Таверна «Ведьмино Зеркало» (ЛП) - Келли Сиана - Страница 27

Он ухмыльнулся и поцеловал меня в нос.

— Мы так не думаем, нет. А теперь расскажи мне, как ты себя чувствуешь.

— Немного кружится голова и болит, но далеко не так плохо, как я думала, что буду себя чувствовать.

Когда я пошевелила плечом, последовала быстрая вспышка боли, а затем ничего.

Он потянулся назад, выключил свет и устроился поудобнее.

— Я всё ещё контролирую твою боль. Однако, когда я усну, эффект исчезнет. У тебя на тумбочке есть лекарства и бутылка с водой.

Обычно он заключал меня в объятия, но я была слишком разбита для этого. Вместо этого он в темноте обхватил мою руку своей.

— Я буду бодрствовать как можно дольше. Постарайся заснуть. Если нам повезёт, ты сможешь уснуть до того, как я отключусь.

Нам, к сожалению, не повезло. Как только Клайв отключился, миллион болей дали о себе знать. Как можно осторожнее, я выскользнула из кровати и включила прикроватную лампу. Яркий свет был подобен удару молотка по голове. Я приняла лекарства и воспользовалась ванной, понимая, что Клайв, должно быть, помыл и стёр грязь, сажу и кровь, прежде чем одел меня в мою любимую пижаму и заплёл волосы. Для безжалостного ублюдка он был довольно мил.

Эта короткая прогулка вымотала меня. Шаркая ногами, я вернулась в кровать, выключила лампу и скользнула под одеяло. К счастью, лекарства сделали своё дело, и меня снова затянуло в сон.

Несколько часов спустя, когда я проснулась, я чувствовала себя лучше. Естественное исцеление оборотня, усиленное магией Лайлы и лекарством доктора Андерфута, означало, что, хоть я и не пришла в норму, я шла на поправку. Всё это исцеление также означало, что я была голодна.

Я надела тапочки и мешковатую толстовку с капюшоном, натянув её поверх пижамы, а затем зашаркала по коридору к лифту. Между мной и едой было два лестничных пролёта.

Норма, вероятно, сидела в своём кабинете, но я избегала её, направляясь прямо на кухню. Я не хотела объяснять, почему я была одеревеневшей и покрытой синяками. Я нашла в холодильнике стейк, спаржу и тарелку с рисом.

Почувствовав себя ещё лучше после еды, на этот раз я выбрала лестницу. Один долгий горячий душ спустя, я надела свои самые мягкие, самые свободные штаны для йоги и толстовку с капюшоном, снова надела тапочки и оставила волосы распущенными. В тот момент моё плечо было не готово к плетению кос.

Не желая больше избегать неминуемого, я медленно спустилась по лестнице и направилась прямо в библиотеку. Горе было как тиски в моей груди, когда я всё осмотрела. Библиотека была вычищена. Мебель в дальнем конце огромной комнаты осталась, как и моё место у окна. Остальное — каменные, деревянные и гипсовые обломки, разлетевшиеся по комнате, — было расчищено. Все испорченные, подписанные книги, которые были разбросаны по полу, убраны.

Красивый деревянный пол был обожжён. Восстановление библиотеки должно было стать грандиозной задачей. Желая чем-то помочь, я подошла к краю зоны взрыва, где книги всё ещё ненадежно стояли на полках, и начала их перебирать. Когда я нашла ту, которая была слишком сильно повреждена, чтобы её можно было сохранить, я полезла в карман, чтобы сфотографировать обложку. Я хотела составить список названий, которые нам нужно было заменить. Мой карман был пуст, и я вспомнила, что мой телефон пропал. Столкновение с осколками мрамора оказалось не совместимо с техникой.

После нескольких часов занятий действие лекарства закончилось, и я была измотана. Мне следовало подняться наверх, но у меня не было сил. Я бы врезалась в стену.

— Извините меня, мисс Куинн.

Я повернулась и увидела Норму, стоящую у отсутствующей стены.

— Да?

— Вам можно вставать? Вы хорошо себя чувствуете?

Её искренняя забота помогла побороть непреодолимую печаль этих руин.

— Я в порядке. Я просто быстро устаю.

Я указала на своё место назначения, место у окна.

Она пересекла почерневший пол и подошла ко мне.

— Мне сказали, что вам нужен новый телефон. Его только что доставили.

Она протянула мне маленькую сумочку с ручкой, в которой была коробка.

— Спасибо. Я настрою его позже.

— Уже сделано. Вы можете пользоваться.

— Ещё раз большее спасибо.

Мне было трудно держать веки открытыми.

Норма взяла меня за руку и повела за собой.

— Я запрограммировала свой номер в вашем телефоне. Если вам что-нибудь понадобится, звоните. Хорошо?

— Конечно.

Подойдя к сиденью у окна, я завернулась в плед, подложила под голову подушку и быстро заснула.

ГЛАВА 17

Ищите женщину

Несколько часов спустя я проснулась от звука тихих голосов, доносившихся издалека. Повернув голову, я увидела Клайва, Рассела и Годфри, погруженных в такой тихий разговор, что даже я не могла разобрать их слов. Должно быть, моё сердцебиение изменилось, потому что они повернулись все как один. Если бы они мне все так не нравились, это было бы ужасно.

— Она жива, — пошутил Годфри.

Мгновение спустя Клайв уже сидел на краю сиденья у окна, положив руку мне на лоб.

— Никакой лихорадки. Как ты себя чувствуешь?

Проверяя, я двигалась и сгибалась, находя больные места.

— В основном нормально. Ключица пока ещё болит. Плечо чувствует себя прекрасно. Голова ещё не совсем пришла в норму, но не более чем головная боль. Я в порядке.

Наклонившись, он поцеловал меня. Мягкий, нежный, по-своему исцеляющий, поцелуй быстро превратил постель больного в будуар. Только некоторое время спустя, когда мы оказались прижатыми друг к другу, я вспомнила, что у нас была аудитория.

Оттолкнув его, моё лицо, без сомнения, пылало, я обыскала библиотеку в поисках мужчин.

— Куда они делись?

— Я отослал их прочь.

Улыбаясь, я провела кончиками пальцев по его идеальной челюсти.

— Ой.

Его губы снова были на моих, и я потеряла всякую мысль, пока снова не набрала воздуха. На этот раз я была на нём сверху, глядя в его бурные серые глаза.

— Здесь нет стены. Любой может пройти мимо и увидеть нас.

— Не тогда, когда им приказали уйти.

Его взгляд был пылким, когда он провёл руками по моей спине, прежде чем опустил их на мою задницу.

— А им было приказано.

Оседлав его, я слегка потерлась об него, от чего он застонал. Он скользнул руками под толстовку и нашёл мою грудь, лифчик ему не мешал, так как я не одела его. Когда его большие пальцы коснулись моих сосков, я была близка к тому, чтобы сбросить с себя одежду и стянуть с него штаны, но я ни за что не собиралась раздеваться в таком открытом месте.

Я положила свои руки поверх его, успокаивая их.

— Наверху. Не на открытом месте, как сейчас.

Он открыл рот, чтобы возразить, а потом всерьёз посмотрел на меня.

— Конечно.

Он поднял меня на руки, а затем почти взлетел по лестнице в нашу спальню. Я добилась большого прогресса после нападения. Я любила Клайва и доверяла ему. Я могла бы обнажиться и быть с ним близка. Однако я не зашла так далеко, чтобы быть незащищённой и уязвимой рядом с окружающими. Страх заставил бы меня бороться с тошнотой и отвлёк от всего, что он делал.

Как только мы остались одни, за закрытыми дверями, характер наших занятий любовью изменился. Глупая, захватывающая скорость внизу превратилась в длинные, целебные поглаживания наверху. Наша одежда упала на пол. Клайв повёл меня к кровати.

К тому времени, как мы упали на простыни, часть глупости и насущности вернулась. Он всегда мог сделать это — исцелить и воспламенить поцелуем, лаской. Когда его клыки скользнули по моему горлу, я стряхнула с себя беспокойство. Перекатив нас, я снова оседлала его, отчаянно растянувшись по всей его длине.

Переплетя наши пальцы, я напряглась, сменила позу и приняла его, сделала его частью себя, нас. Мы быстро нашли наш ритм, и когда его руки снова оказались на мне, я уже воспарила. Всё ещё в агонии, он перевернул нас обратно, вколачиваясь в меня сильно и быстро, захватывая нас обоих.