"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 340

Подвывая, истребители закружились в карусели, но очень скоро все смешалось, красные звезды и синие свастики замелькали, вращаясь во всех измерениях.

– К пусковым!

ТЗМ уже была тут как тут, спеша зарядить пусковые установки новой порцией зенитных ракет.

– Заряжай!

Первый взвод бегом зарядил ракету, Лягин сам состыковал ее борт с пусковой.

– Первая готова!

– Принято.

За какие-то минуты большая часть группы бомберов была спущена с небес на землю, на очень жесткую землю – черные копотные столбы дыма клубились над лесом, обозначая места падений.

Лягин унял напряг и даже ухмыльнулся, наблюдая за уцелевшими «Бленхеймами» – все же финны туговаты. Немцы быстрее соображали – мигом сбрасывали бомбы, чтобы облегчить самолеты, и драпали. А до этих только сейчас стало доходить – вон, разворачиваются. Ничего, далеко не улетите…

– Седьмая, пуск!

– Есть седьмая пуск!

– Восьмая… Девятая…

«С-15», изящные и хищные, легко догоняли неуклюжие бомбовозы. Финны пытались отстреливаться, но поймать в прицел стремительную ракету никому не удалось. Одна из ЗУР сработала нештатно – не рванула на подлете, выстреливая кучно поражающие элементы, а пробила «Бленхейму» брюхо, взрываясь внутри.

Так было еще зрелищнее – фюзеляж раздулся будто, а в следующее мгновенье его разнесло на мелкие кусочки. Хвост в одну сторону, крылья в другую – закувыркались в болото. Бедные лягушки.

«Моранам» тоже не повезло – «Ла-5» их здорово проредили, а те пилоты, кому не изменила удача, заспешили домой.

Лягин не стал тратить на них ракеты – мелочь, да летуны и сами разберутся с «горячими финскими парнями», как их Марлен называл.

Вон, потянулись «лавочки» на север, догоняют «моранов» и бьют по ним. Азарт, видать, одолел.

– Отбой! Молодцы, хорошо отстрелялись.

– Служим трудовому народу!

Вечер выдался удивительно тихий – ни стрельбы, ни взрывов. Финны то ли затаились, то ли драпанули, не понять. После утреннего авианалета неприятель зенитчиков не беспокоил.

Говорят, высокие чины в Хельсинки упрашивали Берлин перебросить им хотя бы эскадрилью «Мессершмиттов» из Норвегии, но получили отказ – немцам самим нечем было сопровождать «Юнкерсы», бомбившие Мурманск. Да и самих «Юнкерсов» нехватка была – на Севере тоже «С-15» постаралась, общипала люфтваффе.

Так что Лягин прилег в отличном настроении. Вряд ли удастся выспаться, но полночи – его…

Разбудил капитана далекий гул. Вздрогнув, он проснулся, но быстро успокоился – гудение моторов надвигалось с юга. Это шли «Пе-8».

Запуск планирующих бомб Лягин заметил – бледные огонечки протянулись по косой.

Огонечки опадали, а когда они пропали за кромкой леса, то яркие, дрожащего света вспышки очертили пильчатую линию ельника. Дрогнула земля и докатились раскаты – это УБ курочили досы, поднимали на воздух грузовики, разрывали до скального основания блиндажи.

Зарево за далеким лесом разгоралось в одних местах, в других затухало. Гул самолетов затихал в небе, но ему на смену спешила канонада – батареи гаубиц, тяжелых и особой мощности, начинали свой «концерт по заявкам». Грохотало долго, на севере земля дыбом вставала, а потом к оркестру добавился чудовищный «вокал» – заревели, завыли «катюши», посылая свои пламенные приветы, перепахивая, пережигая вздыбленную землю.

Лягин встал и потянулся. Хорошо!

– Подъем! – скомандовал он. – Гусев, заводи свои таратайки. Снимаемся и следуем за группой прорыва – вдруг что летучее уцелело.

– Собьем, товарищ капитан! – успокоил его командир батареи ЗСУ.

Глава 13. Конвой PQ-16

Английские берега Лушин покинул на борту новенького десятитысячника «Стивен Хопкинс», отправившегося из бухты Лох-Ю в Шотландии к Рейкьявику.

Тридцать пять транспортов уже кучковались неподалеку от столицы Исландии, в Хвальфьорде. В их трюмы было напихано грузов на семьсот миллионов долларов.

И 16 мая, ближе к вечеру, суда начали выход в море. Впрочем, вечер ли был или утро, уже не имело значения – здесь, в северных широтах, стоял полярный день.

Стали уходить вдаль аспидные скалы, расцвеченные полярной сиренью. Швыряясь брызгами, взлетали крутобокие «Каталины», вертелись в небе, как огромные заполошные чайки. Протяжно трубили медные боевые горны на кораблях эскорта.

– Доброй удачи нам всем! – выдали динамики жестяными голосами. – Задраить люки, клинкеты и горловины, проверить крепления трюмов. Мы выходим в открытое море – и да благословит нас всемогущий Господь, наш заступник!

Выстроившись в две кильватерные колонны, суда направились вокруг Исландии на север. Миновав мыс Стромнесс, транспорты и военные корабли перестроились в походный ордер – девять колонн по четыре судна в каждой. Конвой отправился в сторону острова Ян-Майен, на встречу с основными силами охранения.

Хотя уже дымили, держась рядом с транспортами, два линкора – американский «Вашингтон» и английский «Кинг Джордж V». «Вашингтон» был чуть ли не первым штатовским кораблем, оборудованным радарами – вон они, «уши», вертятся вкруговую. А «англичанин» весь какой-то неухоженный, борта грязные, потеки ржавчины повсюду. Потасканная «владычица морей».

Линкоры легко догонял эскортный авианосец «Эвенджер» с десятком «Си-Харрикейнов» на высоко задранной палубе.

Шли корабли помельче – Лушин ясно видел крейсер «Тускалуза», эсминец «Амазон» и что-то совсем уж маленькое…

Антон пригляделся – тральщик «Позарика».

Если погода будет всем им благоприятствовать, а немецкая авиация не обнаружит конвой, то уже через две недели транспорты подойдут к Архангельску и бросят якорь у острова Мудьюг.

Чуть ли не каждый третий пароход походил на «Стивена», как команда небрежно называла судно. А ничего удивительного: они все были одного типа – «Либерти».

Эти тихоходные, но вместительные лоханки собирались всего за месяц на американских верфях. Цельносварные, без единой заклепки, они были очень дешевы – потопят если, не жалко. Иногда «Либерти» и сами тонули – переламывались напополам. Дешевки.

С виду эти скороделы выглядели вполне прилично – надстройка точно посередине (чтобы не растягивать коммуникации…), две мощные грузовые стрелы и десяток легких кранов-пятитонников. А в пять грузовых трюмов можно было загнать двести шестьдесят средних танков – это больше десятка железнодорожных составов!

Впрочем, «Стивен Хопкинс» был загружен не танками или снарядами, а дюралюминием, моторами «Роллс-Ройс» для тяжелых бомбардировщиков и ящиками с тушенкой.

Команда была небольшой, едва полсотни человек, и на удивление спокойной – на других транспортах в рейс уходило такое отребье, что капитан с офицерами не рисковали появляться без «кольтов».

Матросы несли вахту, дули пиво, изредка возились с единственным 102-мм орудием и десятком автоматических зенитных пушек.

Лушин делил тесную каюту с двумя из них – Борденом Ченси из Техаса и Родериком Конвеем, типичным янки. Впрочем, втроем собираться им не удавалось – то Борд, то Родди стояли вахту.

На третий день пути Антон проснулся от холода. Закутавшись в одеяло, он сел и глянул на Ченси, глубокомысленно скребущего щетину на подбородке.

– Что так холодно?

Борден задумчиво глянул на попутчика.

– Холодно? Да разве это холодно… Лето! Вот мы в феврале ходили, вот когда колотун был! Зато ни один «адольф» не пролетал – штормило чуть ли не все время, тучи, туман, снег мокрый… Да-а… По семь пар теплого белья напяливал на себя, а все без толку. Хорошо еще, догадался в Мурманске купить ихние valenky, хоть ногам было тепло. А теперь… Не знаю. Я уже два раза в Россию смотался, сейчас – третий. И как-то у меня душа не лежала, чтобы в мае идти. Море спокойное, небо ясное… «Адольфы» нас точно разглядят, а они, считай, до Шпицбергена долетают, и никак их не обойдешь – дальше на север сплошной лед…

На четвертый день пути конвой миновал остров Ян-Майен, безлюдный и безрадостный, чья вершина была скрыта туманом. Ян-Майен лежал посередине между Норвегией и Гренландией и был как веха, предупреждающая конвой: дальше пролегает опасная зона.