Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович - Страница 724

Основная часть северян не стала бросать коней на преграду, они уже спешивались, чтобы перелезть через телеги и добраться до «подлых предателей». Некоторые даже прыгали с седла прямо на телеги, но таких «акробатов» тут же встречала тяжелая стрела драгуна.

Более осторожные оруженосцы либо пролезали между телегами и нарывались на рыцарей, либо аккуратно переваливались через борта и сталкивались со своими коллегами – оруженосцами из пограничья.

– Руг, держись возле Морофа! – крикнул я профессору и, уронив на землю дорогостоящий лук, извлек из ножен оба клинка. В пешем бою, особенно в сутолоке, укороченные шашки пришлись как раз кстати.

По договору с сэром Даролом я и казаки оставались в резерве и должны были закрывать дыры в обороне. Одна из таких прорех уже образовалась на левом фланге – вражеский рыцарь непонятно каким образом переполз со всем своим железом через телеги и начал раскидывать пограничных оруженосцев ударами тяжелого меча. За ним хлынули оруженосцы-северяне.

Силой тут не возьмешь, а умения у меня пока не хватало, так что пришлось воевать не по правилам. Подловив момент, когда тяжелый меч рыцаря замрет в крайней точке замаха, я нырнул вниз и всем телом врезался в закрытые щитками колени. Увы, финт не получился, и рыцарь устоял на ногах. Сверху мне тут же «прилетело» противовесом рыцарского меча по хребту, но «чешуя» рассеяла основную силу удара. А через секунду рыцарь взвыл, получив подлый укол короткой шашкой под кольчужную юбку. Второй клинок я выронил и ухватился за рукоять первого обеими руками. Рыцарь захрипел и всем весом навалился на меня сверху.

В это время казаки «залатали» прорыв, причем действовали намного ловчее меня – что поделаешь, хорошее дело опыт, особенно когда он есть.

Выбравшись из-под рыцаря и с трудом встав на дрожащие ноги, я осознал одну простую истину – на войне место полководца позади войск на белом коне. Правда, конь у меня черный, но это не повод, чтобы так подставляться. Ведь, в отличие от рыцарей, мне никто не преподавал с детства уроков по маханию тяжелым железом. В этот раз все закончилось нормально благодаря «чешуе», а что будет в следующем бою? Скорее всего, меня подвело самомнение, навеянное «мнимым» опытом отличных воинов, в телах которых некоторое время жил.

Пока я приходил в себя, характер сражения немного изменился. После небольшой паузы на телеги полезли наемники. К тому же граф оказался не таким идиотом, как я думал. Недооценка противника – это очень опасное заблуждение.

Довлон в сопровождении двух десятков оруженосцев обогнул линию возов и врезался во фланг наших лучников. Закованные в латы человек и конь казались танком в толпе голых дикарей. Вот кого обучали с детства, причем неплохо. Каждый удар графского меча раскалывал очередную голову моих людей!

Еще пара секунд – и рыцарь отвлечет драгун от лезущих на телеги горцев, и все будет кончено. Наемников было две сотни, и в близком бою они для драгун вне конкуренции.

Внезапно грохот боя перекрыл какой-то визг. Я повернулся на звук и увидел чешуйчатого всадника. Он, продолжая визжать, скакал в сторону рыцаря, размахивая над головой какой-то тряпкой.

Похоже, граф посчитал действия всадника редким видом сумасшествия. Не скрою, я подумал так же.

Если бы профессор мог нормально управляться с лассо, возможно, враг разгадал бы его план, а так он даже не понял, к чему все эти телодвижения. Огибая графа на безопасной дистанции, Руг каким-то чудом сумел набросить петлю на шею рыцаря и, дав шенкелей лошади, поскакал дальше. Все закончилось довольно комично – канат натянулся, и пленника выдернуло из седла, причем вместе с ловцом. Конь Руга поскакал дальше, оставив седока барахтаться на земле. Но, несмотря ни на что, профессор все-таки сделал свое дело – к графу тут же ринулись оруженосцы-пограничники, а его свиту «поснимали» с седел стрелы драгун.

Бой разгорелся с новой силой, на телеги по-прежнему лезли горцы в своих знаменитых папахах и овечьих безрукавках. В руках они сжимали не менее известные клинки, похожие на турецкие ятаганы. К счастью, наемники были плохо бронированы, и половину горцев с телег сняли стрелами, но далеко не всех.

Волна наемников вот-вот должна была захлестнуть наши ряды, но тут в бой вмешался еще один «помощничек». Я заметил, как одного из горцев проткнули сразу две стрелы – и сзади и спереди. Натиск наемников моментально ослаб. Быстро добравшись до телег, я увидел, как горцы отхлынули назад и ринулись на атаковавших их в спину лесовиков, впереди которых красовался в легкой броне сам маркиз.

– Вот баран, они же порвут их как тряпку, – ругнулся я себе под нос, а затем, перебираясь через телегу, добавил уже для остальных: – В атаку!

Отвлечь наемников мы сумели с небольшим опозданием – несколько десятков лесовиков погибли в считаные секунды, хорошо хоть Сават остался жив.

Не желающих сдаваться в плен горцев добивали еще минут двадцать, а затем лесовики ринулись в лес, вслед за разбежавшимися наемниками из других королевств. С ними по моему приказу ушли некоторые драгуны в сопровождении Охто и Хана. Хтар и волк до этого момента отсиживались в тылу, а когда настала пора вылавливать беглецов, пришел их звездный час.

Поле было покрыто неподвижными телами и стонущими людьми. Для того чтобы разобраться, кто здесь свой, а кто чужой, понадобится немало времени. Уже сейчас везде ходили команды из моих драгун и пограничников. Они переворачивали тела, всматривались в лица и эмблемы на броне, а затем либо поднимали раненых, либо добивали. Но чаще всего они просто шли дальше, оставляя тех, кому уже не помочь, дожидаться похоронных команд.

Я же, с трудом передвигая ноги, добрался до окруженного «свитой» маркиза.

– Ну что, ваша милость, это победа.

Маркиз устало улыбнулся, а его окружение разразилось восторженным воплем. Что примечательно, на «приближенных» не было ни единой царапины. Я же одобряюще кивнул маркизу, а затем перевел взгляд на «друзей» и еле сдержал нехорошую улыбку.

Что ж, теперь есть время заняться этими клоунами.

Глава 4

Партизан

Кроны северных великанов вновь накрыли меня своим великолепным куполом. Прошлый раз я был здесь осенью, и лес казался печальным стариком, а теперь весна омолодила зеленого исполина и вдохнула в него жизнь. Где-то вверху все шелестело, щебетало и потрескивало, а прошлогодняя листва уже не шуршала под ногами и обреченно улеглась в плотный пласт в ожидании долгого процесса тления.

Обстановка в лагере повстанцев почти не изменилась – все те же невидимые глазу чужака дома-схроны и еле заметные тропинки, которые можно легко принять за звериные тропы. А вот поведение людей стало другим. Они больше не таились, а многие даже позволяли себе говорить в полный голос.

Сразу по приезде я даже стал свидетелем настоящего митинга. В мозгу неприятно кольнуло дежавю из земной жизни.

Так, похоже, маркиза Кардея нужно срочно спасать.

Главный лагерь лесовиков я посетил в сопровождении небольшого отряда, который состоял из трех казаков, профессора, Морофа и четырех драгун. Остальные отправились обратно вместе с пограничными баронами. Из семидесяти человек, покинувших поместье Маран, назад вернутся только сорок. Хотя, судя по напутствию сотника, которое он дал своему заместителю, отряду драгун недолго быть в неполном составе. Гражданская война и рассказы о вольной жизни на границе наверняка соблазнят многих лесовиков на переселение – ведь им уже нет необходимости идти в неизвестность.

За баронство я не опасался – Курат на пару с Никорой справятся с хозяйством, опираясь на мои разработки. В изобретении нового местные жители не блистали, а вот в сохранении имеющегося и его развитии они были большими мастерами.

Прогулка по лесу радовала не меньше скачки по степи. Не скажу, что на Земле нет подобной красоты, просто я никогда не отдалялся от бетонного «леса» унылых и пыльных коробок, а пригородные рощи уже давно не вызывают восторга даже у закоренелых романтиков.