Лотос (ЛП) - Смит Т. Л. - Страница 21

Но… она быстро отстраняется — настолько быстро, что теперь я касаюсь лишь воздуха.

— Твою мать, — произносит она, закрывая глаза и качая головой.

Моя потребность в ней вернулась с удвоенной силой. Я хочу ее также сильно, как и она меня, и я ее получу.

Глава 16

Лотос

Жизнь — дерьмо! Моя жизнь официально превратилась в дерьмо.

Эта мысль крутилась в моей голове в тот момент, когда Макка увидел меня. Я была так погружена в свои мысли, что не стала возражать, когда он на руках занес меня внутрь клуба.

Орион видит меня и его глаза темнеют. Он качает головой, и тяжело вздыхая, осматривает мое тело. Он моя слабость. Вдыхать его аромат, быть к нему настолько близко убивает меня. Я хотела увидеть и понять, изменили ли нас эти годы. Была ли наша страсть плодом моей фантазии. И теперь я знаю, что нет. Орион — моя слабость, и могу сказать это одним прикосновением губ.

Осматриваюсь вокруг, и удивляюсь, как вообще оказалась в его номере. Уйти от Роана без всего было не самым умным решением. Даже если и забирать нечего, следовало, как минимум, захватить телефон. Хотя он сейчас бесполезен, учитывая, что Роан удалил все мои контакты.

Макка, как мне его представили в кофейне, увидел меня, бродившей по улице перед его клубом, напротив кофейни. Это место располагалось недалеко от нашей с Роаном квартиры, и к тому моменту, как я подошла к кофейне, моя голова была абсолютно пуста. Я устала.

Макка не оставил мне выбора, когда поднял меня на руки и понес внутрь. Я была благодарна за этот жест, потому что мои ноги замерзли и сильно болели. А затем пришел он. Орион зашел в кабинет, и слова застыли у меня во рту, неспособные вырваться наружу.

— Орион.

Орион слегка опускает голову, и когда закрывает глаза, я знаю, что он собирается сделать. Время, проведенное в разлуке, ничего не изменило, наши действия по отношению друг к другу остались прежними. Мы все те же люди, хотя и немного более сломленные.

— Блядь. — Орион тянет свои прекрасные каштановые волосы, потом открывает глаза и смотрит на меня.

Мое дыхание тяжелеет, про себя я едва успеваю досчитать до трех — это минимальное время, которое мы выдерживаем без прикосновений. Мы одновременно тянемся друг к другу. Мои руки касаются его лица, а одна рука Ориона скользит к моим волосам, а другая спускается ниже к моей заднице, крепко сжимая ее пальцами. Наши тела тесно соприкасаются, сексуальная энергия слишком высока, как это всегда и было.

Одно прикосновение. Один вкус. Но все равно мало.

Это наше падение.

Мы утонули друг в друге так сильно, что нас не заботили проблемы внешнего мира, но едва мы расстались, они обрушились на нас.

Руки Ориона разделываются с моей одеждой, пока я все еще прижимаю свои ладони к его лицу, целуя его, вдыхая, и не желая отпускать. Орион нужен мне словно воздух, и в этот важный момент он и есть мой воздух.

— Блядь! — снова произносит Орион, отстраняясь ровно настолько, чтобы стащить с меня платье. Он видит, что под ним.

Это не для него.

Это не для него.

Мои руки бессильно опускаются, и я в панике отхожу. Теперь мы не касаемся друг друга. Орион в замешательстве смотрит на меня. Никогда раньше я не прерывала наш контакт, обычно с радостью приветствовала его.

— Это не для тебя, — тихо произношу я.

Орион понимающе кивает. Затем отходит, оставляя меня стоять в белье, что я надела для Роана. Я чувствую себя виноватой и грязной, поднимаю взгляд на Ориона и выпаливаю:

— Что ты делаешь?

Он идет на меня с ножом в руке. Это должно напугать меня. Я знаю, как Орион искусно обращается с ножом. Взрослея с таким парнем, слышишь разные истории, и не все из них приятные. Холодное лезвие касается меня, проскальзывая между кожей и тканью. Орион режет ткань и повторяет свои действия, пока все белье не падает на пол. Я остаюсь обнаженной прямо посреди комнаты. Орион смотрит на меня стальными темно-синими глазами с ножом в руке.

— Чувствуешь себя лучше?

Я просто киваю, и нож опускается вниз. Одежда Ориона падает передо мной, и теперь он так же обнажен, как и я.

Мы словно магниты; нам не следует быть вместе, потому что в тот момент, как мы соприкасаемся, противоположные полюса оказывают на нас такое сильное влияние, что сопротивляться просто невозможно. Я думаю лишь об одной вещи, одном имени, одном мужчине. Я делаю шаг, желая коснуться каждой части Ориона Харли, вспомнить каждую деталь, что я позабыла за эти годы.

— Дай мне утонуть, Лотос, позволь мне вспомнить.

Я закрываю глаза, и маленькая слезинка катится по моей щеке. Орион целует ее след и поднимает меня на руки, затем заносит в спальню и укладывает на кровать. Его тело накрывает мое, губы на короткий миг опускаются на мой рот и он отстраняется. Я тут же ногтями впиваюсь в спину мужчины, и зубами кусаю его плечо. Удерживаю, желая, чтобы Орион не сдвигался ни на сантиметр. Чтобы остался на месте — на мне, во мне.

Толкнувшись, я чувствую его там, где хочу. Орион опускается на меня, поднимает голову и смотрит в глаза. Я зачарованно наблюдаю, как он толкается внутрь меня. В такие моменты стальной цвет исчезает из его глаз. Он становятся синими-синими, и это так разниться с его обычным цветом — практически черным. Я вижу в этих глазах синеву, только когда мы вместе, вот так. Как же я могла упустить такую мелочь. Пока Орион двигается, не отрывает от меня взгляда, даже когда я открываю рот, даже когда прикрываю веки. Его глаза прикованы ко мне, потому что созданы для меня. Эти глаза — мои, Орион говорит так все время; и сейчас он говорит мне, что он мой.

Слова слетают с его губ:

— Твой.

Орион знает, что я хочу услышать это. Слова придают мне силу, приносят мне удовольствие. Удовольствие знать, что такой мужчина, как Орион, такой скрытный, которого никто не знает по-настоящему, смотрит на меня и говорит, что принадлежит мне. Что я единственная живая душа, которая знает, что значит быть любимой Орионом Харли.

Это было чертовски волшебно.

Пока все то, не произошло с нами.

Тогда, даже тогда, это был чертов кайф.

Я бы никогда не сдалась, если бы Орион не попросил.

Мы жили в пузыре — вот в чем была наша проблема. Никто не проникнул бы в него. Никто бы и не посмел — не с Орионом. С молчаливым, но смертельно опасным.

Орион обхватывают мою грудь, опускает голову вниз и прикусывает зубами сосок. Я провожу руками по его спине и хватаю за задницу. Выгибаюсь и отдаю ему всю себя, пока он двигается внутри, трахая меня так же, как я и помнила.

Кайф… какой же чертов кайф.

Я ощущаю каждый его сантиметр.

Орион перехватывает мои руки, со своей задницы, и прижимает их над моей головой. Его рот касается моих губ, просто пробуя, затем отстраняется. Возвращается к моей груди, посасывая каждую, продолжая трахать меня.

Мы не занимаемся любовью. Нет. Мы с Орионом не знаем, как заниматься любовью. Мы слишком торопимся, слишком кайфуем для такого. Мы трахаемся. Всегда, и в этом проблема — мы стали зависимы.

— Сильнее…

Едва слова покидают мой рот, и Орион дает то, что мне нужно. Он выходит из меня, а затем врезается, заставляя кричать от удовольствия. Я не могу двигать руками, они в ловушке его ладоней. Моя спина не желает касаться кровати. Я отдаю себя ему без моего согласия. Разве не забавно, как работают разум и тело?

Я никогда не должна была отдавать себя кому-то другому.

Я не должна была отдаваться так свободно.

Я не должна была отдаваться Роану.

Я никогда не принадлежала Роану.

И в этом проблема.

Мои ноги начинают дрожать, крепче сжимая Ориона, и я кончаю. Толкаясь в меня жестче и быстрее, он присоединяется ко мне, и достигает разрядки. Мои ноги спадают на кровать, все так же подрагивая. Орион опускает голову на мою грудь, губами лаская мою кожу, его член все еще внутри меня.