"Фантастика 2023-148. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Динаев Дино - Страница 532

— Теперь будем ждать, — сказал Картазаев. — А вы, Галочка, может идти.

Однако она не ушла. Как выяснилось впоследствии, это спасло ей жизнь. Девушка присела напротив Картазаева на табурет и, сложив руки так, что они приподняли в боевое положение ее замечательные груди, лукаво посмотрела на него.

— Вы меня заинтриговали, — улыбнулась она, и как понял Картазаев, натренированной улыбкой. Женщины идут на все, чтобы удовлетворить природное любопытство. — Кто вы? У нас я вижу вас впервые. Вы ведь не врач?

— Лучше бы я им стал, — вздохнул Картазаев.

— А больной ваш родственник? Наверное, внук?

Ответить Картазаев не успел, потому что Артур дернул головой и приоткрыл глаза.

— Я должна сообщить дежурному врачу! — подскочила медсестра.

— Никуда не надо сообщать! — Картазаев придержал ее, не хватало еще, чтобы доктора попытались влезть в процесс, надо сказать, довольно специфический, и все испортили.

— Что вы делаете? Пустите! — возмутилась женщина.

В то время как Картазаев препирался с ней, стремительно теряя в ее глазах свой поначалу очаровательный ореол, в коридоре начали разворачиваться главные события, которые от начала до конца целиком вошли в самое шумное дело, которое когда-либо вела городская прокуратура.

Все началось с того, что на первом этаже к окошку регистратуры подошел гражданин в плаще и шляпе и спросил, в какой палате находится гражданин Минжесаров.

— Он на третьем этаже. К нему нельзя, у него милиция, — сказала медсестра.

— Я все-таки пройду, — сказал гражданин.

Медсестра не стала скандалить или кричать, это был опытный работник, поэтому сразу потянулась к телефону. Это ее и погубило. Гражданин просунул нечто в окошко и нажал на курок. Глушитель сделал звук выстрела не громче того, с которым пробка вылетает из бутылки шампанского. Накрахмаленный колпак медсестры был безнадежно смят, а сама она так и не поняла, что теплая тяжелая масса, выдавливаемая из-под колпака на лицо, есть не что иное, как ее собственные мозги.

Боно аккуратно прикрыл окошко диспетчерской и прошел к лифту, на котором поднялся на указанный этаж. На втором к нему подсели две смешливые практикантки, новый приступ смеха у которых вызвал не по-летнему теплый прикид попутчика.

Боно вышел на третьем этаже и внимательно огляделся, что само по себе должно было вызвать подозрение у сидящих буквально в пятнадцати метрах оперативников. Но федералы, кстати, прошедшие Чечню, ошибочно решили, что в сердце России, да еще с палатой кончающегося самого по себе бандюгана они и так в безопасности, и ничего не заподозрили. Уже умирая с пулей в глазу, Капушин тешил себя иллюзией, что собирался подпустить незнакомца поближе и спросить документы. Но все это было уже не суть важно.

Определив нужную палату по дремлющей рядом охране, Боно прямиком направился к ней. Оперативники не успели придти в себя, а он уже стоял в паре шагов от них.

— Куда прешь? У тебя есть пропуск? — рыкнул Выдригайло, уверенный, что от его голоса у любого задрожат поджилки, очень это чувствительная вещь, поджилки, но у Боно они не дрогнули.

Он по очереди оглядел не потрудившихся не только привести себя в боевое положение, но хотя бы встать оперативников и молча достал из кармана пропуск тридцать восьмого калибра с навернутым глушителем. Капушину он выстрелил, как уже было сказано, в глаз, а Свидригайлову, который раскрыл рот, чтобы закричать, в рот. В результате чего прострелил несчастного насквозь и угодил в дверь.

Повернувшись на незапланированный треск и увидя расщепленную дверь с брызгами крови, Картазаев спихнул медсестру с линии огня и уронил койку с раненым на пол. Не успела капельница разбиться об пол, как он уже стрелял. Палату заволокло дымом, от двери во все стороны полетели щепы.

Боно, столкнувшись с незапланированным очагом сопротивления, пинком откинул остатки двери, высунул руку с пистолетом и в чисто спецназовской манере веером выпустил всю обойму, разнося окно, подоконник и расколов батарею центрального отопления, из которой хлынула холодная ржавая вода.

И именно под ее воздействием Артур захлюпал и окончательно пришел в себя.

— Не вставай! — крикнул Картазаев.

Услышав его голос, Боно вздрогнул.

— Не может быть! — вырвалось у него.

Он стал отступать вдоль стены, и, отойдя на безопасное расстояние, побежал. Услышав удаляющиеся шаги, Картазаев встрепенулся, словно боевой пес.

— Галочка, присмотрите за больным! — крикнул он, устремляясь следом.

Выскочив в коридор, он тут же юркнул обратно, пропуская мимо сонмище пуль.

— Мы это знали, — пробормотал он. — Лифтом ты тоже не поедешь. Остается лестница. Тут я тебя и возьму.

Не угадал. Боно выбил окно в коридоре и выпрыгнул с третьего этажа вниз. Пока Картазаев добежал до обезображенного окна, Боно и след простыл. Нечего сказать, ушел он профессионально. Не сразу побежал от корпуса, где конечно бы получил свинцовый Картазаевский привет, а нырнул внутрь корпуса, чтобы вынырнуть потом где-нибудь из окна богом забытой процедурной.

Картазаев спрятал оружие, вернулся к палате, где удостоверился, что оба охранника мертвы и вошел в комнату, где стал свидетелем, как Галя пытается взгромоздить Артура опять на койку.

— Помогите уложить больного, — попросила она.

Картазаев даже улыбнулся, когда увидел, что отважная девушка, несмотря на пережитый шок, пытается выполнять свои обязанности.

— Он уже не больной, — сказал он. — Мы выписываемся.

Он столкнулся с заинтригованным взглядом сестрички. Давненько на него так не смотрели девушки. "Когда-нибудь, когда меня разоблачат, это сделает именно женщина!" — подумал Картазаев.

— Кто вы, Владимир Петрович? — спросила Галя.

— Он не скажет, — слабым голосом проговорил Артур. — Но вы не должны на него обижаться за происшедшее. Это все из-за меня.

Галя подошла и от всей души врезала Картазаеву пощечину. У того аж искры из глаз посыпались. Девушка возмущенно простучала каблучками до двери, где довольно спокойно перенесла встречу с убитыми. Все-таки она была медиком, а они все не совсем нормальные люди.

— Простите меня, — виновато проговорил Артур. — Я опять все испортил.

— Не бери в голову. Кто тебя так? Диего? Снова будешь его покрывать?

— Я расскажу все, — пообещал Артур. — Теперь уже можно.

— И еще об одном я хотел предупредить, прежде чем мы выйдем отсюда, — начал было Картазаев, но Артур прервал его.

— Я знаю, о чем вы хотите попросить, — сказал он. — Вы хотите, чтобы я никому не говорил, кто вы на самом деле.

— Приятно иметь дело с экстрасенсами, — констатировал Картазаев.

Сон был тяжелый, громоздкий, с торчащими во все стороны углами, он все норовил выпихнуть Картазаева из себя. Возбужденный мозг не хотел отдыхать, ему требовалось срочно куда-то идти, кого-то спасать. Картазаев вталкивал сон в себя небольшими партиями: сначала он спал всего по несколько минут, лихорадочно меняя положение натруженных чресл и опять проваливаясь в забытье. Наконец ему удалось заснуть по-настоящему. Он не знал, радоваться ему или нет, потому что ему опять приснился подводный рейд по заливу. Он успел проплыть не менее половины пути, когда почувствовал, что у него осторожно пытаются умыкнуть зип.

— Куда? — прорычал он, не размыкая глаз, а уже потом огляделся.

Тамара пыталась вынести в соседнюю комнату зип, а тот верещал, словно мартовский кот. На зипе бился огонек срочного вызова.

— Я не хотела тебя будить, — виновато произнесла Тома. — Но он так надрывался, что даже Артур на втором этаже проснулся.

Картазаев выгнал благородную женщину и ответил на звонок.

— Почему не отвечаешь? — строго спросил Серегин.

— Устал, — односложно ответил Картазаев.

— Заменить тебя не могу, — отрезал генерал. — Если убьют, сам будешь виноват.

— Я спрашивал насчет сажи на руках Гиты, — напомнил Картазаев.

— Это не сажа, — ответил министр. — Пепел. Что еще?