"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 363

– А, ну да. В принципе, мы разрабатываем сразу две бронемашины, связанные между собой, – плавающий танк и БМП. У них будет одна база и легкое бронирование. На танк поставим 76-мм орудие, а на БМП – 37-мм. БМП тоже будет плавающей, мы даже катки для нее полыми сделаем, чтобы лучше на воде держалась. Главное тут – компоновка. Двигатель на БМП расположим впереди, боевое отделение с маленькой конической башенкой разместим посередине, а сзади хватит места для пятнадцати, даже для двадцати десантников. То есть пехота не бежать будет до вражеских окопов под огнем – ее доставят на место, и уже там «царица полей» себя покажет.

– Умно, – оценил вождь.

– Конечно! – горячо поддержал Тимофеев. – Плохо то, что сразу не выпустишь столько БМП, сколько требуется. Но давайте хотя бы для Смоленской наступательной операции изготовим… Ну, сколько успеем!

Иосиф Виссарионович кивнул и перевел взгляд на Марлена. Тот развел руками.

– Мне добавить нечего, товарищ Сталин. По моей части разве что ракеты «воздух – воздух» остались, но тут уж лучше… Бать!

Исаев-старший кивнул.

– Завод по выпуску «Ис-15» у нас только один, зато этой осенью он выйдет на проектную мощность. Полагаю, что в этом году можно будет говорить об авиадивизиях реактивных истребителей. Тем более что сейчас на вооружение начала поступать эта самая новая ракета «К-3», а ею пилот может сбивать вражеские самолеты любых типов, причем с одного попадания. Весь вопрос – в людях. Нужно срочно обучать летчиков. Хм… У нас, впрочем, все срочно и везде аврал, а иначе и нельзя – война! Вот только обещать Западному или Калининскому фронтам наши машины мы не можем – все они поступают на Юго-Западный и Донской, где сейчас все решается. Однако новыми «По-8» и «Ла-5ФН» мы обязательно пополним авиаполки фронтовой авиации.

– Сколько успеете, – усмехнулся вождь.

– Да, товарищ Сталин.

– А вы чем нас порадуете? – Иосиф Виссарионович обернулся к Тимофееву-старшему.

– Да я сейчас, в основном, не красноармейцам, а краснофлотцам помогаю, – ответил тот. – Над ракетными бомбометами мудрим – РБУ станет закидывать реактивные глубинные бомбы, чтобы гробить немецкие подлодки. Все у нас получается, но надо устранить массу мелочей, они-то и отнимают время. Ничего, справимся как-нибудь. Пусть лучше Краюхин доложит. Леха!

– Да-да, – вздрогнул Краюхин-старший и нерв-но потер руки. – Мы вполне освоили выпуск пистолетов-пулеметов Судаева. ППС получился куда легче и удобней ППШ, сам Алексей Иванович тому поспособствовал, мы его привлекли. А вот с автоматом Калашникова пока проблемы, «калаш» быстро не создашь. Прежде всего, тут нужен новый промежуточный 7,62-мм патрон, а уже под него создадим оружие. Такой патрон мощнее обычных пистолетных, он обеспечит большую прицельную дальность. Нам известно, что немецкая компания «Вальтер» разрабатывает автомат МКб-42 под промежуточный патрон, и отстать тут никак нельзя. Так что работа идет. Кстати, самого Михаила Калашникова мы тоже пригласили в Центр, вот только тут пикантная ситуация – автомат как бы уже есть, а вот его конструктор еще только задумывает будущее изделие. Полагаю, что будет правильным дать Михаилу Тимофевичу такое техзадание, чтобы он сам пришел к идее «АК». Подсказками мы его тоже не обделим…

– В принципе… – Михаил Краюхин пожал плечами. – Не думаю, что есть необходимость разруливать все эти пикантности. Не обязательно будущий автомат будет «калашом», есть и другие оружейники, не хуже – Булкин, например, или Дементьев, Коробов, да тот же Судаев. Главное, чтобы у Красной Армии был лучший в мире автомат, вот и все.

– Согласен, – кивнул Сталин и легонько ударил ладонью по столу. – За работу, товарищи!

Глава 27. Блицкриг

Подготовка к наступлению на Смоленск заняла весь остаток лета, захватив начало сентября. Немецкий агент Фламинго, он же агент НКВД с оперативным псевдонимом «Гейне», передавал абверу совсекретные сведения о стягивании советских войск в район Ржева, где якобы РККА готовит прорыв.

Гитлеровцы очень ценили этот «источник», поскольку их агенту удалось устроиться в советский Генштаб. Они, правда, не знали, что донесения, которые они получали, действительно готовятся в Генштабе РККА, вот только представляют собой тщательно выверенную дезинформацию.

Разумеется, немцы не отличались легковерием и всеми доступными средствами контролировали ситуацию. Например, когда Фламинго сообщил об отправке эшелонов с танками в направлении Ржева, то завербованные немцами прислужники пробрались к железной дороге, где наблюдали состав, на платформах которого действительно перевозили танки, тщательно укрытые брезентом. И откуда этим предателям было знать, что выступавшие «орудия» являлись бревнами, а «корпуса танков» были сколочены из горбыля? Ну, подтверждение ушло в абверкоманду, и ладно. А когда Жуков, отозванный с Донбасса, прибыл под Ржев, немцы приступили к активной переброске дивизий туда же, укрепляя 9-ю армию Моделя. Надо же как-то отразить удар русских!

Вот только реальные советские дивизии скапливались совсем в другом месте, готовясь к наступлению на Спас-Деменск. Пока немцы распыляли свои силы, русские их сосредотачивали.

Танковые колонны двигались по ночам, пробираясь глухими лесными дорогами. Так же ночью перебазировались эскадрильи, двигалась пехота – «царице полей» обеспечили максимальную мобильность, придав невеликий парк БМП и БТР, зато количество грузовиков «Студебеккер», «ГАЗ-ААА» и «УльЗИС» исчислялось десятками тысяч. И на это тоже был свой расчет – мотострелковые батальоны не должны были отставать от танковых бригад. Не догонять бронетехнику сутками, топая пешком, не задерживать танки прорыва, а следовать за их бронированными «спинами», не отставая ни на шаг. Только так можно было обеспечить молниеносность в лучших традициях «блицкрига».

Активная фаза операции «Суворов» началась 16 сентября.

Ранним утром солдаты и офицеры 4-й полевой и 2-й танковой армии вермахта были разбужены громовыми раскатами: началась часовая артподготовка – по сто шестьдесят пять стволов орудий и минометов на километр. Били пушки, работали «катюши», сотни «Ту-2» и «Пе-8» бомбили немецкие окопы, блиндажи, дзоты, не жалея обычных фугасок, напалмовых или шариковых бомб.

Немецкая оборона в районе Спас-Деменска была прочной и глубоко эшелонированной, но нет такой крепости, какую не способен взять русский солдат! Для проведения операции выделили всего лишь пять планирующих бомб, зато уж использовали боеприпас с умом – три из них использовали для «срытия» Гнездиловской высоты, где засели фрицы.

Бомбардировщики шли волнами и ткали «ковровую дорожку» – сыпали бомбы часто и густо, перелопачивая, пережигая землю широкой полосой.

После обстрела эрэсами «катюш» с «андрюшами» никакая мина не выдерживала, подрывалась, но все-таки первыми в наступление шли танки-тральщики. Иногда саперы вызывали «Змеев Горынычей», и те добавляли грохоту, пробивая в уцелевших минных полях широкие проходы.

Их одолевали «КВ» и «тридцатьчетверки», стреляя на ходу, а за танками прорыва, во второй линии, поспешали самоходки, ТНПП и «транспортеры пехоты», как в Красной Армии называли БТР. Бронетехника уничтожала укрепления и танки противника, пехота истребляла живую силу.

Ударом 21-й и 33-й армий севернее, а 10-й – армии южнее Спас-Деменска войска Западного фронта прорвали оборону противника и, тесно взаимодействуя с 49-й армией, поддержанные 1-й и 3-й воздушными армиями, окружили и уничтожили спас-деменскую группировку немцев. Тогда же части 3-й танковой армии заняли стратегически важный аэродром «Шайковка» с бетонными ВВП – советские летчики мигом обжили его, совершая вылеты на железные дороги Брянск – Вязьма и Сухиничи – Смоленск, на узловую станцию Занозная и Варшавское шоссе. Горели цистерны с топливом, рвались вагоны с боеприпасами, шли под откос «пульманы», набитые офицерьем из ваффен-СС.

К 18 сентября Спас-Деменск был освобожден, части 4-й немецкой армии, понесшей большие потери, отходили за рубеж «Хаген».