, который быстро, но без спешки подошел ко мне, я пригласил его в дом. В ответ на приглашающий жест в направлении гостевого кресла эльф забрался на него с ногами.

Ну и пусть сидит, как ему удобно.

Заняв место за столом, я, чуть подумав, начал важный разговор:

– Так, мастер Гобой, если у вас появилось желание обучать разведчиков боевым приемам, то учите их, как убивать, а не как выступать на арене. На ринг я разведчиков все равно не пущу. От вас мне нужно другое. Научите этих увальней двигаться тихо и скрытно.

Лицо эльфа исказилось. Я не специалист по мимике эльфов, так что нужно запоминать. По-моему, это было презрение.

– Я понимаю, вам кажется, что сделать это невозможно, но нужно постараться. Если среди диких появятся нормальные разведчики, срок вашей службы сильно уменьшится.

А вот это заявление вызвало у эльфа живейший интерес. И неудивительно, мотивация – это наше все. Заинтересовав собеседника, я перешел к более щепетильным вопросам:

– Мне говорили, что эльфы используют духовые трубки и отравленные иглы. Это так?

Хоть и нахмурившись, но эльф все же кивнул.

– Вы можете изготовить их, используя то, что есть под рукой?

Теперь пауза на размышление была дольше, и все же она закончилась утвердительным кивком.

– Мне нужны три состава яда. Один – чтобы просто усыпить человека без малейшего вреда его здоровью, – увидев быстрый кивок, я продолжил: – Второй – для того, чтобы обездвижить врага, но оставить его в сознании. Третий – смертельный. Сразу скажу, использовать его мы будем только в самом крайнем случае. Слава отравителей нам не нужна.

Эльф опять кивнул, и, как мне показалось, в этом кивке была толика одобрения.

– В будущем, если что-то пойдет не так и у вас не будет другого приказа, старайтесь держаться поближе ко мне. Если я незаметно для других покажу этот знак, – не особо напрягая фантазию, я продемонстрировал на пальцах самый известный в нашем мире знак «окей», – а затем покажу один, два или три пальца, вы используете трубку с нужной стрелой. Один палец – это снотворное, два – обездвиживающий яд, три – смертельный.

Я не стал затягивать инструктаж и быстро выложил эльфу, какие именно надежды возлагаю на их странную семейку. Получив в ответ все те же кивки, отправил ушастого восвояси.

Ну что, вроде все насущные проблемы решены, и можно заняться кое-чем по моему профилю. Мелодраматическая сцена с переселением была больше комической, чем трагедийной. И все же кому как не мне знать, что из таких вот мелких глупостей порой вырастают большие проблемы. Лека нужно жестко ставить в рамки, потому что в его возрасте любые разумные доводы проходят мимо. Влюбленный подросток не просто не способен воспринимать конструктивную критику, он даже самые мягкие увещевания сочтет агрессией и злым умыслом.

Тут нужно работать либо значительно тоньше, либо откровенно грубо. Он должен осознать глупость поспешных действий на пути к сердцу возлюбленной или до дрожи бояться их последствий.

Увы, заняться доморощенным Ромео мне не дали. Снаружи вдруг разразился дикий ор. Казалось, что на лагерь напали какие-то жуткие монстры. От неожиданности я выскочил на крыльцо, даже не прихватив свои парные клинки, что уж говорить о броне.

Внутреннее напряжение тут же сменилось облегчением – практически звериный рев оказался проявлением искренней радости. В лагерь входила целая толпа диких во главе с широко улыбающимся Кустом. Он не только доставил в горные селения серебро для голодающих семей, но и приволок пополнение. Младших было много, не меньше сотни.

– Вождь, – подбежал к крыльцу Высокий Куст, – я вернулся, и со мной пришли еще младшие.

Продолжая улыбаться, бывший глава моей разведки словно невзначай повернулся ко мне правым плечом, на котором виднелся свежий шрам.

– О, – притворно удивился я, – вижу, ты стал старшим? Поздравляю. Давно пора.

Казалось, что физиономия Куста сейчас лопнет от самодовольной улыбки. А вот лицо маячившего за его спиной Хитрого Кота особой радостью не отличалось. Он ведь считал свою должность главы разведчиков временной.

Ну, ничего, сейчас мы это исправим.

– Что ж, если старейшины решили тебя повысить, я тоже не стану отставать. Декурион Высокий Куст. – Мой торжественный тон был правильно воспринят диким, и он постарался изобразить стойку «смирно». – Повышаю тебя до центуриона. Ты получишь под командование пару опытных декурионов и займешься обучением пополнения.

Оглушающий рев был ответом на мои слова, причем новички хоть и не понимали, что здесь происходит, орали не тише ветеранов. Хорошо, что с Кустом пришли одни младшие. Это значит, что будет меньше проблем с перевоспитанием. Увы, на этом хорошие новости заканчивались. Теперь мне предстояло найти способ не только экипировать еще сотню диких, но и просто прокормить их. Хуже всего то, что навалившиеся проблемы отвлекали меня от, как мне тогда казалось, менее важных забот. В голове остались лишь мысли о размещении новичков и желание не допустить провала моей новой затеи.

Глава 6

Подготовительная суета затянула меня без остатка, к тому же вечно отвлекали заботы об интеграции новичков. В этот раз все было намного легче. Традиции нового формирования уже устоялись и окрепли, так что легко взламывали племенные уклады и наставления старейшин. Чтобы приструнить строптивого новичка, хватало авторитета центурионов, и только в редких случаях вмешивался Снежный Медведь.

При всех этих заботах ни я, ни Вайлет не забывали о персональных занятиях. Сотник ежедневно гонял меня по тренировочной площадке. Пока удавалось лишь отбиваться от него, используя поочередно комбинацию «щит – кинжал» и два длинных кинжала. Радовало одно – синяков после тренировок становилось все меньше.

Утро решающего дня началось с уже привычных забот. Я традиционно обошел лагерь, наблюдая за тем, как Медведь гоняет по плацу «две коробки» центурий своей манипулы, а центурионы манипулы Вайлета издеваются над легионерами на полосе препятствий. Штурмовики под руководством Утеса и Быстрого Буйвола, в поте лица возвращающего мое доверие, занимались силовыми упражнениями. Большая часть штурмовиков была облачена в усиленную лорику сегментату и выглядела грозно. Увы, привычная суета была нарушена самым грубым образом.

– Вождь, – подбежал ко мне командир разведчиков, которые в виде дополнительной нагрузки занимались охраной лагеря, – у нас чужак в расположении.

– Не понял? – нахмурился я. – И как он здесь оказался?

– Ну… – замялся Кот.

– Не мямли, говори четко!

– Его привела Тири. Мои как-то умудрились их прохлопать. Только сейчас ушастый учуял чужака в доме лекарки и сказал мне.

– И чего ты ждешь?

– Тири сказала, чтобы мы убирались к демонам.

– Даже так? – еще больше удивился я. – Хорошо, пойдем посмотрим, что там за мексиканские страсти образовались.

– Какие страсти? – тут же напрягся любознательный дикий.

– Есть такая страна, жители которой сначала делают, а лишь потом думают.

В ответ декурион разведчиков фыркнул:

– Так у нас таких полон лагерь, особенно новички.

– Это немного другое, – отмахнулся я, направляясь к домику Тири.

Хаоситка все же сумела облагородить запущенное Леком помещение, превратив его в эдакий кукольный домик. Хотя учитывая то, что в этот домик сейчас забрался какой-то мужик, кукольным он уже не казался.