Магия, хаос и убийство (ЛП) - Брайант Тесса - Страница 5

— Что? Ты буквально попросила меня быть здесь, когда расскажешь ей. — Отрезала Руби, сбросив ноги на пол.

— Да. Когда я ей расскажу, а не для того, чтобы ты проболталась, как будто мы обсуждаем погоду.

Мэллори с минуту наблюдала за их спором, а затем сделала еще один глоток ужасной на вкус, дымящейся паром жидкости. Кажется, это немного помогло ей. Она допила ее и поставила на приставной столик, а затем повысила голос, чтобы остановить разворачивающийся перед ней спор.

— Эй! Головная боль. Помните? — воскликнула она, и они обе захлопнули рты. — Может, вы двое перестанете препираться, как старая супружеская пара, и поговорите со мной? Просто скажите мне, что происходит!

Они обменялись еще одним взглядом, и Хоуп провела рукой по лицу:

— Мэл, мне очень жаль. Я действительно пыталась придумать, как лучше поговорить с тобой об этом, сказать тебе правду, но…

Когда Хоуп замялась, Руби прорычала:

— Хватит. У нас нет на это времени.

— Руби, не надо…

— Нет. Ты хотела, чтобы я была здесь, поэтому я здесь, и если ты не можешь сказать это, то скажу я. — Руби встретила пытливый взгляд Мэллори. — Послушай, Мэл. Ты ведьма, настоящая ведьма, творящая заклинания, с магией в венах. Как и Хоуп, как и твоя мама, как и твоя бабушка. Вы — потомки салемского ковена, который ушел на запад, спасаясь от преследования. Ваша семья и еще несколько человек основали Темпест как убежище для всех сверхъестественных существ. Магия реальна. Она окружает нас повсюду, и раньше ты знала об этом, но, когда ты решила уехать из города, ваша бабушка сочла за лучшее связать твои силы и скрыть твои истинные воспоминания. Ты сказала, что хочешь жить нормальной жизнью, и она сделала тебя нормальной. Но ты не нормальная, и теперь, когда бабушки больше нет, заклинание, которое она наложила на тебя, ослабевает, и твои настоящие воспоминания, те, в которых есть магия, начинают возвращаться. Ты сможешь снова увидеть настоящий Темпест — тот, что полон волшебных существ и сверхъестественных созданий. Поздравляю с возвращением магии, и добро пожаловать домой.

Мэллори перевела взгляд с подруги, которая, как ни странно, гордилась собой, на сестру, которая с ужасом смотрела на Руби. Ей захотелось рассмеяться. Ей действительно хотелось. Но они выглядели настолько серьезными, что по позвоночнику пробежала дрожь ужаса.

— Вы не шутите?

— Нет. — Хоуп выглядела виноватой.

— Не может быть.

— Мэллори, вспомни прошлую ночь. Помнишь ли ты, как приехала в Темпест? Куда ты пошла? Что ты делала и видела? — Хоуп протянула ей руку и ободряюще сжала ее.

Голова все еще болела, и чем больше она пыталась сосредоточиться на прошлой ночи, тем больше ей казалось, что она раскалывается на две части, но Мэллори заставила себя думать. Когда автобус высадил ее, уже стемнело, и она была раздражена тем, что Хоуп не встретила ее. Она пошла на улицу к Сильви, чтобы купить что-нибудь поесть, потому что глаза ее обманывали, и она решила, что это от голода. Но как только она оказалась внутри старого паба, то увидела вещи, которые не имели никакого смысла, и это напугало ее до смерти.

Это было пьянящее сочетание усталости и стресса. Это не было реальностью. Это не могло быть реальностью. Ведь так?

— Это было на самом деле, Мэл. — Хоуп снова сжала ее руку, и Мэллори отшатнулась.

— Ты что… прочитала мои мысли?

У сестры хватило благородства сделать виноватый вид:

— Прости. Это часть моего дара. Если я прикасаюсь к кому-то, то иногда могу видеть, о чем он думает в этот момент.

— Ты можешь читать мысли? — Мэллори ахнула.

— Иногда.

— Потому что ты ведьма? — Она моргнула, когда ее сестра кивнула.

— Да.

— И я тоже?

— Да. — Хоуп тяжело вздохнула: — Я знаю, что это должно быть шоком, но по мере возвращения памяти ты будешь вспоминать правду. Возвращение сюда, в Темпест, думаю, ускорит этот процесс, потому что тебя окружает мир, который Нана от тебя скрывала.

Мэллори колебалась между недоверием и принятием. Она не могла отрицать того, что видела, так же как не могла отрицать, что сестра прочитала ее мысли. Где-то в глубине души крошечный голосок шептал, что это правда. Она была ведьмой из могущественного рода, а ее бабушка отняла у нее то, что принадлежало ей по праву рождения, и все потому, что Мэллори хотела жить за чертой города Темпест.

— Значит, вся моя жизнь — ложь? Все, что я помню? Все, что я сделала и построила для себя? Все это основано на лжи?

Хоуп тяжело сглотнула:

— Ты хотела уехать, и Нана решила, что если ты хочешь нормальной жизни, то она должна тебе ее дать. Если бы ты обнаружила свою магию, если бы ты использовала ее, ты могла бы всех нас раскрыть, поэтому она сделала то, что сделала. Я действительно верю, что Нана пыталась защитить тебя.

— Скрывая от меня, кто я на самом деле? — Мэллори почувствовала себя преданной, когда она задумалась над тем, что говорит ей сестра, и затем ее настигло осознание. — Часть заклинания была направлена на то, чтобы я никогда не думала о возвращении домой, не так ли? Все эти годы меня не было, я никогда не думала о том, чтобы вернуться, ни на праздники, ни на дни рождения, ни на что другое. Пока ты не позвонила и не сказала, что она умерла.

— Мне очень жаль. — Мягко сказала Хоуп. — Я ненавидела то, что она сделала, даже если была согласна с тем, что это был единственный способ обеспечить всем безопасность. Я ненавидела то, что не могла по-настоящему поговорить с тобой. Что я не мола рискнуть навестить тебя. Я так скучала по тебе, сестренка, и так рада, что ты теперь дома и знаешь правду.

Мэллори кивнула, принимая удар за ударом. Теперь все стало намного понятнее. Причина, по которой ее разговоры с Хоуп всегда казались такими скованными и неестественными. Ее сестра не могла говорить свободно, и это вбило клин между ними. Мэллори чувствовала это, хотя и не знала, почему именно.

— Итак, эти ужасные головные боли? Это часть действия заклинания? — Она нахмурилась.

— Думаю, да. — Хоуп кивнула. — Я думаю, это твой мозг пытается объединить мир, который ты видела благодаря заклинанию Наны, с реальным, магическим миром, но я никогда не сталкивалась с чем-то настолько мощным, поэтому не могу быть уверена. Когда начались головные боли?

— С той минуты, как я вернулась в Темпест.

— А до этого ты не замечала ничего странного?

— Ты имеешь в виду, кроме того, что меня уволили и я обнаружила своего парня в постели с нашей соседкой как раз перед твоим звонком? — Она покачала головой и простонала. — Нет. Ничего странного.

— Нью-Йорк сам по себе довольно странный, может быть, она просто не заметила, потому что не знала, что искать. — Руби подсказала, и Мэллори бросила взгляд на подругу.

— Вполне возможно. — Хоуп задумчиво хмыкнула. — Сверхъестественные существа есть везде, не только в Темпесте, но если заклинание Наны медленно исчезает, то тебе могло потребоваться больше времени, чтобы увидеть магический мир в таком месте, как Нью-Йорк. В Темпесте же твой мозг знает, что от тебя скрывают, и работает сверхурочно, чтобы собрать твои воспоминания воедино.

— Значит, когда я верну свои воспоминания, эти головные боли пройдут? Заклинание будет продолжать ослабевать теперь, когда Нана…

— Да. Похоже, что так. И думаю, что чем дольше ты будешь находиться в Темпесте, тем быстрее это произойдет. Это место построено на магии, и твои воспоминания тоже здесь. Чем дольше ты будешь в городе, тем быстрее начнут всплывать твои истинные воспоминания. — Хоуп прикусила нижнюю губу, снова засуетившись. — То есть… если ты вообще захочешь остаться после всего, что я тебе рассказала. Знаю, что у тебя есть своя жизнь в Нью-Йорке, и я не буду пытаться помешать тебе вернуться туда, если ты этого хочешь.

Мэллори подумала о своей жизни в Нью-Йорке. О той жизни, которая была ей так нужна, что она сбежала из Темпеста, как только представилась возможность. Она поступила в Нью-Йоркский университет с целью стать человеком, которым гордилась бы ее бабушка, но при этом потеряла больше, чем могла предположить. И ради чего? Парень-изменник и работа с шестидесятичасовой неделей, с которой ее вышвырнули, как только она перестала играть по их правилам? Это была не совсем та жизнь, о которой она мечтала.