"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 189

Ася подобралась к Судоплатову и громко пропищала:

– Вежа сообщает о выходе наших из крепости! Говорит, минут через десять можно переносить огонь!

Павел кивнул.

– Слышали, артиллеристы?

– Так точно! – отозвался «главный канонир». – По вокзалу?

– Лупите!

– Есть!

– Муха!

– Рядовой Муха…

– Отставить. Данила, готовь взрывчатку. Начинишь по полной!

– Так точно!

– Володя!

– Я понял! Доставим!

Шесть трофейных «Бюссингов» отъехали к Бресту, навстречу отступавшему отряду Гаврилова. Последняя гаубица еще стреляла по казармам, а первую уже чуток разворачивали для обстрела железнодорожной станции.

Пристрелявшись – Вежа наблюдал за «экзекуцией» с пожарной каланчи, «подрабатывая» корректировщиком, – батарея принялась все так же неторопливо и безжалостно забрасывать снаряды на пути Брест-Литовского железнодорожного узла. Корежить паровозы и вагоны, цистерны и склады. И вот еще одно зарево осветило темное небо…

К рассвету, совершив две ходки, шоферы вывезли всех защитников Брестской крепости. Мест не хватало, но «гавриловцы» готовы были и пешком уходить к своим. Раненый, буквальным образом опаленный войной, командир осажденных подошел к Судоплатову и неловко представился:

– Майор Гаврилов.

– Майор Судоплатов.

– Ну, вы им и врезали, товарищ майор!

– Старались! – засмеялся Павел. – Муха!

– Все готово, товарищ майор госбезопасности!

Судоплатов улыбнулся: Данила уточнил его звание специально для Гаврилова, чтобы тот проникся[201].

– Уходим!

Обстрел закончился, но в ушах все еще звенело, а весь мир, казалось, шатался. И вот позади колонны грянуло. Шесть взрывов ударили сообща, куроча гаубицы. Хороши пушечки, слов нет, только вот на разборку и доставку не оставалось времени.

Отряд «Олимп», в один момент пополнившись на четыре сотни человек, возвращался с победой.

А. Гусев:

«Среди защитников Брестской крепости самыми ненадежными оказались не конвойники (которые были преимущественно славянами, членами ВЛКСМ и ВКП(б), а поляки. Вот как это описывает писарь 333-го полка А. И. Алексеев:

«До начала войны проходили учебные сборы приписного комсостава Брестской области, ранее служивших в польской армии. Несколько человек из приписного состава прошли через мост, повернулись в левую сторону реки Муховца, вдоль земляного вала, и один из них держал в руке белый флаг, перешли на сторону врага».

Это случилось 22 июня!

Среди защитников Брестской крепости было много представителей разных национальностей: русские, украинцы, евреи, грузины, армяне…

Но массовое предательство наблюдалось только со стороны поляков.

Почему немцы понесли столь большие потери?

Бойню в Брестской крепости они устроили себе сами.

Не дав возможности выйти из крепости бойцам Красной Армии, немцы начали штурм.

Защитники Брестской крепости в первые минуты штурма были настолько ошеломлены, что практически не оказали никакого сопротивления. Благодаря этому штурмовые группы немцев прошли на центральный остров, захватили костел и столовую.

И в это время крепость ожила – началось побоище.

Именно в первый день – 22 июня – немцы понесли в Брестской крепости наибольшие потери.

Это «новогодний штурм Грозного» для немцев. Ворвались почти без выстрела, а потом оказались окружены и разгромлены.

Интересно, что снаружи крепость почти не атаковалась.

Все главные события происходили внутри.

Немцы проникали внутрь и изнутри, где не бойницы, а окна, атаковали развалины.

В самой же крепости никаких подземелий и подземных ходов не было. Советские бойцы прятались в подвалах, а стреляли часто из окон подвалов.

Завалив двор цитадели трупами своих солдат, немцы отошли и в последующие дни не предпринимали таких массированных штурмов, а двигались постепенно, атакуя развалины артиллерией, саперами-взрывниками, огнеметами, бомбами особой мощности…

Некоторые исследователи утверждают, что 22 июня немцы понесли в Брестской крепости треть всех своих потерь на Восточном фронте.

В кино и литературе рассказывается о трагедии Восточного форта. Как он защищался до 29 июня. Как на форт немцы сбросили полуторатонную бомбу, как сначала из крепости вышли женщины и дети. Как потом сдались остальные защитники форта, а командира и комиссара среди них не оказалось.

Однако форт № 5, по данным немецких документов, держался до середины августа!»

Глава 17

«Быстроходный Гейнц»

Паче чаяния, «секретный разъезд» не был тронут немцами. То ли Бергман не успел о нем сообщить, то ли посчитал засаду приоритетной задачей. Гитлеровцы уже начали подозревать, что Полесье, примерно с этих мест и начинавшееся, от линии железной дороги Брест – Барановичи к востоку и юго-востоку, является лесной цитаделью партизанщины, но в Берлине даже не представляли истинный размах движения Сопротивления.

Защитников Брестской крепости разместили там же, где и прочих окруженцев – в станционных срубах разъезда, а «олимпийцы» отправились дальше. В приступе профессиональной паранойи, Судоплатов возвращался на базу другой дорогой и выбрался как раз к взлетному полю.

Танки и тягачи было решено припрятать в дальнем схроне, в самых дебрях. Путь туда был таков, что следов гусениц не оставалось – их скрывали вода и ряска. Покружить технике пришлось изрядно, но проводник из отряда Батьки Миная дорогу знал и вывел-таки танкистов на сухой «остров» среди топей. Здесь «олимпийцам» грозила только вражеская авиация – посуху подобраться не удастся.

Первыми Павла встретили зенитчики Сапарова, несшие службу у «взлетки», и с почетом проводили до лагеря. Аня Камаева торжественно вручила Судоплатову шифровку:

«Андрею.

Разрешение на ликвидацию генерал-полковника Гудериана получено. Для оперативных целей вашей группе, товарищ старший майор государственной безопасности, выделяется трофейный «Юнкерс-52» из состава 81-й авиадивизии дальнего действия.

Павел».

– Поздравляю, товарищ старший майор госбезопасности! – сказала она торжественно. – С повышением вас!

– Служу Советскому Союзу! – ответил Павел, подумав, что не прекращал этой службы даже тогда, когда СССР распался. – Вот что, позови-ка Трошкина, Шереметева, Ермакова и Муху.

– Есть, товарищ старший майор!

Посмеиваясь, Судоплатов прошел в штабную землянку. После долгого пути все, задействованные в операции «Крепость», больше всего хотели выспаться, но в штаб прибыли все, как штык. Правда, с мокрыми волосами – освежались.

– На той неделе вылетаем в Горки – это за Могилевом. 15 июля там должен быть Гейнц Гудериан…

– Тот самый? – вырвалось у Мухи.

– Тот самый. Начнем потихоньку добиваться моей цели…

…Трехмоторный «Юнкерс» прилетел на базу «Олимп» в ночь на 14-е. На следующий день, поздно вечером, был назначен вылет. Судоплатов почитывал «Воспоминания солдата», написанные Гудерианом, и знал, что генерал-полковник в этот самый день прибыл на КП в одиннадцать вечера. Правда, случилось это «в прошлой жизни», а вот будет ли Быстроходный Гейнц так же пунктуален и нынче…

Однако сводки с фронта свидетельствовали, что положение выравнивается – немцы, несколько замедлившись в первые дни войны, снова набрали темп.

«Что ж, – подумал Павел, – если не повезет, будем импровизировать…»

Группа его из пяти человек погрузилась и вылетела без задержки. «Тетушка Ю», как называли немцы «Ю-52», была рассчитана на семнадцать пассажиров, так что Павлу со товарищи было просторно. Ровно гудели двигатели, за прямоугольными окошками чернела ночь. Однажды с земли опознали «своих», и какой-то из немецких аэродромов пригласил на посадку, бросая лучи прожекторов и пуская ракеты. «Тетушка Ю» жеманно покачала крыльями и полетела дальше. Группа разведчиков-диверсантов мирно дремала, развалившись на сиденьях.