Таверна «Ведьмино Зеркало» (ЛП) - Келли Сиана - Страница 20

— Снимай обувь и толстовку, и мы начнём.

Его рубашка и жакет лежали на длинной кожаной скамье, стоявшей вдоль стены. Я сняла туфли, носки и стянула толстовку через голову, оставив всё это рядом с его одеждой.

Циновка ощущалась странно под моими босыми ногами. Она была не похожа на те, что были в школьных спортзалах. Она была тоньше и сделана из какого-то тканого материала, который не позволял скользить.

Клайв, выглядевший более великолепно, чем кто-либо имел на это право, ждал меня, лезвие упиралось ему в плечо. Когда я подошла ближе, он притянул меня к себе для яростного поцелуя, от которого у меня мозги потекли из ушей.

— Я уловил последний фрагмент твоей мысли, когда спускалась по лестнице, — выдохнул он мне в губы. — Должен ли я отпустить их?

Я оттолкнула его.

— Нет, — я знала, что мои щёки пылают из-за аудитории. — Позже, — одними губами произнесла я, заставив его громко рассмеяться.

— Попробуй мечи, которые я подготовил для тебя. Посмотрим, понравится ли тебе какой-то из них.

Он возобновил свои тренировочные взмахи, пока я двигалась к столу.

Мечи были изумительными, некоторые длинные и тонкие, как те, что используются в фехтовании, некоторые короткие и широкие. Я не могла идти по улице с огромным мечом, пристёгнутым к спине, поэтому быстро исключила их.

Там был один, длиной примерно с моё предплечье, который мне понравился на ощупь. У него был хороший вес, но он не тяготил бы меня в бою. Он был обоюдоострым, с выгравированным на лезвии словом.

— Фиор? Что это значит — огонь или цветок?

Остановившись на середине замаха, Клайв сказал:

— Правда. На гаэльском это означает «правда», — он с усмешкой вернул свой палаш на стол. — И я знал, что он для тебя.

Клайв поднял что-то, сделанное из кожаных ремешков.

— Я даже принёс ножны.

Опустившись передо мной на колени, он поправил ремни так, чтобы они надёжно облегали мою талию и бёдра.

— Я чувствую себя мастером стрельбы из револьвера с этой штукой.

— Стрельба — сильная сторона Рассела. Фехтование — моя сильная сторона.

Он встал, направляя мою руку и, следовательно, меч в ножны.

— Попрактикуйся вкладывать и вынимать из ножен, пока не научишься делать это плавно и без раздумий.

— К твоему сведению, этот комментарий о мече звучал очень пошло, — прошептала я.

— Оставьте нас, — приказал он.

И Рассел, и Лиан немедленно направились к выходу.

Я подняла руки.

— Остановитесь. Он пошутил.

— Нет, я не шутил.

— Ты, тише, — сказала я, размахивая рукой перед его лицом.

Обращаясь к остальным, я жестом пригласила их вернуться.

— Как и ты.

Рассел, я могла бы сказать, нашёл нас забавными. Лиан, с другой стороны, была шокирована, что я отменила приказ Магистра.

— Хорошо, — сказала я Клайву. — Научи меня, как им пользоваться.

Он был безжалостным инструктором, демонстрируя правильную технику для бесчисленных движений, объясняя, когда их использовать. Он исправлял любые отклонения с моей стороны, наблюдая, как я непрерывно тренируюсь. Было чувство, что прошло несколько часов, и я, обессиленная, рухнула на циновку. Протянув мне бутылку с водой, он позволил мне пыхтеть на полу, пока обсуждал мои успехи с Расселом и Лиан.

Когда он почувствовал, что я готова, мы перешли к спаррингу, я с мечом, он без оружия. Я боялась, что могу случайно порезать его, когда мы схлестнёмся, но причин для беспокойства не было. Я ни разу не приблизилась к нему. Он был чересчур быстр.

Уже близился рассвет, когда мы закончили. Уроки Рассела были перенесены на следующий вечер. Как бы мне ни хотелось научиться как можно быстрее, мои мышцы слишком устали, чтобы держать пистолет ровно.

Лиан шагнула вперёд.

— Клайв, у нас есть время сделать ещё несколько телефонных звонков. Возможно, мы могли бы связаться…

— Не сейчас.

Клайв схватил меня за руку и повёл к специально спроектированному лифту, которого я не заметила.

У меня было мгновение, чтобы заметить, что Лиан смотрит нам вслед с пустым выражением лица, прежде чем двери закрылись, и я оказалась прижата спиной к стене, а губы Магистра вампиров впились в мои губы. Часы отчаянного желания его и вот, наконец, мы остались одни. Слишком скоро я услышала, как открылись двери.

Его руки скользнули вниз, обхватили мою задницу и приподняли меня. Обхватив его ногами за талию, я позволила ему отнести меня в нашу комнату, наши рты слились воедино. Он пинком захлопнул дверь, а затем моя спина оказалась прижатой к двери. Я не могла насытиться им, мои руки скользили вниз по его рукам и груди, по его волосам. Время прелюдии, наконец, подошло к концу.

Он стянул мой топ через голову, и всё, о чём я могла думать, было «Слава Богу». Мой лифчик исчез. Чёрт, Клайв был хорош. Он разорвал мои джинсы посередине, а затем прижал меня к двери. Даже его рот на моём не смог заглушить стон. У нас было мгновение, мельчайшее мгновение, чтобы посмотреть друг другу в глаза, затихшие, наслаждающиеся моментом, когда мы наконец-то оказались там, где мы хотели, до того, как его руки оказались на моей груди, а пальцы перекатывали мои соски.

Клыки скользнули вниз по моей шее, он погружался в меня снова и снова. Напрягая мышцы, я не отставала. Он был совершенен. Когда я больше не могла сдерживаться, я притянула его голову к своей шее. Его клыки вонзились в мою кожу, я крепко сжала его, а потом мы оба воспарили.

Несколько минут спустя, всё ещё дрожа, я высвободила ноги с его талии. Он изменил наши позы, заставив меня снова застонать, а затем отнёс меня в ванную.

— Я ещё не закончил с тобой.

Наконец он опустил меня и включил душ. Пока он регулировал температуру, я избавилась от порванных джинсов, которые упали вокруг моих лодыжек. Как он мог всегда хорошо выглядеть? Я была уверена, что была в полном беспорядке. Взглянув в зеркало, начинающее запотевать, я поймала своё отражение. Хм. Когда мои волосы были распущены? Я выглядела более взъерошенной и сексуальной, чем потной. Ура мне!

Клайв втянул меня под горячие, парообразные брызги, а затем провёл по мне скользкими, мыльными руками. Набрав пригоршню густой кремовой пены, я последовала его примеру, и, в конце концов, мои руки обхватили ту часть его анатомии, которая мне очень нравилась. Взгляд его глаз заставил мой желудок затрепетать.

Как только мы оба были тщательно вымыты и пресыщены, мы снова вытерлись полотенцем и, наконец, добрались до кровати. Оконные щиты опустились. До рассвета оставалось всего несколько минут, но мой парень не зря был Магистром вампиров. На этот раз настойчивость исчезла, и осталось лишь нежное почтение. Медленно, нежно мы целовались и ласкали друг друга, оба находя любовь и дом.

Когда мы соединились в темноте, это был вздох. Я так сильно любила его, что чувствовала, что вот-вот лопну. И когда нежное удовлетворение вспыхнуло пламенем, мы прильнули друг к другу. Все вампиры в доме уже отключились, когда я сменила положение и поднялась, оседлав Клайва. Его ловкие пальцы держали меня крепко и требовательно. И когда я была готова вспорхнуть, именно его руки, переплетённые с моими собственными, удерживали меня связанной с миром.

Позже, обнявшись друг с другом, мы наконец-то заснули.

Слишком много ночей, когда я слишком мало спала, доконали меня. Я забыла завести будильник. В результате проснулась почти в два часа дня, давно пропустив часы, в которые, как говорила Марта, мы могли проводить уроки. Досадуя на себя, я оделась и пустилась в долгий путь до Колмы.

Это было приятно. Прошло много времени с тех пор, как я совершала хорошую, длительную пробежку в своей истинной форме. Из-за открытия «Убиенной Овечки» и последовавшей за этим драмы время пробежки в одиночестве было отодвинуто в сторону. Игнорируя маршрут, предложенный моим телефоном, я создала свой собственный, который вёл меня через наиболее зелёные зоны.

Я пробежала через парк Золотые ворота, спустилась мимо озера Мерсед, парка Уэстмур, пересекла автостраду и, в конце концов, снова оказалась в тумане, пробегая мимо одного кладбища за другим. Таверна «Ведьмино Зеркало» была открыта уже несколько часов, когда я вошла через фальшивые ворота. Поскольку это был бар фейри, я понятия не имела, какой приём меня ждёт.