"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 206

Лагерь отряда «Победители» был разбит в Сарненских лесах, километрах в ста двадцати от Ровно. Ближе всего располагалась деревня Рудня-Бобровская. Лагерь не имел столь четкой планировки, как у римских легионеров – посередке стояли землянки штаба, штабной кухни, санслужбы и радиовзвода. Вокруг этого ядра разместились подразделения – строевые и разведки. Летом бойцы жили в «чумах», как они сами звали свои шалаши, а вот с приходом холодов следовало озаботиться куда более теплыми убежищами. «В прошлой жизни» отряд устроился на зимовку в Рудню-Бобровскую, хоть и случилось это в 42-м году. Крестьяне их хорошо принимали, вот только опасной была подобная дружба – фашисты в конце концов спалили деревню, а ее жителей, тех, кто не успел удрать в лес, расстреляли. Потому-то Судоплатов и настраивал командиров отрядов на полную автономность – выстроить землянки не так уж и сложно, особенно если не заниматься лесоповалом, а перевезти в лагерь бревна разобранного сруба – после фашистов хватало брошенных домов.

«Медведевцев» собралось уже под три сотни, пополнение шло за счет окруженцев и молодежи из селян. Судоплатов не успевал здороваться – казах Дарбек Абдраимов, повар со штабной кухни; испанцы Бланко, Ривас, Гросс; Толя Капчинский, голубоглазый атлет; кряжистый майор Федор Пашун, начальник штаба; доктор Цессарский, больше смахивавший на начинающего интерна, и его друг, Гриша Шмуйловский; Серега Стехов, замполит; радистка Марина Ких, и еще, и еще… Молодые, здоровые, живые…

– Ты дывысь! – радостно удивился великан Приходько. – Це ж сам товарищ старший майор!

– Угадал! Привет, Микола.

Очень спокойный, похожий на «белокурую бестию» Николай Кузнецов сначала отдал честь, а уже потом крепко пожал руку Судоплатову.

– Готов к труду и обороне?

– Всегда готов! – улыбнулся Николай.

– Э! – расплылся в улыбке Ривас, с великим трудом понимавший по-русски, и потряс разобранным «Шмайссером». – Я полезный ремонтир!

– Верю! – рассмеялся Судоплатов.

Было еще не слишком поздно, поэтому партизаны решили развести костер да и посидеть малость у огня – не каждый же день прилетают гости из Москвы!

– Что вы на меня смотрите? – улыбнулся Павел, усаживаясь на лавку-бревно. – Рассказывайте давайте!

– Ну, мы, товарищ старший майор, поначалу в Мозырском лесу прописались, – начал Медведев. – Обосновались во временном лагере, стали фашистов «проведывать», а потом отправились в рейд, одновременно и в поход – к Сарненским лесам. Перевалили через железную дорогу Ковель – Киев, на разъезде Будки-Сновидовичи был бой с немцами. Они партизан искали, а вышли на нас. Ну, мы им и всыпали. Так и добрались до Сарненских лесов. От нас ближе всего два райцентра – Сарны и Клесово, там стоят немецкие гарнизоны. А в двадцати километрах от Ровно находится Здолбунов, узловая станция, через которую поезда идут из Германии, Чехословакии и Польши на Восточный фронт и обратно. Ну, и сам Ровно, конечно, – от нас до города километров сто двадцать. Все под боком! Стали людей искать, подтягивать, агитировать, чтобы нам помогали. Вон, в Клесово у нас «дядя Костя» есть, Константин Ефимович Довгер, человек верный. Да много таких! В контакт с подпольщиками входим, с партизанами.

– В Сарнах подпольной группой верховодит начальник станции Мурад Фидаров, в Здолбунове – Дмитрий Красноголовец. Люди на нашей стороне! – продолжил Королев. – Целыми деревнями для нас продукты собирают, а в крупных селах мы такие «маяки» завели – по восемь-десять бойцов. В Вирах, в Селищах, Людвиполе, в Озерцах. Местные их комендатурами кличут и харчи передают. И курьеры туда же донесения тащат, а от «маяка» уже другие, прямо до нашего лагеря – так и быстрее выходит, и скрытность обеспечивается. Местные понемногу вливаются в отряд, оттого и растем. Первыми, наверное, стали партизаны из отряда «батьки Василя», потом человек пятьдесят из группы Струтинских, поляки Юзефа Курьяты…

Павел слушал и кивал. Потом и сам начал повествовать, описывая свое нечаянное приключение. Скомандовать отбой было делом нелегким, но совместными усилиями Судоплатова и Медведева это удалось. «Товарища старшего майора» уложили в штабной землянке, где он и уснул, закутавшись в тулуп. Было тепло, печка-каменка хорошо отдавала жар, Павлу лишь дважды пришлось вставать, чтобы подкинуть дров. А утром, за скудным завтраком, он поинтересовался у Дмитрия, как у отряда с провизией.

Медведев смутился.

– Последнюю неделю не ахти, – признался он.

– Понятно… А на фольварк «Алябин» вы заглядывали? Это в Клесовском районе.

Дмитрий покачал головой.

– Планировали только, – оправдался он. – Крестьяне нам жаловались уже на управляющего имением. Сам же фольварк оттяпал для себя начальник гестапо города Сарны, майор Рихтер.

– Вот, Митя, давай туда и наведаемся. Пора майору Рихтеру делиться!

– Согласен! – расцвел Медведев.

«Экспроприировать экспроприаторов» отправилось пятьдесят бойцов. На лыжах, в белых маскхалатах, с винтовками и автоматами, обмотанными лоскутьями рваных простынь. Их могло выдать только движение. Стоило отряду замереть, и белые фигуры терялись, сливаясь с заснеженным лесом.

Судоплатов давненько не ходил на лыжах, но устать как следует не успел – послышалось мычание коров и лай собак. Поредели деревья, и показался фольварк – некогда богатый хутор, хозяйство местного куркуля, был «прихватизирован» гестаповцем Рихтером. Гитлер пообещал всем солдатам и офицерам имения-фольварки, и на оккупированные земли ринулась голодная и жадная до чужого добра орда. Рихтер был одним из первых, кто не стал дожидаться, пока доблестный Вермахт выйдет к линии Архангельск – Астрахань, отбросив большевиков к Уралу, и умоется из Волги. Бравый майор сразу наложил лапу на хороший земельный надел, отобрал у крестьян скот, а самих туземцев заставил батрачить. С его-то нервной работой было полезно питаться свежими «млеком и яйками»…

Судоплатов внимательно оглядел фольварк – коровники, свинарники, конюшни, просторные амбары, добротный хозяйский дом. Сразу бросалась в глаза разница – работники бегали, суетились, скотину подкармливая, снег расчищая, а охранники в фельдграу ступали важно и степенно, покрикивая да прикладами поддавая нерадивым. Хозяева!

– Ну, что? – сказал Павел, опуская бинокль. – Командуй, Митя.

– Группа Приходько, – заговорил Медведев, – заходите с тыла. Творогов и Лукин – ваши группы нападают с флангов. Струтинские – ты, Николай, и ты, Жорж, – вы начинаете от ворот. Гросс, на тебе снос ворот. Снайперы, работаете из леса. Микола, тебе дольше всех выходить на позиции. Как выйдешь, дашь красную ракету – и все в атаку!

– Добре, – прогудел Приходько.

Времени прошло совсем немного, а фольварк уже был окружен. Взвилась красная ракета, и в то же мгновенье грохнуло – взорвались заложенные Хосе Гроссом заряды. Монументальные ворота вздрогнули, словно пугаясь блеска разрывов, пошатнулись и упали во двор.

– Ура-а!

Партизаны бросились на штурм, экономно расходуя патроны. Защелкали снайперские винтовки, сухим треском ответил автомат. Когда Павел с Дмитрием спустились к рухнувшим воротам, все уже было кончено, лишь изредка раздавались контрольные выстрелы. Работники с энтузиазмом поддержали партизан, всем скопом набросившись на спесивого управляющего. Тот, видимо, полагал, что принадлежность к германской нации сама по себе вселяет робость в души унтерменшей.

– А с этим шо? – спросил батрак в замызганной телогрейке.

– А вон! – Судоплатов махнул в сторону снесенных ворот. Два столба, на которых болтались сорванные петли, перекрывались гребенчатой крышей. – Свободное место есть. Веревку найдете?

– Найдем!

Вскоре управляющему накинули петлю на шею и вздернули, казня за все его безобразия. А партизаны вовсю готовили обоз – запрягали лошадей в сани или навьючивали их. Хлеб, масло, крупа, сахар, мед, яйца – всего было в избытке. Заверещали свиньи, их кололи и тут же разделывали. Осмолив на пылавшей соломе, укладывали парящие туши в сани. Ту же процедуру провели с бычками и телками, а дойных коров отдали крестьянам. Прибрав трофейное оружие, обоз двинулся в лес. Среди бойцов отряда потерь не было, даже не ранили никого, только одному партизану отстрелили каблук.